Ты моя ошибка - Лола Белова

— Ты только что спросила…

Мила положила ей руку на плечо, держа в руке чайник.

— Знаешь…Я тут подумала…Мало ли, что произошло… — Мила невольно запнулась, посмотрела на чайник в своей руке и стала разливать чай по чашкам. — …Тогда. Жизнь продолжается. У вас с Мишей так всё хорошо складывается. Я очень рада за вас. Вы красивая пара.

От Милы не укрылось то, как Рада с сочувствием посмотрела на неё и не выдержав постороннее участие и жалость к себе, отвернулась. Сделала вид, что занята завариванием очередной порцией чая, заливая кипяток в чайник.

— Анечка ещё спит. Вчера вечером еле уложила спать. — начала снова она, стараясь перевести разговор на другую тему. — Говорит, что видела вчера папу Женю… — вздрогнула от того, что опять возвращается к нему. Оглянулась на Раду и встретилась с её немым вопросом в глазах. — …У забора садика…Он стоял и смотрел на неё… — добавила она и провела по волосам, выбившихся из хвостика и растерянно заправила их за ухо.

Мила повернулась к Раде и быстро улыбнулась, чтоб она не заметила её тоски и поспешно снова добавила, будто оправдывалась.

— Анечка — всего лишь ребёнок! Она просто скучает по нему…Вот он ей и мерещится везде…

Пожав плечами, занялась сервировкой стола.

— Мила — острожно решилась задать свой вопрос Рада. — А тебе не приходило в голову, что Жене может быть плохо без тебя? Без Анечки? Вообще, без вас, обоих?

Вместо ответа, Мила молча поставила перед Радой чашку с чаем и положила рядом утреннюю газету. На глаза тут же бросилась фотография Жени. Как всегда безупречно одет и с безупречной стрижкой, он с лёгкой обворожительной улыбкой в свете софитов смотрел прямо перед собой. Ничто не говорило о том, что он чем-то огорчён и опечален. Зато Мила, мрачно проследив за глазами Рады и встретившись с её новым вопросительным взглядом, отвернулась, а затем села напротив и уставилась в окно, сделав глоток из чашки.

— Ты считаешь, что он в полном порядке? Сделав выводы из какой-то фотографии?

Мила опустив голову, посмотрела на свои руки, в которых держала кружку. В задумчивости потёрла большим пальцем по его ручке.

— Мила не молчи. Ты и так столько молчала. Как ты всё это выдерживаешь? Вы же любите друг друга.

Мила резко посмотрела на Раду, прищурившись.

— Не надо так смотреть на меня, у тебя на лице всё написано. А ты думала, что так всё хорошо можешь скрыть? — Рада посмотрела с вызовом ей в глаза так, что та ничего не ответив, снова опустила голову.

— Не говори глупостей, Рада. О какой любви ты говоришь? Как можно было придумать такое, чего нет на самом деле? Нет и не может быть? Насильно мил не будешь…

— Вам просто нужно встретиться и поговорить.

— В этом нет нужды. У меня своя жизнь, у него своя. К тому же… — Мила взяла газету в руки и внимательно рассматривая Женю, уклончиво продолжила. — Он сейчас завидный жених. От поклонниц отбоя нет. А потому у него весьма богатый выбор. Есть более лучшие варианты…

====

…-Чем же я могу помочь Вам? — Мила стояла напротив старика и не совсем понимала, чего он хочет.

— Понимаете…Вы позволите? — начал было старик, достав из кармана трубку, набил табаком и закурил. — У меня есть внучка, ради которой я готов пойти на всё. Она единственная радость в моей жизни…После того, как я потерял жену и дочь…

Мила продолжала смотреть на него и внимательно слушала.

— С ней случилось самое прекрасное, что может случиться с любым человеком. Она влюбилась.

Мила понимающе улыбнулась.

— Вот. Видите. Но вся проблема в том, что она страдает. Очень. У неё нервные срывы.

— Я сожалею… — посочувствовала она старику.

— Я бы хотел попросить Вас, Мила о помощи. Помогите.

— Но как? И чем? Думаю не я Вам нужна…

— Нет, именно Вы.

— Интересно, чем я могу помочь? — недоумевая задалась вопросом девушка.

— Женя.

— Женя? — Мила почувствовала как ей становиться нехорошо.

— Да. Если бы Вы оставили его в покое, не преследовали, то моя дочь была бы счастлива с ним. Они так любят друг друга.

У Милы кровь отхлынула от лица. Она перестала улыбаться старику.

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно. Она мне рассказывала, как он ухаживал за ней. Какие подарки делал. Окунул её в сказку. Всё было хорошо, пока Вы не появились.

Мила вдруг вспомнила, как они целовались в бассейне…

— Прошу, не мешайте счастью моей внучки.

Миле перестал нравится этот разговор.

— Простите, но я не могу Вам помочь. Вы просите о невозможном!

— Вы так думаете? А я думаю, что сейчас от вашего решения зависит, будет ли жить Женя или нет…

— Что?!Что Вы задумали?

— Решайтесь, Мила. У Вас тоже есть дочь, ради счастья которой тоже ведь пойдёте на всё, верно?

Мила остро ощутила удушающий ком подкативший к горлу. Она сделала глубокий вдох.

— Простите, но я не могу сделать того, о чём Вы просите. Я не откажусь…

Старик безучастно посмотрел на девушку и вместо ответа приложил к уху телефон.

— Кончайте с ним.

В этот момент Мила услышала звон разбивающегося стекла и подняла голову. Это произошло в здании офиса Жени.

— Нет! — с ужасом вскрикнула Мила, посмотрела на старика. Но его и след простыл.

Она вновь взглянула наверх. Увидела, как Женя появился в оконном проёме.

— Нет, Женя! — крикнула она ему. — Берегись!

Но было уже поздно. Она увидела, как Женя неестественно дёрнулся и упал. В этот момент вздрогнула и Мила. Зажмурив глаза, закрыла ладошками лицо…

***

Она прицелилась и бросив газету, попала прямо в мусорное ведро, где к слову уже нашли свой приют аналогичные издания.

Рада пронаблюдав за ней, вздохнула, кивнув на смятую прессу в ведре.

— Смотрю, тоже скучаешь по нему?

— Я? — Мила тут же замотала головой. — Ещё чего! Нет, конечно! С чего ты взяла? Эти газеты оставил почтальон, что разносит их по утрам. Они, видимо, бесплатны, раз я обнаружила их в своём почтовом ящике.

Рада скептически сощурила глаз и помолчав, сказала.

— Дай мне руку.

— Зачем? — испугалась Мила, словно Рада не ладонь просила посмотреть, а в душу заглянуть.

— Чего боишься?

— Ничего. — Мила постаралась глубже запрятать в душе то, что могла узреть Рада. Отвела глаза в сторону, боясь, что подруга прочтёт в них.

— Мила…

— Не надо, Рада. Прошу тебя. В прошлый раз ты мне такое нагадала, что мы чуть не поссорились.