Предатель. Собрать себя по частям - Алиса Марсо

— Ты никуда не пойдешь! — процедил он сквозь зубы.

— Пропусти, разговор не вышел, — все еще мирно попросила я.

Денис схватил меня за горло и прижал к стене. Я выронила сумку и попыталась расслабить хватку. Он сжал сильнее, воздуха становилось все меньше, а из глаз покатились слезы.

— Пусти, — прохрипела я.

В сумочке на кресле заиграл телефон, но мне до него не добраться. Лерка! Наверно беспокоится.

Денис несильно ударил меня о стену, привлекая внимание.

— Слушай меня внимательно! Шеф готовит документы для моего назначения на должность. По уставу управления для замещения этого места я должен быть женат и счастлив, чтобы никто не усомнился в моем честолюбии. На развод ты не подашь! — Денис обернулся на снова трезвонящий телефон и, не выдержав, подошел к сумке, достал мобильник и с надрывом сжал кнопку отключения питания.

На слабых ногах я съехала по стене на пол и обхватила пульсирующее горло. Тошнило, а перед глазами все быстрее летали светлячки. Начал бить озноб. Я не понимала, что происходит, но чувствовала себя все хуже.

Денис вернулся ко мне и навис грозной скалой.

— Ты поняла меня? Через несколько дней пойдешь со мной на конференцию, где меня представят, как перспективного и надежного руководителя. А ты будешь рядом счастливо улыбаться и петь лестные дифирамбы своему мужу.

В дверь квартиры неожиданно застучали. Денис замолчал и нахмурился. Замер, словно провинившийся пес, в ожидании ухода непрошеных гостей. Но уходить никто не собирался и в дверь уже откровенно колотили кулаком.

Воспользовавшись заминкой мужа, я встала с пола, шатаясь, словно выпила не меньше бутылки вина, схватила сумочку и потянула за ремень дорожную.

Нужно убираться. Денис обезумел, и я боялась, что его бред перерастет в реальные действия.

Ден догнал меня уже у порога.

— Лиза! — теперь мое предплечье схватили в тиски. — Я не шучу!

— Ты пьян и несешь чушь, — выдернула я свою руку и быстро открыла парадную дверь.

На пороге стояла взмыленная и перепуганная Лера.

Денис обхватил меня за талию и прижал спиной к своей груди. Он приветливо улыбнулся Лере и уткнулся носом мне в шею, вдыхая запах волос.

— Если ты не сделаешь, как я сказал, — тихо прошептал он, чтобы услышала только я, — я размещу во всех соцсетях наше единственное, но очень нескромное видео. Ты там особенно прекрасна, когда стоишь передо мной на коленях и сладко стонешь.

Я побледнела. Денис отпустил меня, и я упала прямо в объятия подруги.

— Гуляйте девочки, — широко улыбнулся мужчина, — но не забывайте, что одну из вас дома ждет муж.

Глава 12

Я кое-как обрела равновесие и привалилась к стене. Лера испуганно заглянула в глаза, убирая упавшие на лицо волосы.

— Что с тобой? Что он сделал?

— Не знаю, но мне очень плохо, — я потрогала саднящую кожу на шее и начала спускаться по лестнице.

Лера забрала одну сумку и подхватила меня под руку.

— Гад такой! Я чувствовала, что тебя нельзя отпускать одну, — причитала подруга. — Он ударил? Угрожал? Что сделал?

Я лишь молча покачала головой. Угрожал, да. Я не могла поверить, что Денис опустился так низко. Ради повышения, ради статуса он готов смешать меня с грязью и растоптать все то хорошее, что было между нами. Оказывается, я совершенно не знала своего мужа.

Проходя пролет второго этажа, мы услышали звук разбивающегося стекла, затем ругань и топот ног убегающего человека. Мы переглянулись и ускорились. Мне становилось все хуже: во рту пересохло, голова разболелась, а перед глазами все быстрее мелькали мотыльки. Хотелось спать. Очень. Устала. В голове застряло лишь одно желание — лечь и отключиться. Я шла словно в бреду, не осознавая, что происходит.

Лера толкнула железную дверь, и мы вывалились на улицу. От свежего воздуха ноги подкосились и, если бы не поддержка подруги, я бы упала на землю. Уверена, встать я уже не смогла.

Сквозь пелену в глазах увидела свою машину, пассажирское окно разбито, а рядом стоит Максим. Он резко обернулся, услышав наши шаги.

— Что здесь… — «происходит» хотела сказать я, но больше не смогла выдавить ни слова.

Сил не осталось, шум в ушах заполнил сознание, ноги подкосились, и я стала оседать на асфальт.

На долю секунды я заметила, как Максим сорвался с места, подбежал и подхватил мое безвольное тело. Затем все потемнело, и я отключилась.

— Большая доза снотворного, Максим Николаевич. Точнее может показать только анализ крови, но все признаки налицо, — сквозь гул в голове услышала я незнакомый голос. — Вашей девушке нужно быть внимательнее при приеме препарата.

— Когда будут готовы результаты? — а этот голос я узнала — мой шеф.

— Завтра к вечеру позвоню. Капельница поможет, а пока давайте много воды и сорбент, что я оставил. Можно умыться холодной водой или принять душ. В общем, взбодриться, — голос доктора начал удаляться. — И еще, Максим, не давайте ей спать ближайшие четыре часа.

— Я понял. Спасибо Иван Васильевич. Жду звонка.

Входная дверь хлопнула, и наступила тишина.

Меня знобило, все тело покрылось испариной, но при этом трясло от холода. Не открывая глаза, я потянула на себя одеяло, но рука безвольно упала. Я съежилась. Кто-то заботливо укрыл мое трясущееся тело и ласково погладил по щеке.

— Лиза, открывай глаза, — снова знакомый голос, только сейчас очень мягкий и приветливый.

С трудом разлепила веки. Я лежала на широкой кровати, а рядом сидел Максим и внимательно смотрел на меня.

— Можно воды? — еле выдавила я, пересохшим языком.

Максим молча кивнул, взял графин с водой и налил в стакан. Я попыталась приподняться, но что-то больно кольнуло в руку.

— Я помогу.

Мужчина помог сесть повыше и поднес стакан к губам.

— Спасибо! Что произошло? — последнее, что я помнила, это моя машина.

Максим подошел к окну и распахнул створки настежь. В комнату тут же влетел свежий ночной воздух, и я сделала глубокий вдох.

— Ты снова у меня в номере, — насмешливо улыбнулся мужчина, но затем стал серьезным. — Не знаю, что у тебя случилось, но ты приняла неплохую дозу снотворного.

— Я?! — от громкого возгласа прострелило в виске, и я застонала, закрыла глаза и попыталась вспомнить все детали.

— Я пила сок. Но… — я нахмурилась и посмотрела на Максима. — Он не мог. Зачем?

Или мог? Я положила ладонь на шею. Теперь я уже не знаю, где грань моего мужа. Он никогда не обижал меня, никогда не поднимал руку. Когда он таким стал, от чего? Или это я слепая дурочка не