Слеза Шамаханской царицы - Вера Колочкова

– Лиз, ну что ты сердишься?

– Нет, вовсе не сержусь...

– Ну, хорошо, я завтра к вечеру приеду... Брошу все и приеду. Договорились? Ты только не сердись! Успеешь, сделаешь свой отчет! А с утра с Сонечкой пусть Анна Сергеевна останется, или Ленку с Максом озадачь. В конце концов, совесть иметь надо! Здоровые лбы, сели к отцу с матерью на шею, запрягли и поехали...

Она лишь усмехнулась грустно – надо же, как заговорил... Еще и Ленка в это «запрягли и поехали» попала. Обычно он о ней слово лишнее боится сказать, чтоб обидой, не дай бог, не прозвучало. Хороводится вокруг нее ласково – все Леночка да Леночка. А тут вдруг – Ленка... Да еще и озадачь...

– Ладно, Влад, кого-нибудь озадачу. Значит, ты к вечеру появишься?

– Постараюсь, по крайней мере.

– Хорошо. Давай, жду...

Гудки отключения заверещали в трубке так истошно, будто дождаться не могли, когда завершится их разговор. А может, связь оборвалась? Даже не попрощались толком, привычного «целую» не успели сказать...

Ладно, проживем и без мобильных поцелуев. Надо маме позвонить, пригласить ее в няньки-хозяйки на завтра, да спать поскорее ложиться. Отчет – дело не шуточное. И без того со сроками затянула...

* * *

Гулкие коридоры офисного здания, где приютилось несколько кабинетов их фирмы, встретили сонно-проснувшейся неприязнью – чего, мол, в неурочное время приперлась? Слушай теперь, как отдается эхом стук твоих каблуков по каменным плитам... О, а дверь в мастерскую открыта! Значит, не одна она здесь такая, озабоченная делами птаха утренняя... Потянула на себя дверь, осторожно просунула голову, огляделась.

– О, Тигранчик, привет! А ты чего тут делаешь? У меня, понятно, отчет, а тебя чем длинные каникулы обидели?

– Привет, Лизок... Заходи, кофе со мной выпьешь.

– С удовольствием... Так все-таки – чего приперся-то?

– Да у меня тут кое-какая халтура наклюнулась... В общем, решил на левом заказе подработать, а тут и тебя черти принесли. Надеюсь, не настучишь?

– А то! Настучу, конечно. Вот сразу и положу на стол заявление Пал Степанычу – так, мол, и так, довожу до вашего сведения... Или эта бумага не заявлением называется? Погоди, а как же? Доносом, что ли? Ну, тогда будет – доношу до вашего сведения...

– Ладно, кончай резвиться, Лизавета, давай кофе пить.

– Давай...

Она с удовольствием плюхнулась на крутящийся стул за соседним столом, взяла в ладони горячую чашку с кофе. Отхлебнула, улыбнулась и вдруг спросила ни с того ни сего, сама от себя не ожидая:

– Как там Эльза поживает, Тиграша?

– Эльза? Какая Эльза? – уставился он на нее немного испуганно.

– Здрассьте, какая! Девушка твоя! Новогодняя!

– А... Да никак, в общем... То есть не знаю. Пришла, ушла, подумаешь... Не было никакой Эльзы, Лиза. Забудь. Не бы-ло. Поняла?

– Хм... Ладно, как скажешь, конечно... И когда ты только за ум возьмешься, Тиграша? Тридцать три года парню, а все нагуляться не может! Нет, надо срочно тебя женить, иначе так и состаришься холостяком! Вот я вчера одного такого уже наблюдала, но ему в отличие от тебя с подругой жизни повезло... Это Петька Романов, муж моей подруги. Да ты его видел, они у меня со Светкой на дне рождения были! Тоже все никак жениться не хотел... Зато из него знаешь какой замечательный муж и отец получился? Пальчики оближешь, вот какой!

– Ну что же, бог в помощь, как говорится... – чуть улыбнулся Тигран, глядя на нее очень пристально, будто изучая.

– Нет, я тебе серьезно говорю! Еще годок-другой проходишь в холостяках, потом вообще не женишься! Будешь в женщинах одни недостатки видеть... А у них, у сердешных, все недостатки в том и заключаются, что достоинства невостребованными пропадают. Да многие женщины самые красивые ухаживания готовы променять на семейную жизнь, Тиграш, уж поверь мне! Так что ты подумай об этом на досуге!

Она трещала и трещала без умолку, легкомысленно вертясь на стуле, будто выстреливала из души неловкое обманное облегчение. А в голове стучало и стучало тревожным рефреном Тиграново строгое, жестко-металлическое, как молотком по шляпке гвоздя: «Забудь. Не было. Не бы-ло. Поняла?» Слишком строгое, слишком жестко-металлическое...

– Ладно, я работать пойду, Тиграш. Отчет за меня никто не сделает, – вдруг резко сорвалась с места, оставив на столе недопитую чашку кофе. – А ты еще долго здесь халтурить будешь?

– Нет, работы всего на часок осталось. Я тихо уйду, тебя отвлекать не буду.

– Тогда пока?

– Пока, Лизонька... Погоди, не уходи!

– Что? – обернулась она уже в дверях.

– Да ничего... Просто я хотел сказать, что ты лучшая женщина из тех, кого я когда-либо знал. И я вас обоих очень люблю. И тебя, и Влада.

– И я тебя тоже очень люблю, Тиграш... Приходи к нам на Рождество, я тебе твой любимый пирог с сыром сделаю!

– Ладно, посмотрим...

Села за свой стол, включила компьютер, тут же с головой ушла в работу. Вот чем бухгалтерская работа хороша – так цифрами-показателями мозги забить можно, что на остальное уже и местечка не останется! Да и вообще – есть ли оно, это непонятное «остальное»? Может, она с перепугу его просто выдумала? И впрямь же – не было ничего. Не бы-ло. Поняла?

Да. Поняла. Только в том ряде еще одно жестко-металлическое словцо присутствовало – «забудь». Интересно, как это можно «забыть» то, чего «не было»? Но хватит, хватит! Иначе можно с ума сойти.

Вечером заявился Влад. Приволок на кухню пузатый рюкзак, начал деловито выгружать, ставить на стол банки с дачными заготовками – соленые огурчики-помидорчики, вишневый компот, салаты-маринады всяких мастей и неожиданных овощных композиций. Все-таки молодец Екатерина Дмитриевна, дорогая свекровушка, преуспела в любимом занятии. Нет предела совершенству – умудрилась даже варенье из облепихи с лущеными тыквенными семечками сварить... Вот это затейница, вот это выдумщица! Такая красотища на столе получилась – хоть натюрморт пиши.

– Ой, теть Лиз, а можно, я вот это открою? – плотоядно пошевелила пальцами Ленка, нацеливаясь на банку с солеными помидорами.

– Да конечно, зачем спрашиваешь... – обернулась от плиты Лиза, пожав плечами.

Ленка в два счета сняла крышку с заветной баночки, выудила тугой красный помидор, надкусила, с удовольствием втянула в себя соленую мякоть.

– М-м-м... Как вкусно, теть Лиз, попробуйте...

– Конечно, вкусно, нисколько не сомневаюсь. А ты скажи-ка мне лучше, дорогуша, когда у тебя следующий экзамен? Что-то я не замечала, чтоб ты в эти дни хоть в один конспект заглянула...

– Экжамен пошлежавтра, теть Лиж, – прошепелявила набитым красной помидорной мякотью ртом Ленка, – да я шдам, вы не волнуйтесь. Так вкусно, сейчас всю банку съем...