Леди-колдунья - Конни Мейсон

Рыдая, Алекса бросилась на кровать и долго лежала, кляня сэра Генри, отца, но больше всех Адама. Впервые она почувствовала к нему ненависть. Вконец измученная, Алекса не заметила, как уснула.

Алексу разбудил громкий стук в дверь. Еще не совсем проснувшись, она удивилась, увидев, что в окно льется солнечный свет и что она одетая лежит на кровати. Стук в дверь не прекращался.

— Леди Алекса, прошу вас, впустите меня, — раздался голос домоправительницы. — Я принесла вам завтрак.

— Ступайте, Мэдди, я не голодна.

— Вам нужно поесть, моя госпожа. Впустите же меня, прошу вас.

Не желая огорчать добрую Мэдди, Алекса открыла дверь.

— Отец дома? — спросила она.

— Нет, госпожа моя, — ответила Мэдди, ставя поднос на стол. Увидев, что лицо Алексы распухло от слез, она подошла к девушке и, обняв, прижала ее к своей пышной груди. — Что случилось, Алекса? Не таитесь от меня, расскажите.

— Ах, Мэдди, что сталось с моей жизнью? — жалобно проговорила Алекса. — Только что я была избалованной дочерью сэра Джона Эшли, нареченной Чарлза Уитлоу, а теперь от меня отказался отец, а друзья презирают. Даже Чарлз меня бросил. А отец хочет выдать меня за сэра Генри.

— Этого старого распутника! — фыркнула Мэдди. — Да ведь он вам в дедушки годится. Вы ничего не сделали, чтобы заслужить такое обращение. Вы ведь невинное дитя, попавшее в историю, которая началась, когда вам было три годика.

— Вам ведь известна вся эта мерзкая история, да, Мэдди? Я хочу сказать — история моей матери.

— Угу, — мрачно согласилась Мэдди. — Ведь я живу здесь много лет.

— Расскажите мне все, что знаете, Мэдди, пожалуйста, — умоляюще произнесла Алекса. — Я слышала версию Адама и версию отца. Обе они предвзяты. Я хочу знать правду.

— А правда, моя госпожа, в том, что ваша мать и Мартин Фоксуорт, привлекательный молодой вдовец, встретились и полюбили друг друга. Поначалу они боролись с влечением, но вскоре любовь так завладела ими, что они не устояли. Спустя недолгое время они начали встречаться тайком в разных местах, и сердце мое радовалось при виде вашей матушки, которая после стольких лет наконец-то сияла от счастья.

— Мать не любила моего отца?

— Это был брак по расчету, выгодный, но не счастливый.

— А что было потом?

— Ваш отец обо всем узнал и вызвал Мартина на дуэль. Мартин был достойный человек, сладкоречивый, скорее поэт, чем воин. Он ненавидел всяческое насилие. Результат был неизбежен.

— Отец сказал, что мама убила себя, — нерешительно проговорила Алекса.

Мэдди грустно кивнула:

— Она призналась мне, что носит дитя Мартина и боится, что сэр Джон убьет ее, узнав об этом. Либо сделает ее жизнь невыносимой. Но мне в голову не приходило, что она лишит себя жизни. Она приехала домой после дуэли, — продолжала Мэдди, — и позвала меня к себе. Рассказала мне о смерти Мартина и отдала вас на мое попечение. Ваша мать никогда не была особенно смелой и не мыслила себе жизни без Мартина. Прежде чем ваш отец вернулся домой после поединка, она перерезала себе запястья и истекла кровью.

— Отец был прав, — прошептала Алекса, почувствовав себя совершенно одинокой. — Мать меня не любила.

— Ах нет, Алекса, не нужно так думать, — возразила Мэдди. — Ваша мама очень вас любила. Вы были единственным светом в ее жизни, кроме Мартина. И она знала, что ваш отец никогда не причинит зла своей плоти и крови. Но зная, что она носит дитя от другого, она предпочла лишить себя жизни, вместо того чтобы лишиться ее от рук сэра Джона. Понимаете, она была уверена, что муж ее убьет.

— Неужели отец способен на такую жестокость?

— Она считала, что способен, а ваша мать знала его лучше, чем кто-либо другой.

Алекса молча размышляла. А когда заговорила, на лице ее отразилась решимость. Мэдди тут же узнала это выражение и приготовилась к худшему.

— Я хочу уйти отсюда, Мэдди, а вы должны мне помочь. Я… я жду ребенка от Адама Фоксуорта. И поскольку я ни за что не соглашусь выйти за сэра Генри, мне придется покинуть этот дом. Отец сказал, что не потерпит здесь моего ребенка. После того, что я от вас узнала, мне необходимо уйти.

Мэдди округлила глаза:

— Дитя, вы говорите? Ах, Алекса, бедняжка вы моя. Что же это чудовище сделало с вами? — Она заплакала.

— Мэдди, прошу вас, не расстраивайтесь из-за меня. Это не конец света. И вы мне нужны.

— Я сделаю, что могу, госпожа моя, — всхлипывала Мэдди. — Но как вы сможете прожить одна с ребенком на руках?

— У меня есть драгоценности и немного денег. Этого хватит, пока я не найду работу. Но нужно торопиться, Мэдди. Как только отец узнает, как я повела себя с этим старым распутником, он непременно накажет меня или принудит вступить в этот чудовищный брак.

— Что я могу сделать, Алекса?

— Помогите мне собраться, и побыстрее. Только самое необходимое, ничего лишнего. В том числе все драгоценности, самый теплый плащ и самые крепкие башмаки.

Вдвоем им удалось поместить большую часть огромного гардероба Алексы в два объемных саквояжа. Пока Алекса занималась последними мелочами, Мэдди исчезла на пару минут, а вернувшись, сунула в руку Алексы тяжелый кошелек. Та запротестовала, Мэдди настаивала:

— Мнеони не нужны, госпожа моя. У меня здесь хороший дом, а родственников, которым нужно помогать, я не имею. Вы мне почти как дочка. Прошу вас, возьмите.

В конце концов Алекса уступила, пообещав когда-нибудь вернуть долг, после чего попросила домоправительницу нанять извозчика. И прежде чем сэр Джон вернулся домой во второй половине дня с твердым намерением заставить дочь выйти за сэра Генри, Алекса исчезла.