Покоренная дважды - Ли Уилкинсон

Дальше события развивались в еще более ускоренном темпе: она расцеловала отца, Ник пожал ему руку, они попрощались с гостями и под дождем из риса и лепестков роз прошли по старинной брусчатке к ожидавшему их такси.

Рейн задержалась на мгновение, чтобы бросить букет Марго, затем Ник помог ей сесть на заднее сиденье машины, и они тронулись, приветливо махая остающейся группе людей, освещенных ярким октябрьским солнцем.

Коль скоро время притворства прошло, то тут же спал и флер беспредельного счастья – Рейн знала, что ее брак с Ником не будет безоблачным. Худшим для нее было то, что ее неудержимо влекло к этому человеку. Человеку, который совсем не уважал ее чувства – только похоть двигала им. Как можно сохранить брак, зиждущийся лишь на такой вот основе? Ощущение стыда и приниженности, испытанное Рейн в момент их первой встречи, было свежо еще до сих пор. Но если вы .заходите в камеру пыток и даете согласие подвергнуться истязаниям, вам не пристало жаловаться на боль, с грустью подумала она.

Ник дотянулся до ее руки. Когда она попыталась отстраниться, он лишь крепче стиснул пальцы.

– Послушай, Рейн, сейчас мы – муж и жена, и нам надо стремиться к улучшению наших отношений.

– Должно быть, ты шутишь! Тебе не кажется, что это равносильно тому, как если бы невинного приговорили к дыбе и посоветовали хорошо провести время?..

Он устало произнес:

– К чему такие крайности? Ты прекрасно знаешь, что мы вполне можем быть счастливы. Нам приятно вдвоем, мы сходимся во вкусах, и в сексуальном плане мы на равных. К чему возводить искусственные преграды?

Рейн бросало то в жар, то в холод, она едва слышала, что он говорит. Внутри у нее все клокотало. Если Ник думает, что она кукла для сексуальных игр, то глубоко ошибается!..

А он тем временем продолжал:

– Что же до остального, то нам просто нужно находить разумный компромисс, обнаруживать обоюдную готовность уступать друг другу и жить в мире. – Он сильно сжал ее руку и ласково закончил: – Почему бы нам не заключить перемирие, а?

Когда Ник взглянул на нее, ища безусловной поддержки, она почувствовала, что готова с ним согласиться. Пора позабыть о пережитых страданиях и найти в этом браке хоть какое-то подобие счастья!

Но можно ли найти счастье с человеком заносчивым и себялюбивым?

Которому нужно во всем потакать?

– А разве такое возможно? – Она отдернула руку.

Он вздохнул:

– Думаю, да. Если бы, конечно, ты перестала воевать со мною…

– Ага, ты ждешь от меня послушания? Нет уж, благодарствуйте! Я предпочту сражаться!

Его лицо словно окаменело.

– Тогда я гарантирую свою победу.

Так между ними были выстроены боевые редуты.

Самолет на Бостон вылетел без задержки, и Рейн, утомленная суетой дня, была рада наступившим минутам отдыха.

Ник, по-видимому, после разговора в такси решил оставить ее в покое на некоторое время. Он увлеченно рассматривал журнал, купленный в аэропорту перед полетом.

Обстановка в салоне самолета была самой дружелюбной. Стюардесса предложила пассажирам перекусить, но Рейн так и не смогла ни к чему притронуться – напряжение все еще не отпускало ее.

Полет проходил нормально, и вскоре самолет пошел на снижение. Рейн увидела в иллюминатор огоньки Бостона, рассыпанные, словно бриллианты на ковре.

В бостонском аэропорту Ник вызвал такси и, когда машина прибыла, помог Рейн сесть в нее. Усаживаясь рядом, он невольно коснулся ее бедром. Она отодвинулась. В полумраке салона легко было разглядеть, как Ник недовольно поджал губы. Но, не проронив ни слова, он лишь с силой захлопнул дверцу.

Бостон Рейн нравился. Видя мелькающие за окном автомобиля здания, она чувствовала, что начинает испытывать радость от новой встречи с этим городом. Если бы только не было тех горестных переживаний!..

Увы, забыть о них невозможно.

Когда такси подъехало к площади Макленбург, она сразу же узнала дом Ника. У входа все так же горел желтый фонарь. Да, все как в прошлый раз, и вот сейчас должен появиться… дядюшка.

Но появилась миссис Эсплинг, опрятно одетая женщина средних лет с приятным лицом и воздушной копной волос. Она радостно встретила приехавших. Пока Ник расплачивался с таксистом и вынимал вещи из багажника, домоправительница предложила Рейн пройти в холл.

– Рада снова видеть вас, мисс Марлоу… Ах, извините, миссис Марлоу!

– Я тоже. Хотелось бы, чтоб возвращение сюда было более приятным, чем раньше, – ответила Рейн.

– Мы с восторгом узнали о свадьбе, и я от имени всех, кто служит в доме, выражаю вам самые лучшие пожелания.

– Благодарю.

– Перелет не очень утомил вас? – спросила домоправительница и тут же пояснила свой вопрос: – Вы выглядите довольно усталой.

Рейн действительно чувствовала себя не лучшим образом: голова раскалывалась, ноги гудели.

– Да, я и в самом деле немного устала, – вынуждена была признаться она.

– Не хотите ли пройти прямо наверх?

– Пожалуй, так и сделаю.

– Тогда я принесу вам туда что-нибудь поесть.

– О, не беспокойтесь, я не голодна.

– Видимо, сказалась разница во времени, да к тому же день такой особенный, – приговаривала миссис Эсплинг, помогая Рейн подниматься вверх по изящной лестнице. Мгновенно сработала механическая память, и Рейн уже собиралась открыть дверь комнаты, в которой жила раньше, но домоправительница осторожно тронула ее за плечо и показала на дверь слева – в спальню хозяина. – Если вам что – нибудь понадобится, позвоните, – добавила женщина.