Не смыкая глаз - Эйприл Доусон

– Чего ты там стоишь. Садись рядом со мной, – кричит Грейс, подзывая меня к себе. В квартире стало совсем тихо, не считая тяжелого дыхания Эддисон, которое меня пугает. Я беру свою чашку, сажусь рядом с Грейс и смотрю, как она четкими движениями рисует дерево.

– Вау. – Сейчас, находясь рядом с ней, я вижу вблизи ее рисунок. Это набросок сада, раскинувшегося на сотни квадратных метров. С открытым прудом, террасой из камня и выложенной кирпичом площадкой для гриля, а также подходящей садовой мебелью. Серая каменная плитка создает дорогу от дома к пруду и дальше к площадке для гриля. По сторонам от дорожки цветы и кустарники. Там находится и каменный колодец, окруженный кустами и деревьями, создающими немного тени над террасой.

– Это пока сырой проект.

– Если ты это зовешь сырым, то мне бы хотелось взглянуть на конечный вариант.

Она немного краснеет и с гордостью смотрит на свой рисунок, прежде чем повернуться ко мне.

– В основном я рисую от руки и потом переношу в компьютерную программу. Таким образом легче вносить изменения.

– Сад уже разбит или тебе сначала нужно все выкорчевать?

– Это все еще заросшее растениями место. Клиент купил себе поместье в Нью-Джерси и хочет, чтобы я сотворила маленькое чудо.

– Чудо?

– Ну да, мне нужно кое-что выкопать, поговорить с различными строительными фирмами, как нам сделать террасу стабильной и неподвластной времени.

– Кажется, там много работы.

– Работы продлятся пару месяцев, прежде чем проект будет закончен. Я в основном бегаю от одной строительной площадки к другой, но спешка каждый раз окупается.

– Дэниел сказал, что ты индивидуальный предприниматель.

– Это так. После учебы я сразу основала свою фирму и принялась за работу.

– Не трудно справляться с конкуренцией?

– Как правило, трудно. Но моя семья, так сказать, из старой знати, пока мама не вышла замуж за человека ниже себя по положению. Потому нас избегали и игнорировали, но моя бабушка была великой и доброй женщиной. Она всегда помогала нам финансово и завещала все моим родителям, или точнее сказать, мне.

– То есть ты невероятно богата, и работать тебе не обязательно?

– Так и есть, но мне нравится. Нравится в моей работе абсолютно все. У меня нет постоянных наемных рабочих, помимо пары студентов, помогающих время от времени. Среди верхних десяти тысяч стало быстро известно, что я основала фирму. Некоторые стали меня нанимать, чтобы посмеяться над моей семьей, хотели похвастать своим статусом, но в итоге признали мой талант, и заклятые враги моего рода теперь мои лучшие клиенты.

Просто поразительно, как Грейс выстроила свою жизнь. Она добилась успеха, хотя, возможно, ей даже не нужно было и пальцем шевелить. Необыкновенно. Ничего другого мне на ум не приходит.

– Да, наша Грейси просто бомба. – Эддисон плюхается на диван рядом со мной и с гордостью смотрит на подругу.

– Ах, да ладно вам. Я просто хотела вкратце рассказать Тейлор свою историю, чтобы лучше друг друга узнать.

– Но с такой впечатляющей историей я вряд ли сравнюсь, – говорю и вскидываю руки, словно сдаюсь. – Я всего лишь девушка из деревни, пытающаяся выжить в большом городе. По мне видно, насколько это получается.

– Что нас не убивает, делает нас сильнее, – коротко замечает Эддисон, а я пытаюсь продолжать улыбаться.

– Почему ты так рано встала? – вступает в разговор Дэниел, почувствовав защитную реакцию своей сестры.

– Я хотела обратиться в полицейский участок и оставить жалобу, а также свой новый адрес. Потом поискать работу.

– Ты серьезно хочешь разобраться с тем недружелюбным офицером? – вскидывает брови Эддисон.

– Конечно. Это дело принципа, и, возможно, он будет дружелюбнее с другим попавшим в беду человеком. Если толку от моих действий не будет, то попытка не пытка.

– Ты милая, – замечает Грейс, толкая Эдди, которая хочет что-то добавить, плечом. – Разве я не права? – демонстративно произносит она. Девчонки напоминают мне доброго и злого полицейских. Эддисон пытается разубедить меня каждым словом, а Грейс поддерживает и считает, что нужно начать борьбу.

– Как приторно, – едко замечает Эддисон, встает, не глянув на нас, и исчезает в ванной. Я тяжело выдыхаю и пью свой кофе.

– Просто игнорируй ее. Она в плохом настроении, потому что ее парень уехал в командировку. Поэтому она и злится.

– Все нормально. Мне пора. – Допиваю кофе, кладу чашку в посудомойку и одеваюсь. Около восьми утра покидаю квартиру и проверяю на Google-карты, как быстрее всего добраться до полицейского участка, к которому привязан тот самый коп. Ледяной ветер бьет в лицо, когда я выхожу на улицу, так что мне приходится поднять воротник серого зимнего пальто, чтобы защититься от холода. Очутившись в метро, я облегченно вздыхаю и тру руки, чтобы согреться. Обычно я не такая изнеженная, но согласно прогнозу погоды сегодня минус десять.

Я не успела особо погреться, ведь через две станции пришлось пересаживаться. Участок находится в неприятном квартале, хотя само здание в хорошем состоянии. У меня возникает все больше сомнений. Правильно ли я поступаю? Не хочу выглядеть как высокомерная дрянь, мне просто нужно поговорить с кем-то, кто еще раз примет мои показания и, возможно, по-настоящему выслушает, а не проигнорирует, как тот офицер пару дней назад.

– Я могу вам помочь? – интересуется афроамериканка в полицейской форме, внимательно глядя на меня. По лицу не понять раздражена она или настроена благосклонно.

– Я бы хотела еще раз подать заявление.

– По какому преступлению?

– Угон.

– Понимаю. Один момент. – Она смотрит на свой монитор, прежде чем снова повернуться ко мне. – Офицер Кинкерк сейчас свободен и может принять ваше заявление. Нужно пройти через эти двери. Его стол второй слева. – Я благодарно ей улыбаюсь, и вы только посмотрите! Она действительно поднимает уголки губ.

– Спасибо большое. – Я прохожу дальше внутрь помещения, и все оказывается проще, чем я думала. Я нахожу стол полицейского, но его там нет. Оказываюсь одна, так что сажусь и жду его. Медленно я начинаю осознавать. Что если надо мной посмеются или упрекнут, потому что я уже подала заявление?

Не знаю, смогу ли с этим справиться, ведь в последние дни я стала чересчур чувствительной. «Это плохая идея», – раздается голос в моей голове. Эддисон была права, когда сомневалась в моем решении. Я уже готова встать, когда ко мне подходит очень молодой и привлекательный полицейский. Он дружелюбно мне улыбается, и я робко отвечаю на улыбку.

– Доброе утро. Могу я вам помочь?

Одно короткое мгновение я отвлекаюсь на его приятную внешность, но быстро беру себя в руки.

– Я пришла, чтобы оставить заявление. Еще раз.