Не покидай меня - Дениза Алистер

Увидев входящую в кабинет Тори, все трое встали.

– С добрым утром! – сказала она и приветливо улыбнулась.

На ней была белая шелковая блузка и желтые, сшитые на заказ брюки. Наряд очень ей шел. Она держалась прямо, с высоко поднятой головой, глаза горели вызовом. По опыту Тори знала, что внушить к себе уважение мужчин-бизнесменов можно крепким рукопожатием и жестким взглядом. Она решительно подошла к Хэйдену и протянула ему руку, не уверенная, что он ответит на рукопожатие. Но Хэйден, посмотрев ей в глаза, медленно вынул руку из кармана.

– Тори? – удивленно спросил он.

– Керт? – в тон ему ответила она.

Рукопожатие было коротким, но крепким. Хэйден сразу понял, что перед ним уже не девочка-полуподросток, а зрелая женщина. И нравится это ему или нет, но с ней придется считаться.

– Рэнд говорит, вы добились кое-какого прогресса, – деловито сказал он.

В устах Хэйдена это прозвучало похвалой. Тори заметила, что тон его стал мягче, а во взгляде появилось уважение.

– Думаю, мне просто повезло. Посмотрим, что будет дальше, – улыбнувшись, скромно ответила она и нетерпеливо посмотрела на компьютер.

– У вас все же развилась компьютеромания, Тори, – усмехнулся Майк. – Еще несколько лет назад я предостерегал вас от этой болезни.

– А я отвечала вам, что перед чарами этого чуда века не устоит никто, – игриво ответила Тори. – Попробуйте сами!

– Покорнейше благодарю, мадам! – театрально раскланялся Майк. – По мне, сидеть перед этим монстром, потеряв чувство реальности, – все равно что питаться коровьими блинами! – Процитировав слова Минди, сказанные за столом, Майк хитро подмигнул Тори и добродушно рассмеялся.

Она перевела взгляд на Рэнда. Ей показалось, что лицо его стало менее мрачным, однако в глазах мужа оставалась настороженность.

– Большинство своих плохих привычек Минди переняла именно у Майка, – буркнул он. – Это выражение тоже из его лексикона!

– Ребенок должен получать разностороннее образование, – парировал Майк. – Я стараюсь привить Минди любовь к простонародной речи.

Не выдержав, Тори громко рассмеялась. В глазах ее запрыгали веселые чертики, длинные густые волосы рассыпались по плечам. Смех был так заразителен, что даже на лицах Керта и Рэнда появились улыбки, однако тут же сменившиеся привычной озабоченностью: весной на ранчо всегда много работы, и время поджимало. Решив им не мешать, Тори сказала:

– Я пока оставлю вас. Занимайтесь своими делами, а когда закончите – дайте знать. Продолжим битву с компьютером.

– Мы с Кертом уже уходим, – откликнулся Майк. – Рэнд просто сгорает от желания поиграть со своей непокорной электронной системой.

Рэнд не принял шутливого тона и с раздражением посмотрел на Майка. Керт незаметно ткнул Крейтона пальцем в бок и шепнул:

– Пойдем.

Кивнув Тори, они вышли из кабинета. Не прошло и пяти минут, как она пожалела об их уходе. Тут же возникшее в комнате напряжение мгновенно достигло наивысшей точки. Казалось, даже температура воздуха скакнула вверх на полтора десятка градусов.

– С чего начнем? – глухо спросил Рэнд.

– Первым делом надо попытаться расшифровать коды в новом указателе, – отчужденно ответила Тори и села за стол.

Когда она включила компьютер, ей стало легче: работа отвлекала от мыслей о нависшем над ней супруге. Сразу вызвать на экран составленный Лизой указатель файлов не удалось. Пришлось все начать сначала. Услышав проклятия Рэнда в адрес бывшей секретарши, Тори поспешила его успокоить:

– Ничего страшного. Ведь мы однажды уже сумели добраться до ее указателя. Докопаемся и сейчас. Только не волнуйся, пожалуйста!

Рэнд не разделял оптимизма жены. Ему казалось, что Лиза надежно похоронила их файлы, создав сложнейшую систему, понятную ей одной. Возможно, Лиза и согласится помочь, но какой ценой? Догадаться было нетрудно.… На ее порядочность рассчитывать не приходилось. Эта красивая, чувственная молодая особа, привыкшая к вниманию мужчин, отказов не знала. Рэнд был первым, кто на такое осмелился, и теперь вынужден за это расплачиваться.

Тори сгорала от ревности, догадываясь, о чем сейчас думает Рэнд. Ей не верилось, что у мужа хватило сил устоять перед умной, циничной и целеустремленной женщиной. Тори невольно вспомнила царя Менелая из оперетты «Прекрасная Елена», когда тот допытывается у Париса, «взошел он или не взошел» на ложе его жены. Итак, как же поступил Рэнд? «Взошел или не взошел»?

Но ее терзали совсем не опереточные страсти, а самые настоящие муки ревности, и началось это не сейчас. Весь прошедший год ей мерещились ужасные картины прелюбодеяний Рэнда. Интересно, сколько женщин пытались его соблазнить? И многие ли преуспели в этом? Нет, больше она не в силах терпеть неизвестность! Надо узнать все про эту чертову Лизу! Сейчас же! И, подняв глаза на Рэнда, Тори набросилась на него с вопросами:

– Скажи, а у Лизы не было склонности к шарадам или тайнам? Ей, например, нравилось разгадывать кроссворды? Или играть в слова? Вообще, чем она увлекалась?

Рэнд заметил раздражение жены и, глядя ей прямо в глаза, ответил с металлом в голосе:

– Пристрастия Лизы мне не известны. Равно как и то, в какие игры она играла. Мы не были большими друзьями.

Тори почувствовала, что краснеет, и опустила глаза. Можно ли быть такой дурой, надеясь, что Рэнд все ей расскажет?! Ведь он не был откровенным даже тогда, когда они жили вместе. А теперь? Чего она пытается от него добиться? На что рассчитывает? Прямо бред какой-то! Ведь решила же с самого начала не выходить за рамки деловых отношений! Надо так и держаться. При чем здесь привычки и склонности этой Лизы? Спал он с ней или нет – что изменится, если она об этом узнает?

– Ни один из символов на экране нам не подходит, – как бы придя в себя, сказала Тори. – Надо попытаться разбить их и составить разные комбинации.

– Что значит – разбить? – озадаченно спросил Рэнд и сел на стул рядом с женой.

– Это вроде игры в слова. Мы разбиваем один символ на буквы и составляем из них другой.

– Например?

– Если в слове «кот» переставить буквы, получится «ток». Те же слагаемые, но совершенно иное слово. Так же и с символами. Из трех букв, составляющих каждый из них, путем перестановок можно получить другое сочетание. И, возможно, после ряда подобных операций мы получим как раз то, что нужно. Понятно?

– Но сколько же нам придется перебрать сочетаний? Сотни, если не тысячи!

– Может быть, и десятки тысяч. Но другого пути я не вижу.

Рэнд чертыхнулся, ибо не любил иметь дело с чем-то неординарным. А здесь, похоже, был тот самый случай. Поэтому он безнадежно махнул рукой и спросил с тоской в голосе:

– Ладно. И с чего же мы начнем?

– Ну, хотя бы с последних восьми в крайнем столбце.