Конец игры - Крис Райан

Подошел поезд, и дверь с шипением открылась. Зак вошел в вагон. Он был заполнен лишь наполовину, и он легко нашел место. Когда он сел, другой пассажир занял место рядом с ним. Молодой парень в синей бейсболке.

Зак выругался под нос. Либо он слишком устал, либо был слишком занят, либо потерял самообладание.

Он повернулся, чтобы посмотреть на своего соседа, который улыбнулся.

— Ты не единственный, кто может подкрадываться к людям, — сказал Рикки.

9

АЛЯС

Рикки не мог понять Зака. Полчаса назад ему понадобилась его помощь. Теперь, когда они сидели бок о бок в метро, ​​он, казалось, был в ярости от того, что находится в компании Рикки. Он списал это на утренний стресс. Рикки тоже это чувствовал.

Они не говорили. Оба умели хранить молчание на публике. На площади Пикадилли Зак вышел из поезда, а Рикки последовал за ним. Только когда они вышли на улицу и направились на север через Золотую площадь, Рикки завязал разговор:

— Так куда мы идем?

— Я иду сюда, — сказал Зак. — Не знаю, как ты — ты, кажется, просто ходишь по пятам.

Что-то щелкнуло внутри Рикки. Он схватил Зака ​​за левое предплечье. Зак внезапно сделал четверть круга со скоростью и ловкостью кошки, его правая рука была поднята и готова к удару. Это было рефлекторное действие человека, готового сражаться. Однако Заку ​​не уступал Рикки, который поднял левую руку, готовый блокировать удар.

Они посмотрели друг на друга, затем осторожно опустили руки.

— Послушай, приятель, — сказал Рикки. — Я знаю, что ты работаешь на этой должности дольше меня, но я только что ускользнул от четырех вооруженных до зубов мужчин, которые искали тебя, а теперь они будут искать и меня. Хватит дуться, скажи мне: куда ты идешь?

Какое-то время они стояли почти как статуи.

Потом Зак вздохнул.

— Прости, — сказал он. — Многое произошло за последние несколько часов. Я не соображаю.

Рикки ухмыльнулся ему.

— Две головы лучше одной.

— Ага. И три головы лучше, чем две. Круз задал нам головоломку, и я знаю одного парня, который очень хорошо разгадывает головоломки. Просто ребенок. Он живет на Лексингтон-стрит, прямо здесь.

Они снова зашагали.

— Так кто этот парень? — спросил Рикки.

— Его зовут Малкольм.

— Он агент?

— Неа.

— Он обучен?

— Боже, нет.

— Ты ему доверяешь?

Зак остановился, казалось, задумался на минуту, затем поднял руку и слегка покачал ею, как бы говоря: «Вроде».

— Ты не вызвал во мне уверенности.

— Малкольм в порядке. Мы были вместе на нескольких миссиях. Я видел, как он делал удивительные вещи с компьютерами. Однажды он захватил весь Твиттер. А в другой раз, в Африке, он захватил всю сеть мобильной связи, — уголок рта Зака ​​приподнялся. — И он хорошо разгадывает кроссворды.

— Так почему же ты знаешь о нем, а Агентство — нет?

— Все сложно. Майкл поселил его в квартире в Сохо, но он скрывал это от Агентства. В нашей сфере есть много людей, которые хотели бы заполучить его в свои руки — не все из них дружелюбны. У нас было ощущение, что однажды он может пригодиться. Наверное, сегодня тот самый день.

— Держу пари, это довольно сомнительное место, — сказал Рикки.

— Откуда ты знаешь?

— Раньше у меня был хозяин, который разрешал мне, несовершеннолетнему, жить в одной из его комнат. Тот факт, что я не хотел, чтобы кто-то задавал вопросы, означал, что ему не нужно было беспокоиться о том, подходит ли комната для проживания людей.

Они повернули направо, мимо теплых уютных кафе, битком набитых посетителями, затем свернули в Лексингтон, где остановились перед высоким, довольно ветхим зданием с террасами и черной входной дверью. Зак фыркнул.

— Не пойми меня неправильно, — сказал он, — но Малкольм немного чудак. Он нервничает из-за незнакомых лиц. Лучше позволь мне говорить.

Рикки пожал плечами.

У двери висел домофон. Зак нажал кнопку.

Ответа не было.

— Может быть, он вышел, — сказал Рикки.

— Честно говоря, Малкольм не из тех, кто «выходит».

— Ты будто превозносишь его, ты знаешь это?

Пока Рикки говорил, над ними раздался шум. Они оба посмотрели вверх. Тремя этажами выше открылось окно. Мальчик примерно их возраста высунул голову. У него было худое лицо, сальные каштановые волосы и очки в коричневой оправе. Он смотрел на них секунд пять, а затем исчез обратно в доме.

— Это он? — спросил Рикки.

— Да, это он, — Зак поднял руку, чтобы снова позвонить, но раздался тихий звон ключа, который упал на тротуар. Рикки поднял его и передал Заку, который открыл входную дверь и впустил их.

Внутри было темно и не пахло свежестью. Они закрыли за собой дверь и на ощупь поднялись по скрипучей, шаткой лестнице. Рядом с лестничной площадкой первого и второго этажей располагались квартиры, из которых гремела музыка — Тейлор Свифт на первом этаже, старый драм-н-бэйс на втором. Однако на площадке третьего этажа было тихо. На плотно закрытой двери была грубо нарисована цифра 3.

Зак постучал.

Ответа не было.

— Малкольм, приятель. Это я. Тебе нужно открыть.

— Откуда мне знать, что ты меня не убьешь? — раздался приглушенный голос из-за двери.

— Почему все думают, что я собираюсь их убить? — пробормотал Зак слегка раздраженным голосом. — Я никогда никого не убивал.

— Наверное, ты просто так выглядишь, — прошептал Рикки. — Послушай, ты уверен насчет этого парня? Он звучит более чем странно.

Зак проигнорировал это.

— Малкольм, сколько раз я спасал тебе жизнь? Давай, приятель, открывай.

— Майкл сказал мне никому не открывать дверь.

Зак и Рикки переглянулись.

— Прости, Малкольм, — тихо сказал Зак. — Майкл мертв.

Тишина.

Затем с другой стороны двери стало слышно, как открывались несколько замков. Прошло полных тридцать секунд, прежде чем дверь распахнулась.

Малкольм выглядел бледным и нездоровым. Его глаза — за толстыми линзами очков — нервно бегали по сторонам. Он не сделал попытки пригласить их за порог.

— Э-э, с Новым годом, Малкольм. Теперь мы можем войти? — спросил Зак.

Малкольм моргнул и выглядел слегка удивленным этой просьбой. Но он отошел в сторону, пропуская Рикки и Зака. Как