Развод. Я буду свободна - Шарлотта Эйзинбург

смысла. Вот-вот зайдёт Сергей, он не должен видеть нас вместе. Мне было очень тяжело дышать, корсет платья стягивал мою грудную клетку, от чего мне казалось, что я сейчас упаду в обморок от нехватки кислорода. Я сделала пару глубоких вдохов и взяла с подноса официанта ещё один бокал шампанского. Мне нужно было успокоиться. Прийти в себя. Вокруг было столько людей, среди них мои знакомые художники. Мне не хотелось отключиться у всех на глазах. Нельзя так нервничать. Так у меня ни одной нервной клетки не останется.

Вот что этот Артём здесь делает? Почему он постоянно оказывается рядом со мной? Мне не давали покоя эти вопросы. У него это спрашивать было бесполезно, опять начнёт распускать свои грязные шуточки.

Рассматривая картину, я сделала шаг назад и наткнулась спиной на чьи-то руки.

— Марина, аккуратней, — послышался знакомый тембр голоса.

Я вздрогнула от неожиданности и чуть не поперхнулась шампанским. Это был Сергей. Как же вовремя я отошла от Артёма. Муж поцеловал меня в щёку и приобнял за талию. Наш спектакль под названием «Счастливая семья» снова в эфире.

Неспешно прогуливаясь с мужем по галерее, я глазами выискивала Артёма. Но его нигде не было. Как хорошо, что он догадался и ушёл. Я спокойно выдохнула.

— Ты хорошо сегодня выглядишь. Я даже удивлён твоим поведением в последнее время. Наконец-то до тебя дошло, что со мной бесполезно играть в игры, — уверенным тоном говорил Сергей, параллельно пробегая взглядом по экспозиции.

— Да, Серёж, прости меня. Вела себя раньше, как дура, — от этих слов меня всю передёрнуло. Так неприятно стелиться перед этим подлецом и изменником.

Мы остановились перед одной из моих любимых картин. Её написал мой хороший знакомый, тоже пейзажист, как и я. Его полотна всегда вызывали во мне волну чувств и воспоминаний. Я растворялась в картине, рассматривая каждую деталь.

— Марин, ты видишь того человека? — Сергей вырвал меня из погружённого состояния.

Я обернулась и посмотрела в сторону, куда указал супруг. Конечно же, его внимание привлёк Артём, который снова появился на выставке.

— Да, вижу. Кто это? — спросила я, старательно изображая удивление.

— Этот тот самый адвокат: Романов Артём. Если помнишь, на ужине пару недель назад мы его обсуждали. Что он вообще забыл здесь?

— Серёж, я без понятия, давай не будем на него отвлекаться.

— Это ничтожный человек, Марина. Он копает под меня. Я уверен, он здесь неспроста, — муж говорил напряжённо. Он злился, желваки начали ходить по лицу.

Я обратила внимание на Артёма. Он ходил от картины к картине, будто не замечая нас. А мой муж продолжал сверлить его взглядом. Я дёрнула Сергея за рукав, отводя в другой зал галереи.

— Сергей, пойдём, пожалуйста.

— Не понимаю, что этот скот здесь делает. Я, кстати, позвал на выставку Андрея Валентиновича и Нору, они должны приехать примерно минут через пятнадцать-двадцать. Андрей Валентинович знает лично этого Романова. Будет повод подойти, поздороваться и взглянуть в его подлые глаза.

— Зачем ты их позвал?

— Тебя забыл спросить, зачем. Надо, поэтому и позвал, — Сергей возмущённо посмотрел на меня и покачал головой.

Я была уверенна, что Нора прекрасно осведомлена, как выглядит Артём. Без сомнения она узнала его тогда в примерочной. И если сейчас они все вместе здесь соберутся, она не сможет просто промолчать. И выдаст меня с потрохами. Мне конец.

Глава 19 Письмо

Выставка продолжилась. Артём никуда не уходил. Похоже, что ему доставляло удовольствие потешаться надо мной и над Сергеем. Муж постоянно кидал в его сторону угрожающий взгляд. А я была готова сквозь землю провалиться из-за этого цирка. Мне было невыносимо находиться в зале с этими двумя.

— Сергей, может быть, поедем домой? Я уже всё посмотрела.

— Нет, никуда мы не поедем, пока Андрей Валентинович с Норой не приедут. Ты молила отвезти тебя на эту выставку. Я выполнил твоё желание, не нужно теперь жаловаться, — Сергей взял меня за руку и горделиво повёл к следующей экспозиции.

Я выдохнула и повинуясь, пошла за мужем.

— И вообще, Марина, имей совесть. Я ещё не всё посмотрел, и ты могла бы… — нотации мужа прервал звонок телефона. — Ты могла бы, и помолчать, — продолжил Сергей, вынимая телефон из кармана брюк.

Меня разрывало от негодования. Почему опять моё мнение никого не интересует? Я хотела получить удовольствие от выставки, наполниться энергией, новыми впечатлениями. В итоге я получила новую порцию стресса. На эмоциях я взяла ещё бокал шампанского с подноса официанта, чтобы запить свою печаль. Пузырьки игристого моментально дали мне в голову. Это был уже третий бокал за вечер, и я почувствовала, как начинаю пьянеть и отпускать возникшую ситуацию.

— Я отойду на улицу поговорить. Это Андрей Валентинович, — сказал муж, прикрывая ладонью телефон.

Я кивнула ему в ответ и облокотившись о стену начала выискивать Артёма. Шампанское сделало своё дело. Я набралась смелости, во мне заиграл живой интерес. Пока муж отошёл на улицу, я хотела воспользоваться ситуацией и подойти к господину Романову.

«Где же он? Куда сбежал?» — прошептала я, бегая глазами по гостям выставки.

— Простите, вам просили это передать, — официант протянул мне свёрнутый вдвое листок бумаги.

— Кто просил? — удивлённо спросила я, вытаращив глаза на официанта.

— Тот молодой человек, — официант указал в самый дальний угол, где и стоял Артём.

Я победно улыбнулась. И раскрыла записку, которая гласила, следующее:

«Марина, я вижу у тебя много вопросов. Я готов ответить на них. Не принуждаю тебя ни к чему, можем просто выпить кофе. Напиши мне». В конце письма был указан номер телефона.

Такой настырный. Обалдеть. По моему телу пробежали мурашки от волнения. Сердце начало биться сильнее. Меня окутало чувство бабочек в животе. Вот-вот и я бы сползала вниз по стене от затуманенности своего сознания. Его письмо заставило меня размякнуть от удовольсвия. Либо всё дело в шампанском?

Я взяла в себя в руки и забежала в туалет. Быстро достав телефон я написала Артёму:

«Артём, пожалуйста, уходи сейчас с выставки. Иначе нас раскроют. Я готова с тобой встретиться. Но позже».

Отправив сообщение, я облокотилась о раковину и посмотрела на своё отражение в зеркале. На лице появился приятный румянец. То ли от алкоголя, то ли от предчувствия приятной встречи с Артёмом. Я надеялась, что он всё поймёт и уйдёт с выставки, не подвергая риску наше общение в будущем. Я сама не понимала чего хочу. Мне не хотелось изменять мужу, не хотелось опускаться до его уровня. Но Артём был таким пленительным, мне хотелось