Против ветра - Александра Верева

Неприлично выругалась про себя, проклиная все на свете, вот только свидетелей моего позора мне и не хватало. Этим человеком как назло оказался знакомый по прошлой встрече мужчина средних лет помятой наружности. Увидев меня, он расплылся в широкой улыбке, словно старой знакомой.

— О, привет. Уже вернулась?

— Не твое дело, — ответила грубо и кратко в надежде, что он оставит меня в покое.

— Почему не мое? Мое! Я же мужчина. Давай помогу. Какой этаж?

От неожиданности такого предложения я открыла рот, и пока растеряно хлопала ресницами, он ловко отобрал у меня оба чемодана и с легкостью, не свойственной такому худому мужчине, потопал вверх по лестнице.

— Какой этаж? — на ходу повторил свой вопрос, не замечая моего замешательства. — Я полагаю четвертый?

Я удивилась такой проницательности и рванула следом.

— Четвертый. Квартира тридцать четыре.

Поднявшись на нужный этаж, мужчина поставил чемоданы у входной двери даже не запыхавшись, чего я не могла сказать о себе. Ходила же в спортзал регулярно и на тебе, сбившееся дыхание, а всего то четвертый этаж.

— Ну, все. Пока. Увидимся.

Он игриво подмигнул мне и пошел обратно вниз. После предыдущего разговора я бы на его месте в мою сторону даже не посмотрела, прошла бы мимо, а он молодец, не оставил девушку в трудном положении, помог и ничего за это не попросил. От растерянности я даже забыла его поблагодарить. Перегнувшись через перила крикнула вдогонку:

— Спасибо!

— Не за что! — донеслось в ответ и на мои глаза навернулись слезы. Желание совершенно чужого человека бескорыстно помочь мне в трудную минуту растрогало до глубины души, несмотря на то, что я была абсолютно не расположена к контакту с ним.

Наощупь нашла в сумочке ключи от квартиры, стараясь чаще моргать, чтобы разогнать влагу с ресниц, открыла дверь и переступила через порог. Как только дверь за мной захлопнулась, внутри словно что-то сломалось, и я расплакалась, давая волю чувствам, выход накатившим эмоциям. Наплакавшись от души, почувствовала себя намного лучше, включила в прихожей свет и прошла в кухню оценить свое нынешнее положение.

Кухня небольшая, но вполне комфортная для одного человека. На окне весели темно-коричневые шторы в крупный синий цветочек. Освободив окно и впустив яркий свет, отметила, что в кухне тоже чисто, словно хозяйка отъехала всего на пару дней в гости к родственникам. В этом чувствовалась заботливая рука отца: наказал дочь, но продолжал заботиться о ее благополучии. Папочка, мой папочка, ты — самый замечательный отец в мире!

Просмотрев все ящички и полочки выяснила, что посудой, кастрюльками и сковородками я укомплектована, все необходимое есть, даже имелся маленький эмалированный чайник с желтым подсолнухом на боку. В углу возле окна стоял небольшой холодильник, чистый и пустой. А вот с продуктами было туго: не было ни круп, ни чая, ни сахара, ничего съестного. И чему я удивляюсь? Сама не собиралась тут жить, так что же я здесь ожидала увидеть? Нужно будет пройтись в магазин.

Вернулась в прихожую, раскрыла двери во все комнаты, отдернула все занавески, позволив солнечному свету заполнить комнаты, чтобы в полной мере оценить все то, что досталось мне по наследству. В прошлый раз было не до этого.

Все чисто и…очень убого. Старый мягкий уголок в зале, мебельная стенка советских времен с блестящими хрустальными бокалами и раритетным чайным сервизом за стеклянными дверцами. На нижней полке столовый сервиз, на вид совсем новый. В спальне обстановка в том же стиле: старая мебель, полуторная кровать с деревянными лакированными спинками, темно-коричневый двухстворчатый шкаф, узорчатый зелено-бело-коричневый ковер на стене над кроватью и неизменные коричневые шторы в крупный синий цветочек поверх ажурной тюли, такие же как и на кухне, и в зале. Заглянула в шкаф. На полках аккуратно разложено старое постельное белье, полотенца, что-то еще. На полу во всех комнатах постелен одинаковый коричневый линолеум с расцветкой под паркет.

Я села на кровать и закрыла лицо руками, снова стало себя жалко, однако с каждой оброненной слезой в душе стало нарастать внутренней сопротивление. Я — дочь своего отца, я — Валюшицкая и не позволю сломить себя при первой удобной возможности. У меня есть руки, ноги, здоровье и сильное желание жить так, как мне хочется, самой строить свою судьбу не завися от прихоти и желаний других, без оглядки на чужую благосклонность и жалость. Решительно вытерла слезы, взяла легкий спортивный рюкзак и отправилась за покупками.

Спустилась вниз, вышла из двора и решительно направилась по протоптанной дорожке к остановке городского транспорта. Дойдя до дороги передумала ехать, так как заметила на противоположной стороне небольшой магазинчик и направилась к нему. Конечно, ассортимент был гораздо уже, чем тот к которому я привыкла, но, в конце концов, набрала всего необходимого. Ненадолго задержалась у холодильника и взяла пакет пельменей, а на кассе прихватила плитку горького шоколада и коробку печенья "курабье". На первое время предостаточно.

Вернулась в квартиру без приключений. Поставила на плиту чайник, включила холодильник и тот сразу монотонно зажужжал, словно радуясь моему присутствию. Когда начала выкладывать продукты из рюкзака, раздался звонок в дверь, неожиданно громко, так что я подпрыгнула на месте. Кто это может быть? Я никого не ждала. Через секунду звонок повторился. Я на цыпочках подошла к двери и осторожно посмотрела в глазок. Соседка, Нина Ивановна. Щелкнув замком, открыла дверь нараспашку.

— Вероничка, привет, — осторожно поздоровалась старушка, видимо помня наш последний разговор. — Я пришла поинтересоваться, ты решила переехать сюда жить или мне старой все это показалось?

Я улыбнулась в ответ. Вот же прелюбопытная старушенция.

— Да, я переехала и буду здесь жить, — и неожиданно для себя самой добавила, — чаю хотите?

— Хочу, — со всей уверенностью ответила та, словно ждала приглашения — только погоди минутку.

И мышкой юркнула к себе в квартиру, чтобы через несколько секунд появиться на моем пороге с круглым румяным пирогом на белом блюде. Я пропустила соседку вперед, и та направилась прямиком в кухню, ловко орудуя шкафчиками и помогая мне найти нужную посуду, ложки, нож.

Разлив черный чай по большим белым кружкам в красный горох, на правах хозяйки квартиры разрезала пирог. Он был еще теплым, начинка из творога с вишней. Аромат шел такой восхитительный, что я готова была съесть его одна и целиком. Конечно, за сегодняшний день у меня с утра не было и крошки во рту! Я сглотнула слюнки, аккуратно положила кусок на тарелку и поставила перед незваной гостьей. Рядом поставила тарелку с купленным печеньем и открыла шоколадку.

Я попробовала кусочек пирога и зажмурила глаза от удовольствия. Вкусно безумно.

— Нина Ивановна, так вкусно! Дайте рецепт.

Лицо старушки вытянулось от удивления.

— А ты, детонька, готовить то умеешь?