Математик для наследницы - Ева Финова

Андриан Леймар. Уильямсберг. Штат Вирджиния. 16 декабря 2016 г.

«Дурак!» – поругал себя, вылетая из примерочной, потому как еле сдержался и не полез раздевать Кристин. Давненько меня так не ломало… И было из-за кого? Ведь мордашка разве что ничего. А фигура так и вовсе смех один, подростковая. Доска ходячая в вывернутой шиворот-навыворот майке без лифона. Стремно.

– Да! – ответил раздраженно на трезвонящий не первый раз телефон в кармане. А оказался Соерс.

– Что там у вас? – поинтересовался наниматель, спокойно проглотив мою раздраженную интонацию.

Потому прочистил горло, пряча свой гонор подальше, и уже более спокойно выдал:

– Ничего, девочка у меня на крючке.

– Соблазнение полным ходом?.. – понял с полуслова Филипп. – А что там с акциями? Еще ничего не нащупал? И к кому приехала тоже?

Вот на оба эти вопроса мне пока ему сказать было нечего.

– Да эта, как ты и сказал, дикая. Чуть нажимаю, сразу огрызается, шипит.

На что финансовый магнат, крупный промышленник без обиняков поделился со смешком:

– Ха! Уж мне ли не знать… Она же меня реально укусила как-то раз, и нет бы успокоиться, так еще и оплеуху отвесила.

Не знаю, что на меня нашло, но я неистово сжал телефон так, что экран чуть не треснул. Настроение ухнуло вниз, окончательно скатившись в состояние – хуже некуда. Потому поспешил попрощаться, пока того и гляди не нахамил.

– Ладно, мне пора. Неудобно говорить.

– Слушай. Жди. Есть тебе кое-что. Девчонку, похоже, засекли. Родственники активизировались. Кузены Ричи и Доуд Легути и еще один уже, судя по всему, у вас.

Дослушивать не стал, бросил трубку.

– Фа-а-кт! – воскликнул, чуть не выругавшись в коридоре, по которому то и дело сновали люди с пакетами. Вовремя поправился, словив укоризненный взгляд одной страшилищи с детьми. В зеркало бы лучше смотрела чаще, чем так зыркать!

Так, ладно. Пора возвращаться. Вдохнул, выдохнул, выравнивая настроение в нейтральное состояние. Нельзя перед Кристиной психовать. Только лишь оттолкну. И вообще, раз уж у нас гости, домой точно не отпущу. Пусть ночует у меня… Ага, размечтался. Ладно, прорвемся.

Прошел обратно в магазин, минуя миленькую кассиршу. Подмигнул ей вначале, прежде чем заметить стоящего рядом администратора, на удивление – мужчины.

Заглянул в раздевалку, и не подумав постучать. Одета. Вот же – опять забываюсь. Все никак не привыкну. К жене же бывшей постоянно заходил просто так, а иногда и задерживался… Кхм. Нельзя сейчас об этом думать.

Положил руки на плечи Крис, затянутые в новый свитер, и выдавил из себя:

– Тебе идет.

Глянул в зеркало. И с удивлением понял, что не соврал ни одним словом! В сравнении с теми лохмотьями, что она пялила на себя ранее, просто блеск. Надо сразу сказать, чтобы выкинула эту дрянь – кожаную косуху.

Зато наша фригидная злючка решила добить мое самообладание словами:

– Это ты так извиняешься?

Вот только при этом она вновь закусила губу, точнее ее уголок. Интересно, а как бы она шипела, если бы я попросил ее раздеться при мне? Визг, крики, вопли? Нет. Пожалуй, обойдусь. Но на вызов все же отвечу.

– Я? Нет. А вот тебе следовало бы.

– Это за что?.. А-а-а, дай угадаю, наверное, что затащила в примерочную и кинулась тебе на шею? Да-а… есть за мной такой грешок, извини уж.

Вот же гадина мелкая!

– Слушай, ну вот опять нарываешься! Я же не просто так тебе рот закрыл. А ты даже намеков не понимаешь.

Сжал кулаки в карманах и все же сдержался и не полез закрывать ее грязный рот повторно. Но нет, видимо, зря. Кристина со сверкающими глазками в отражении зеркала во весь рост выглядела действительно прелестно. Вот только ее слова…

– Ха! Прикольно… У меня тут одна мыслишка проскочила в этой связи. А за неверные ответы на твоих парах оставляешь «всех» после уроков отрабатывать у зеркала или исключительно девочек?

Смахивало на шутки малолеток, которые был вынужден слушать чуть ли не каждый день, карауля одну богатенькую мелюзгу, удумавшую затеряться в этом захолустье. Вот затеряться ли?

Пауза затягивалась.

– Нет, – ответил вынужденно.

А сам между тем непонятно зачем схватил ее за плечи и развернул к себе. Правда, вовремя осознав, отдернул себя мысленно, чудом не поцеловав Крис! А вместо этого:

– Просто так бы поступил любой на моем месте. И все! Проехали… Скажи… лучше, что там с Дином.

Вот ну что ей во мне не хватает? Чесслово, не пойму. Не урод же, да и на пикапера не смахиваю. Или же нет?

– Да не знаю я его толком. Он с брательником сюда приехал. Джон работает, Дин учится в Моринсе.

Это на что она сейчас ответила? Кто мне скажет? Затем все-таки допетрил, что про одногруппника.

– Так ты не к нему…

– Нет! – отказалась она, опять перебив, кстати, и добавила тут же следом: – Да отдам я тебе твои компроматы! А будешь доставать… возьму и обнародую парочку. Так… Исключительно из вредности и жажды мести за свои губы.

Как же она меня бесит! Я ей глазки строю, а она еще и угрожает. Да, правильно Соерс сказал, дикая. И вообще, что он такое сделал, что отхватил целую оплеуху?!

И вновь не заметил, как потянул руки к ее лицу, хотел было поцеловать, но вспомнил про Филиппа и выдал вместо этого:

– Придушу!..

Все! Надо срочно брать себя в руки, не то точно сорвусь не на нее, так на Соерса!

Вышел в зал, прошелся мимо стеллажей и решил, что все-таки перегнул палку. Ведь она сирота, недавно потеряла отца. Да еще и эти родственники, что следуют по пятам, не прибавляют радостей в жизни. И вообще, откуда у нее аллергия? Неужели реально травили? Но чем и как, что медики не нашли следов при обследовании? Странно.

И пока я думал, Крис вышла из примерочной со своим рюкзаком и в агрессивных ботах, сводящих весь положительный эффект от внешнего вида на нет.

А тут еще и слова менеджера: