Спасти Персефону - Мария Самтенко

Аид стянул с головы шлем-невидимку, и Минта с Гермесом тут же перевели на него взгляд.

— Мы бессмертные боги и нимфы и не боимся каких-то там муравьев, — твердо сказал экс-царь. Потом перевел взгляд ниже и добавил, — даже если у большинства из нас на ногах не сапоги, а сандалии.

— А они кусаются?..

— А если я случайно споткнусь и уроню царицу?..

Аид перевел взгляд на спящую Персефону на руках у Гермеса и попытался представить, как интересно ей будет проснуться среди копошащихся муравьев. Или, может, при виде нее они разбегутся?

Экс-Владыка попытался представить — лежишь себе, спишь, и тут — бац! — упал. Потом открываешь глаза… и видишь, как от тебя муравьи разбегаются! Врагу не пожелаешь!

Аид никогда не одобрял бессмысленную жестокость.

Тем временем Минта решила поддержать Гермеса и принялась скулить:

— Моя бедная сестра, она сегодня так много пережила!

— Ну, ладно, — вздохнул Аид. — Если вы не хотите, мы можем пойти через Харона. Часа за два доберемся, как раз придумаем, как объяснить, зачем мы похитили Персефону.

Нежелание объясняться с Хароном перевешивало еще целых десять минут — пока они не дошли до куч и не обнаружили, что это вовсе не муравейники. О нет, кучи целиком состояли из муравьев, мертвых вперемешку с живыми, и даже Аиду стало как-то не по себе, когда он представил, что идет по этой массе. Пусть даже и в сапогах.

Наверно, можно было брести по воде — ну, если бы она не напоминала кисель из дохлых муравьев.

— С Хароном договоримся, — решил Аид. — Кто-кто, а он точно не переметнется на сторону Ареса. А ты понесешь лягушек, — он перевел взгляд на Минту. — Мы же не можем бросить их в этом жутком месте.

— П-почему? — дернулась нимфа.

— Они явно считают, что ты их хозяйка, — сообщил экс-царь.

И они побрели к главному выходу из Подземного царства, стараясь держаться между болотом и муравьиным полем.

Минта опять щебетала какую-то чушь, стреляла глазами и облизывала пухлые губки, а Гермес угрюмо молчал, изредка вставляя одну-две фразы в ее болтовню.

Аид тоже шел молча, раздумывая, как мог измениться Харон, как вывести Гермеса из затяжной депрессии (полсотни лет под личиной Гекаты явно не прошли даром), и что, в конце концов, делать с подземной царицей.

Персефона была проблемой.

С ее силой было что-то не так — Аид понял это сразу, как только увидел ее — а после того, как он перехватил удар, предназначавшийся Гермесу, острое ощущение ненормальности только усилилось.

Аид проверил взглядом Минту и Психопомпа и на секунду прикрыл глаза, вспоминая, как густела кровь в жилах, норовя превратиться в древесный сок, как больно было выдирать из раненого бока упрямо растущую сквозь кожу и мышцы ромашку, и как его сила — сила смерти — не могла одержать над ее силой верх.

Проблема была в том, что он был смертью, но Персефона и сама несла смерть. Вот только смерть в ее силе причудливо перемешивалась с жизнью, и казалось, что прах и тлен сливаются в ней с молодыми ростками травы.

И Аид не был уверен, что это нормально для богини Весны.

Харона они увидели издалека — он пытался переплыть Стикс, шестом отбиваясь от гигантских крокодилов, которые из непонятных соображений желали закусить плывущими в лодке тенями. На самого Харона они почему-то не покушались, видимо, считали его бешеным.

— Да он не то что нас, себя не перевезет, — заключил Гермес.

Он был прав. Крокодилов было так много, что лодка еще не доползла даже до середины реки, а Харон уже выбился из сил. Поэтому они просто пошли вверх по течению Стикса, игнорируя клацающих челюстями крокодилов. Хотя это было непросто, учитывая, что это все-таки не пираньи и вполне себе бегают и по суше. Но крокодилы почему-то спешили за ними гнаться, обоснованно полагая, что на суше может быть еще хуже.

Еще один тайный выход из Подземного мира находился чуть выше истоков Стикса, и за четыре часа пути Аид и остальные успели зарубить саблей двух самых настойчивых крокодилов, пробиться сквозь густые заросли папоротника, полюбоваться на гигантских слизняков, обойти огромный термитник; чуть не заснуть на поле с коноплей; встретить с десяток крупных травоядных рептилий; обнаружить одно не учтенное на карте Подземного мира озеро; понаблюдать за массовой миграцией подземных из собственного мира.

Последим фактом Аид был возмущен до глубины души и порывался перекрыть выход, чтобы эти крысы не бежали с тонущего корабля, но потом передумал — решил, что это демаскирует.

Среди бегущих не было ни одного знакомого лица, так что Аид передал хтоний Гермесу, чтобы тот без проблем вытащил Персефону, а сам смешался с толпой.

На поверхности была ночь, и они шли вперед, пока не наступил рассвет. Потом устроили лагерь у небольшого озера и легли спать, оставив на страже Гермеса.

Аид проснулся ближе к вечеру, и Гермий тут же завалился дрыхнуть, предусмотрительно зарывшись в стог сена подальше ото всех.

А Персефона еще спала.

Глава 9. Персефона

Проснувшись, Персефона долго не открывала глаза и прислушивалась к ночным звукам. Их было на удивление много: какие-то шорохи, треск, стрекот цикад, шум ветра, далекое уханье птиц, плеск воды вдалеке, чьи-то тихие голоса. Показалось на миг, что она на поверхности: вот откроет глаза, а над ней — темный купол неба, искрящийся далекими звездами.

Но голоса мешали.

— … а если они узнают? — жалобно скулил Гермес.

— Конечно, узнают, — это был тихий, властный голос Аида, Персефона сразу его узнала. — Ты придешь и расскажешь все как есть. Что я вернулся, и что раскрыл тебя, а потом заставил похитить царицу. Расскажешь, как мы шли и где остановились. И еще не забудь передать, что я планирую свергнуть Ареса и воцариться на всех трех тронах.

— Ты правда это планируешь? — пискнула Минта.

— Кто ты такая, чтобы судить о моих планах? — в голосе экс-царя зазвучало что-то такое, что Персефоне стало не по себе.

Аид говорил, как настоящий Владыка… пожалуй, в первый раз с тех самых пор, как они познакомились. Ему что, так сильно не понравилась Минта?

Стало холодно, Персефона поежилась, выскользнула из-под варварской куртки и жестом остановила приближающегося с покрывалом в руках Аида:

— Не надо. Я встаю.

Она думала сходить к озеру, умыться, но поленилась — просто расчесала волосы, привела в порядок свое одеяние и вернулась к костру. Минта подвинулась, освобождая ей место рядом с Подземным Владыкой — и как можно дальше от