Райская птица - Энн Мэтер

Место вокруг бассейна расчистили и устроили там площадку. Клео танцевала с парой друзей Джейкоба и как чумы избегала мужчин помоложе. Она не хотела, чтобы эти люди, которые ненавидели ее, подумали, будто Клео ведет себя так же, как Селеста.

Она почти ничего не знала о матери. Только то, что рассказал ей дедушка. Но ничто не могло изменить тот факт, что Селеста встречалась с женатым мужчиной.

Клео подумала, что с точки зрения Монтоя, вечер удался. Ее представили местному обществу, и все узнали о намерениях Джейкоба по отношению к ней.

После того как дедушка ушел отдыхать, атмосфера вокруг нее изменилась. Никто не грубил, но все вопросы о ее жизни в Англии скрывали подвох. Клео казалось, что все присутствующие относятся к ней с любопытством и неодобрением. Но ведь это не ее вина, что ее отец соблазнил Селесту!

Весь вечер она избегала Доминика. Это не составляло особого труда, так как рядом с ним все время находилась Сара, которая относилась к ней с явным недоверием.

В любом случае Клео сбежала с вечеринки около двух ночи. Она не очень устала, но отношение окружающих задевало ее все сильнее.

Сейчас было почти шесть утра. Ей хотелось убежать. Не только из поместья, но и от своих собственных мыслей.

На берег набежала волна, и Клео почувствовала прикосновение холодной воды. Она сбросила босоножки и позволила волнам ополоснуть ноги.

Это было безумием пойти на пляж в обуви на высоком каблуке. Но, вернувшись в свою комнату, Клео рухнула на кровать и пролежала так три часа без сна. Необходимость переодеться заботила ее меньше всего.

Она остановилась, чтобы рассмотреть перламутровую ракушку, а когда подняла голову, увидела приближавшегося мужчину. На таком расстоянии было сложно рассмотреть, кто это. Но человек направлялся к ней, ритмично взмахивая руками в такт движениям своих длинных ног.

Он был похож на Доминика. Но ведь он приехал на вечеринку с Сарой и повез ее домой. Скорее всего, к себе. Клео печально вздохнула. Он никак не мог остаться ночевать в поместье.

Но это был Доминик! Высокий, мускулистый, с широкими плечами, узкими бедрами. Клео покраснела при мысли о его тугих ягодицах, плотно обтянутых эластичными шортами. Он явно получал удовольствие от пробежки. Пот струйками стекал по его груди. Несмотря на бессонную ночь, ее тело содрогнулось от мощного выброса адреналина.

— Привет. — Доминик заметил, что Клео в том же самом платье, которое было на ней на вечеринке. — Куда-то собралась?

Клео с вызовом посмотрела на него. Она не позволит насмехаться над собой.

— Я не спала. А что, разве тебя это волнует? — отрезала она.

Безусловно, его это волновало. Но после вчерашнего фиаско Доминик решил не усложнять себе жизнь:

— Да нет. — Он наклонился и уперся руками в колени, чтобы отдышаться. Он старался не смотреть на нее.

Но в конце концов ему пришлось выпрямиться.

— Что скажешь о вчерашнем вечере? — В его голосе не было ни тени волнения. — Тебе понравилось? Я, кажется, припоминаю, что почетная гостья куда-то исчезла.

Клео сделала вид, что любуется горизонтом, рассматривая появляющееся вдалеке солнце, лучи которого окрашивали океан в розоватый цвет.

— Я не была почетной гостьей, — натянуто возразила она. — А если была, то другие не знали об этом.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Доминик. — Что они тебе говорили?

— Да… ничего.

Клео пожалела, что упомянула об этом. Тем более сейчас, когда Доминик стоял так близко и она ощущала жар, исходящий от его тела. Она чувствовала запах пота, запах его самого. Во рту у нее вдруг пересохло. Когда Клео заметила его осуждающий взгляд, ее ноги задрожали.

— Не бери в голову. А почему ты не уехал к себе домой? — попыталась сменить тему Клео. — А Сара тоже осталась? — после секундной паузы добавила она с улыбкой.

— Я хочу знать, почему ты расстроилась. — Доминик не обратил внимания на ее вопросы. — Моя мать сказала тебе что-то? Или Сара?

— Боже мой, нет. — Клео сдерживалась, чтобы не смотреть на него. — Ладно, давай начистоту. Ваши гости были не только вежливыми. Они проявляли… любопытство. Касательно меня.

— Ну конечно, им было любопытно узнать…

— Я закончу. — Клео позволила себе мимолетный взгляд в его сторону. — Они проявляли любопытство и недоверие. Они думают, что мне нужны деньги Джейкоба! В ее голосе послышалось отвращение. — Если бы только они знали!

— Знали что?

Доминик схватил ее за руку, и его прикосновение показалось Клео обжигающим. Боль, эхом отозвавшаяся в животе, была чисто сексуальным желанием, жар которого растекался по ее бедрам.

Она помнила ту неотступную потребность прижаться к Доминику и позволить лихорадке захватить ее всю. Но как бы он ни сочувствовал ей и ни жалел ее, он ничего не мог сделать, чтобы облегчить боль.

— Не важно, — ответила она, отступая на шаг.

Доминик опустил глаза и посмотрел на свою напрягшуюся плоть. О господи, что же эта женщина делает с ним? Одно лишь прикосновение, и он полностью теряет над собой контроль.

— Думаю, ты преувеличиваешь реакцию других, — резко произнес он, пытаясь успокоиться. Но его голос выдавал напряжение, охватившее его.

— Пусть так. Но мне не нужны деньги твоего дедушки, — повторила она. — Можешь сказать об этом всем. В любом случае я уеду через несколько дней. И тогда это уже не будет иметь никакого значения.

Доминик посмотрел на нее с мукой в глазах. Черт побери, ему не хотелось, чтобы Клео уезжала. Но признаться ей было бы настоящим сумасшествием. А он не собирался связывать себя ни с ней, ни с кем-то другим никакими обязательствами.

Ему нужно выбросить Клео из головы…

Приняв такое решение, Доминик прекратил все попытки урезонить Клео. Развернувшись, он бросился в воду, почти не надеясь, что океан остудит его разгоряченное тело.

Клео застыла от изумления — он прыгнул в воду в майке и шортах.

Она наблюдала, как Доминик поплыл, сражаясь с приливом. Одежда никоим образом не затрудняла его движения, но Клео все-таки заволновалась. Она зашла немного дальше в воду. Почему она не такая смелая и не может совершить нечто безрассудное? Ее сердце бешено билось.

Доминик почти исчез из вида. Его голова то появлялась, то исчезала. Клео надеялась, что он знает, что делает, и поймет, когда нужно возвращаться назад.

Тоненькая золотая полоска окаймляла горизонт, и при свете восходящего солнца Клео с облегчением заметила, что Доминик направляется к берегу. Она позавидовала тому, как он здорово плавает, с какой силой набрасывается на волны и побеждает их. Сейчас Доминик напоминал яростного дикого хищника. И она понимала: будь у нее хоть капля ума, она убежала бы прежде, чем он доберется до берега. Но не могла пошевелиться.