(Не) истинная любовь - Лия Лова

«Что сделано, то сделано, отступать поздно. Завтра Бал, на работе появлюсь не раньше понедельника, вот тогда и станет все понятно, что дальше. И если это конец моей карьере — то так тому и быть. Ради любви ничего не жалко!»

С этими мыслями я выключила пульт и отправилась домой.

Утром в субботу я проснулась задолго до будильника. Ругая себя за то, что собиралась хорошенько выспаться, а на деле — бесцельно сижу на кухне, я пила всё новую и новую чашку кофе и разглядывала себя в зеркало: припухшие веки, на голове черти что. «Красотка! Ну как в такую не влюбится?»

Перед обедом я поехала к Хелен за платьем. Дверь открыла её мама.

— О, Ванесса, детка, здравствуй! А Хелен сегодня нездоровится, — она явно была расстроена. — Хочешь, поднимись к ней. Она лежит бедняжка. Похоже, сильно переволновалась из-за бала. Так жаль!

— Спасибо, миссис Рассел!

Хелен валялась в кровати и смотрела какой-то фильм. Рядом на тумбочке лежали градусник, таблетки и бутылка воды. Всё как положено. Хотя сама больная больной не выглядела.

— Привет! — она ловко подскочила с кровати и вытащила из шкафа платье.

— А ты не боишься, что мама увидит, как ты тут скачешь и поймёт, что болезнь, это всего лишь притворство? Может, всё-таки сама пойдёшь?

— Не-не! — засмеялась она и завалилась обратно в кровать. — У меня сегодня гораздо более важные планы — наконец-то посмотрю все модные сериалы!

— Спасибо… Даже не знаю, что бы я делала без тебя и твоих сумасшедших идей, — наверное, в этот момент я напоминала слезливую героиню из сериала с ноута Хелен.

— О-о-о, вот только нюни не распускай! А то могу передумать! — она укуталась одеялом. — Попроси маму, чтобы поднялась сюда.

Когда мы с миссис Рассел вернулись в спальню, Хелен уже была в образе: несчастное выражение лица, поза, слабое дыхание… Если бы я не знала, что это игра, то точно поверила бы!

— Мам… Я всё-таки не смогу пойти сегодня. Мне ничуть не лучше…

— Ох, детка. Где же ты подцепила эту зразу? — миссис Рассел присела на кровать рядом с Хелен и положила ладонь ей на лоб. — А температуры вроде и нет. У тебя слабость? Может принести покушать?

— Голова кружиться… Ничего не хочу… Мам, отдай Ванессе моё приглашение. Не хочу, чтобы оно зря пропадало — такое событие! Пусть хоть кто-то сходит.

— Конечно, детка. Мы с папой даже можем её подвезти, — она посмотрела на меня. — Ванесса, мы заедем за тобой? В половине пятого. Будь готова.

Потом она вновь повернулась к своей дочери, поцеловала ее в лоб и ласково улыбнулась.

— А ты отдыхай. Если до завтра не станет лучше, я позвоню доктору Смиту.

— Хорошо мам, — таким же умирающим голосом произнесла Хелен и прикрыла глаза. — Спать хочу.

— Конечно-конечно! — поднялась миссис Рассел. — Пойдём, Ванесса. Пусть Хелен отдыхает. — И вышла из комнаты.

— Не пуха! — заговорщически подмигнула мне Хелен. — И не упусти свой шанс!

— К чёрту! — одними губами ответила я и закрыла дверь.

Глава 8

Ровно в половине пятого к моему дому подъехал автомобиль родителей Хелен.

— Ванесса! Вот это да! — миссис Рассел разглядывала меня с восторженным любопытством и нескрываемым восхищением. — Ты неотразима, детка! Тебе так идет это платье! Боже! Красота! А волосы! Ах, Ванесса, я же всегда говорила, что приличная укладка сделает из тебя куколку. А макияж!

— Мэри, ты вгоняешь девочку в краску, — шепнул мистер Рассел. — Сядь уже нормально, и поедем.

— Да, дорогой, едем!

Я сияла от счастья и понимала, что три часа в салоне красоты потрачены не зря. В душе зарождалось что-то тёплое и искрящееся, не покидало ощущение, что вот-вот произойдёт то самое чудо, которого я так давно жду. Всю дорогу я улыбалась и, прислонившись щекой к окну, мечтала о танце с Томом. О нашем первом танце! Каким он будет? И будет ли?.. Нет, нет! Прочь сомнения! Всё должно сработать! Этой ночью ему должна была присниться Я, поэтому он обязательно узнает меня среди прочих красавиц… И сразу почувствует кто его судьба.

Благотворительный бал по традиции организовывался в летней резиденции мэра — огромной территории, огороженной забором в три метра высотой. Примерно в центре неё — располагалось несколько близкостоящих зданий в классическом стиле, которые с помощью открытых галерей объединялись друг с другом в единый ансамбль. А вокруг — благоухал дивный парк, всё утопало в зелени и цветах…

Для танцев была приготовлена открытая площадка. Сбоку от неё — столики под невесомым, украшенным фонариками и живыми цветами куполом из белого шёлка. Официанты деловито то и дело сновали туда-сюда, наводя финальный лоск и проверяя всё ли готово к фуршету.

Но сама официальная часть церемонии должна была проходить в центральном здании, куда мы и направлялись. Миссис Рассел спешно рассказала мне, где что находится и легонько похлопала по плечу:

- Вот увидишь, здесь будет достаточно молодёжи. Так что, ты развлекайся, детка, а мы с Кристофом пойдём туда, где собираются скучные взрослые. — Улыбнулась и, подхватив супруга под локоть, поспешила к группе нарядных гостей.

Я примостилась на диванчике возле входа и, не пропуская ни одного входящего, ждала… ждала… Однако, время близилось к половине шестого, и вот-вот должна была начаться церемония, но Тома всё не было.

Заиграла торжественная музыка. Видимо, это означало начало бала, так как гости оживились и потянулись вглубь зала, а дворецкие принялись смыкать массивные створки высоченных дверей. В последний момент они немного замешкались, пропуская опаздывающего.

Один взгляд, и я задохнулась от волнения. Том! Я пришла в такой дикий, безумный восторг, что захотелось вдруг, подлететь к нему, повиснуть на шее и рассказать, как же долго я его ждала… Но нет, конечно, я не сделала бы этого. Хотя бы потому, что под коленками разлилась такая слабость, что я рисковала рухнуть, так и не отойдя от своего диванчика. Поэтому, пропустив Тома немного вперёд, я всего лишь побрела за ним следом, держась на расстоянии, но в то же время, отчаянно боясь упустить его из виду.

Глава города уже завёл свою торжественную речь. Том пробрался через пёструю топу гостей и наконец, встал у стены. Пару минут слушал Мэра, потом, видимо заскучав, полез в телефон. Я же всё это время не отрывала от него глаз: «Ну же… посмотри на меня… Том, я здесь. Посмотри…»

И он будто услышал.

Наши взгляды встретились, и мир вокруг перестал существовать. Исчезло всё! Не было больше ни торжественных речей,