Я с тобой играл - Кира Сорока

Да и смотреть на то, как она виснет на Демьяне, мне вдруг становится противно.

– Эль, ты чего? Уходишь?

Ко мне подбегает Руслан и пытается приобнять. Когда я отшатываюсь, его брови хмурятся, и он зыркает на брата:

– Этот придурок успел обидеть тебя, да?

– Нет… Неважно, – отвернувшись, бормочу себе под нос: – Мне всё равно уже пора.

И стремительно ухожу прочь. Но даже когда скрываюсь за деревьями вдали от бассейна, моя обида не затухает.

Демьян просто козёл! Сволочь! Мало того, что его желание – поцелуй – это просто деталь спора с братом, так он ещё и обижает меня просто так!.. Просто потому, что хочет обидеть! Этому парню что, вообще всё сходит с рук?

Нет, не выйдет!

Я сделаю так, что он проиграет брату пари. И целовать я его не собираюсь, обойдётся!

Залетаю в дом для прислуги, хватаю в своей комнате сухие вещи – майку и лёгкую юбку – и устремляюсь в общую ванную. Избавившись от купальника, выжимаю его и вешаю на крючок для полотенец. Потом вытираюсь насухо и одеваюсь. Просушиваю полотенцем и волосы.

Вернувшись к себе, протираю пол, чтобы скрыть мокрые следы босых ног. Беру свой телефон, купальник Евы и иду в беседку. Эти красные лоскутки я хочу оставить там, чтобы они не попались маме на глаза. А телефон мне нужен, чтобы скачать книгу и прочесть её на микроскопическом экране. Да, это будет неудобно, но у меня нет другого выхода!

Но когда захожу в беседку, замираю на месте, с недоумением уставившись на лавочку. Там стопкой лежат мои вещи. Сверху – книга. А на её старенькой потёртой обложке – бутон красной розы.

Я оглядываюсь по сторонам, но никого рядом нет.

Опасливо беру в руку полураспустившийся цветок и разглядываю его. Красные розы растут здесь повсюду, но именно эта кажется мне особенной. Какой-то невероятно ароматной и приятной наощупь. Неосознанно подношу её к лицу и втягиваю носом сладковатый запах.

Ммм… Что ж, Демьяну придётся сильнее постараться, чтобы загладить вину передо мной. Этой розы будет недостаточно!

Глава 12

Демьян

– Зачем мы здесь? – Рус вальяжно и недовольно скрещивает руки на груди.

– Ну ты же должен увидеть, как она меня поцелует, – я толкаю его за дерево рядом с баскетбольной площадкой. – Вот стой и смотри!

– Ты так чертовски в себе уверен, да? – хмыкает брат, лениво прислонившись к дереву. – И с какой стати она будет тебя целовать? Ты ей даже не нравишься!

Я игнорирую его ехидство и небрежно бросаю:

– Надеюсь, у тебя хорошее зрение. Целоваться с ней дважды я не буду.

– А вот я бы и трижды это сделал, – поддевает меня Рус. – Ммм… и даже четырежды. Её губы похожи на спелую клубнику, не находишь? Так бы и съел!

Неожиданно к горлу подкатывает тошнота, и я, скривившись, отворачиваюсь.

– После нашего поцелуя можешь жрать эту клубнику, сколько влезет. Не подавись только!

Меня тошнит не от мысли о губах Золушки. Внезапно я понимаю, что меня начинает подташнивать от его слов. Стоит лишь допустить, что брат может её поцеловать. И дело тут вряд ли в нашем с ним споре.

Но тогда в чём?

Почему я выставил Элю из бассейна, взбешённый тем, что остальные глазеют на неё в купальнике?

Да какое мне дело до этого купальника и до неё самой?!

Твою мать! Эта Золушка зацепила меня своей недосягаемостью. Определённо! Другая на её месте уже давно провела бы ночь в моей постели и попросила бы ещё… Но не эта фифа!

Чёрт бы её побрал!

Я ухожу на площадку и хватаю мяч. Зашвырнув его в кольцо, оборачиваюсь на брата. Рус стоит всё там же, лениво подпирая дерево, и Эля вряд ли его заметит.

И где её черти носят?

Смотрю на дом для прислуги. Свет в окнах не горит, значит, все уже легли спать. Но не она же?!

Громко чеканю мячом, рискуя разбудить всех обитателей флигеля. Уже девять вечера, и Эля должна была сюда явиться, чтобы выполнить условия проигранного матча.

Но её нет!

И через десять минут…

И спустя полчаса.

Мне надоедает кидать мяч в кольцо. Рус возле дерева уже вовсю ржёт над моим провалом.

– Дамиан, тебя кинули! Жесто-о-око кинули! – протягивает он, оскалившись. – Но я и не сомневался, кстати! Да она и на километр к тебе теперь не подойдёт!

– Да пошёл ты! – выплёвываю я и, зашвырнув мяч, направляюсь к дому прислуги.

Понятия не имею, в какой комнате живёт Золушка, но ведь я могу проверить их все. Я разозлён не на шутку оттого, что она меня кинула.

– Ты куда собрался, чокнутый? – Рус преграждает мне путь, как только я дохожу до входной двери. – Тебя отец линчует, если узнает, что ты водишь шашни с прислугой. Угомонись, братец!

– У меня с ней, – тычу пальцем в сторону флигеля, – ничего нет! Мне плевать на неё! Она лишь должна мне поцелуй.

– И именно поэтому ты решил ворваться в её комнату, да? Перебудить здесь всех? Из-за сраного поцелуя, который тебе не так уж и нужен?

Я знаю, что он делает. Пытается выиграть любой ценой. И даже отцом запугивает. Он же сам мне, наверное, и вломит, если я ворвусь к прислуге.

– Почему она не вышла?! – с необъяснимым даже себе отчаянием спрашиваю почему-то у брата.

– Может, потому, что ты выгнал её из бассейна? Не? Не думал об этом?

– Какого хрена ты вообще её позвал? – шиплю на него. – И какого хрена она была в таком виде?

– Миленький, кстати, купальник на ней был, – Рус мечтательно улыбается. – Знаешь, брат, меня заводит