Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

Мы же с водниками на Одерли направились ко второму загону. Располагались они недалеко друг от друга, но всё же не рядом.

В итоге я, пробравшись под купол невидимости, обнаружил птерозавров и дежуривших возле них магов. А отец — совершенно других ящеров, как я понимаю, тираннозавров. Вернувшись, мы поделись сведениями. Поскольку никаких драконов у шалонтцев явно не имелось, было принято решение напасть с воздуха. Причём всё так же под невидимостью, чтобы враги вообще не поняли, что происходит.

Драконы растянулись в линию и принялись поливать огнём лагерь шалонтцев по всей его протяжённости. Конечно, эффектней было бы напасть на них вообще со спины — то есть со стороны Шалонта — но чтобы они побежали в Артан, нам было вовсе не нужно.

Изначально мы намеревались перебить ящеров прямо в этих загонах. Однако когда там началась паника, маги, охранявшие их, тоже бросились наутёк, и силовые барьеры попросту исчезли.

В первый момент шалонтские водники и огневики пытались гасить огонь, однако противостоять непрерывно льющемуся с небес пламени у них выходило из рук вон плохо.

Ну а когда рухнули силовые барьеры, и разъярённые ящеры ломанулись на них, им стало вовсе не до чего. Нам же основные проблемы устроили птерозавры. Потому что если тираннозавры практически все дружно попёрли обратно в Шалонт — подальше от пламени, то эти разлетелись во все стороны. Пришлось за ними погоняться. Но основную массу мы всё же перебили практически на месте. Потом и с остальными разобрались — за исключением одного. Я видел, как он удирает, но в тот момент было не до него.

Тираннозавров, по большей части, тоже любезно прикончили. Хотя могли бы всех их оставить шалонтцам — пускай бы дальше рвали захватчиков.

Напоследок ещё поддав огоньку в панике драпающей вражеской армии, мы отправились прочёсывать небо над Артаном в поисках удравшего птерозавра. В процессе отец с дедом заметили разгуливающего по нашей территории тираннозавра.

Мы же с Одером первыми углядели гигантскую «птичку» — практически на горизонте — и рванули за ней. Остальные решили, что нет никакого смысла гоняться за одним ящером всем скопом, а потому повернули к месту сбора.

— Ну а дальше вы всё знаете, — улыбнулся зимник. — Экспедиция привела в Санлар Тирана. Мы в итоге тоже изловили птерозавра и притащили его сюда.

— Тирана? — удивлённо повторила мама. — Вы что, решили дать ему такое имя?

— А почему бы нет? — опять с улыбкой вскинул бровь Энрил. — Уверен, характер ящера его более чем оправдывает. — Что же касается якобы ошибки с запахом. По сути-то, её и не было. Отец намеренно сказал, что там пахло не конкретно драконами, а ящерами. Все тут же подумали на драконов. Да, разубеждать их не стали — иначе бы споры по поводу распечатывания продолжались ещё долго. А так все быстренько пришли к единому мнению. Ну а что Корвил ошибся — с его-то несовершенным драконьим обонянием — ничего удивительного. На самом деле, он там вообще только запах экскрементов учуял. В общем, что в реальности унюхал отец, никому не рассказываем. Не знаю, какую конкретно версию он изложит Совету, но она априори верная, — подмигнул нам зимник.

— Понятное дело, — закивал папа.

На этом мы отправились завтракать.

Все занятия на сегодня Дагрэн отменил, поэтому, поев, разошлись спать.

* * *

Когда проснулись, выяснилось, что Большой Совет ещё успел потрепать нашим нервы по поводу детей Сомвирата. Оказывается, многие считали, что снимать с них блок прямо сейчас — совершенно лишнее. Мол, пускай сначала вырастут, принесут клятву не вредить, а уж тогда и будем решать…

Огневик пытался доказать, что вполне способен вырастить адекватных детей. Но члены Совета всё равно стояли на том, что маленькие дракончики, бесконтрольно летающие над Артаном — то ещё бедствие. Сомвират напомнил, что он и сам — дракон. А значит, бесконтрольно его отпрыски летать не будут.

Сэйвир же привёл ещё один аргумент — ведь отныне никто ставить блоки на новорождённых не будет. Таким образом, получается, что дети Сомвира окажутся единственными незаслуженно обделёнными. И это вряд ли поспособствует их доброму отношению к жестоко поступившим с ними соклановцам.

И это наконец сработало — деток всё-таки распечатали. Девочка, конечно, пребывала в неведении обо всём. А вот мальчишка жутко обрадовался, что он, как и папа, тоже станет драконом. Тут же с серьёзным видом заявил, что осознаёт всю ответственность, и стал просить отца научить его оборачиваться.

В общем, к ночи в Санларе стало на одного красного дракончика больше. Но мелкий честно даже не пытался вылететь за пределы стен. Во всём беспрекословно слушался своего папу.

* * *

На следующее утро Сэйвир, Велина, Верминт, драконья часть семейства Корвила, ещё несколько зимников и потомки Юшизвира отправились к их старшим.

Там дела, как я поняла, обстояли ещё хуже, чем у Борвеса. У прабабушки из одной ветви умопомрачение наблюдалось уже довольно долгое время. Прадеда же из другой ветви и вовсе давно держали в огнеупорном помещении. Слуги к нему вовсе не приближались — только родственники-огневики. Но и их он пытался спалить с завидной регулярностью.

Как потом рассказал нам альфа, по поводу окончательно свихнувшегося старика он сразу высказал сомнения, что его вообще стоит распечатывать. Однако родичи ещё помнили его нормальным, любили и потому молили всё-таки попытаться.

75-2

Тогда Сэйвир выдвинул условие, что снимать блоки с обоих — насчёт старшей огневички у него тоже не было уверенности, что разум к ней вернётся, — они полетят в Малварию. И даже не в замок «Ледяного принца», а в Торвайдэ, где имелась защита от драконов.

Эту самую защиту они с отцом сразу подняли на максимум. И лишь после этого приступили к снятию блока. Сначала с женщины.

С ней всё, в общем-то, прошло неплохо. Да, доставили её туда, как и старика, без сознания и в антимагических путах, поскольку она тоже упорно порывалась спалить неугодных гостей.

Однако после снятия блока в её глазах вроде бы блеснули зачатки разума. Правда, осознав, что находится в незнакомом месте, успела обругать всех за то, что притащили её незнамо куда. Но потом у неё начался внутренний жар, и дальше она костерила непонятно кого за эту жару, судорожно стаскивая с себя одежду.

А после обретения ипостаси вроде бы стала