Истинная для Ворона - Алёна Петра

Сейчас надо было заняться проблемой поважнее: у них не было ни еды, ни воды. А плыть надо было сейчас. И Равн пока не представлял как можно решить эту проблему в короткие сроки.

Глава 12. Снова в путь

К вечеру пошёл дождь, сейчас он был как никогда кстати. Серая влага прозрачной стеной отрезала их от мира, задерживая преследователей. Да и вопрос с пресной водой решился сам собой.

Вода в бухте прибывала медленно, только к ночи она добралась до лодки. Стефан с Равном перевернули её ещё днём, но спустить на воду не хватало сил: кажущаяся с виду маленькой и лёгкой, она оказалась просто неподъемной. Даже Стефан высказал свои сомнения:

— Рафн ты уферен, что мы не потонем фместе с этой лодчонкой?

— У тебя есть другие варианты?

Таких лодок Равн никогда не встречал: наружная обшивка днища была выполнена из незнакомого дерева, а удлинённый киль напоминал плавник.

"В этой лодке вас и нашла Торбъёрг" — ворон поделился воспоминанием с Равном.

"Удивительно, что она ещё не сгнила".

"Ладьи из железных деревьев Оголаса всегда славились крепостью".

"Значит, моя мать действительно была эльфийкой? "

"Да," — ворон коротко каркнул и взлетел в небо.

Тайная бухта отлично защищала от дождя, но разводить костёр всё равно не стали, из страха, что их местонахождение выдаст дым.

Стефан с Радой о чём-то тихо беседовали, Равн не вслушивался в доносящееся бормотание — мысли о предстоящем путешествии не давали покоя. Он неплохо ориентировался на местности, и хорошо представлял в какую сторону плыть, но вид потемневших высоких волн порождал сомнения и страх. Одно дело путешествовать на большом устойчивом корабле и совсем другое — на маленькой лодочке пусть и эльфийской, но вариантов особо не было. Ближе к полуночи начался отлив.

— Ну всё, пора! Садитесь, — скомандовал Равн.

Хоть вода и отступала медленно, но, сидя в лодке, у них было время немного подремать. Шум бьющихся волн о скалы снаружи уже не пугал, в их небольшой пещере царило затишье, а в воздухе пахло свежестью. Сидя в лодке на расстоянии вытянутой руки друг от друга, Равну никак не получалось вытянуть ноги, чтобы они не затекали. Ночная прохлада вместе с высокой влажностью заставляли кутаться в плащ и чтобы не мёрзнуть, охотник взялся за вёсла, чтобы развернуть ладью носом к выходу.

Обернувшийся волком Стефан скулил и дрожал, но продолжал послушно сидеть. Рада же молчала, поглаживая рыжую шерсть Стефана-оборотня. Свою нервозность она пыталась скрыть днём за разговорами, сейчас же, когда собеседник лишился дара речи, ей приходилось успокаивать себя саму.

— Переживаешь? — спросил Равн.

Но девушка оставила вопрос без ответа, её тёплый вязаный плащ хорошо согревал, но руки нещадно мёрзли.

— Долго ещё ждать? — спросила Рада.

— Думаю с рассветом выплывем, поспи пока есть возможность.

— А ты?

— Я буду следить, чтобы нас не вышвырнуло в море. Кстати, у тебя есть возможность обратиться к своим богам за помощью.

Рада непонимающе уставилась на него.

— Я бы попросил Стефана помолиться Верисиде, но ты сама видишь, что он сейчас не в состоянии.

— К сожалению, тебе придётся молиться самому, я давно потеряла веру в богов.

— Да? Никогда бы не подумал.

— Неужели я выгляжу, как свет Оломаи?

— Ну-у, — Равн задумчиво окинул взглядом девушку. — На этих фанатичек вроде не похожа, но что-то от монахинь в тебе есть.

Рада потёрла руки и подышала на них, пытаясь согреть.

— Может потому что они меня воспитывали. Отец с ответственностью относился к моему будущему.

— Ещё бы он о своём народе также заботился.

— Ты кажется путаешь моего отца с его братом Светозаром.

— Так ты дочь другого Милославского, — Равну почему-то стало легче от этой новости.

— Да. Мои родители Ян и Ольга, а Светозар по праву рождения унаследовал корону и власть, — Рада вспомнила родителей, и её голос слегка задрожал. — Кажется вечность их не видела, ведь я никогда не уезжала надолго.

Она снова потёрла ладошки. Равн отпустил весла и обхватил её кулачки своими пальцами, согревая теплом разгоряченных рук. Девушка замерла. Его невинные прикосновения казались ей соблазнительными, что она чувствовала себя развратницей.

— Как ты умудряешься не замерзать? Руки такие горячие, — спросила Рада, пытаясь скрыть пылающие щёки и учащённое дыхание.

— Если замёрзла двигайся ближе, будет теплее.

Она пересела на скамью к Равну, от него шёл жар словно от печи. Девушка прижалась боком, а когда согрелись руки и глаза сами собой закрылись, положила голову ему на плечо, так и уснула.

Вода медленно убывала, когда на небе забрезжил рассвет. Волны, словно засмотревшись на красоту восходящего солнца, присмирели и улеглись, давая возможность лодке спокойно выплыть из пещеры.

Равн аккуратно поправил девушку, опустив её голову себе на колени и налёг на вёсла, стараясь не потревожить Раду. От неё пахло ванилью и вереском, будоража воспоминания и забытые чувства.

Его внимание привлёк Стефан, который вернулся в человеческое тело. Он устало улыбнулся, глядя на друга и Раду.

— Я чуток отдохну, и сменю тебя, — пробормотал он виновато.

Когда они отплывали от острова, за горой Равну показалась тонкая струйка дыма. Вернувшийся с земли Э'нгыр принёс плохую весть — старая лачуга Торбъёрг сгорела дотла. Эта новость расстроила Равна и подкосила старого пернатого друга. Э' нгыр забился под скамью и закрыл сознание для Равна. Своё горе он переживал в одиночестве.

*** ***

Почти пять часов Равн грёб не переставая, делая лишь недолгие передышки. Руки с непривычки горели огнем, присмиревшее море вновь начинало бурлить и злиться, а их маленькая лодочка на удивление ловко уворачивалась от высоких волн. Равн помнил, что остров Хердир находился на юго-западе, доплыть можно было за несколько часов, если бы они плыли на корабле с тридцатью пятью парами вёсел. Сколько займёт путь на лодке, да ещё и в бушующему море — даже не мог предположить.

— Рафн, сколько я спал? Дафай я сменю тебя, — наконец, проснулся монах.

Стефан подсел на скамью напротив и забрал вёсла.

Следом проснулась Рада, и тут же вскочила, увидев, что лежит у Равна на коленях. Лодка предательски наклонилась, ещё секунда и девушка оказалась бы за бортом, но Равн во время схватил её за платье.

— Вот дурная! — ругнулся охотник после того, как лодка перестала раскачиваться.

— Прости, я со сна… Случайно.

— Меня не покидает чувство, что ты меня когда-нибудь угробишь, — проворчал Равн, осторожно придерживая Раду за