Anamorphosis - Mara Mori

Нужно собраться. Но как, когда пальцы дрожат, а потусторонний запах граната мешает дышать?

Они остановились посреди просторной кухни, с окнами, выходящими в заросший сад. Камила сложила руки на груди, выжидающе глядя на свою спутницу.

— Вопросы?

— Эм… — девушка огляделась. Она зацепилась взглядом за неприметную дверь, покрашенную в цвет кухонных полок, и кивнула на нее.

— Там подвал? Я могу посмотреть?

Камила поморщилась.

— Нет. Вам туда нельзя. Это ясно?

Вот и поговорили.

Джуди проглотила свои возражения.

Это могло осложнить ей работу, ведь в таких домах коммуникации, как правило, располагались на нижнем ярусе. Но кто она, чтобы спорить? Джуд дизайнер, а не инженер. И не ее скудного ума дело, какие секреты оберегают хозяева.

Даже если это — вход в преисподнюю.

Завязывай.

— Вы… — она прочистила горло, — покажете мне сад?

Непроницаемые глаза Камилы несколько мгновений изучали собеседницу, прежде чем она сочла просьбу приемлемой, и кивнула.

Джуди искренне обрадовалась возможности наконец-то спастись от навязчивого парфюма этой особы. И посмотреть сад, конечно.

Он был прекрасен даже в своем нынешнем виде:

Некогда шикарные розы разрослись и превратились в шиповник, а сорняки почти полностью поглотили ажурную беседку и маленький, давно нерабочий фонтанчик.

Джудит нежно пригладила пышный красный бутон, за годы забывший тепло заботливых прикосновений.

Камила удостоила этот сентиментальный жест крайне снисходительного взгляда.

— Хозяину сад не нужен, — прокомментировала она, — но было бы неплохо привести его в порядок. Вам это по силам?

Джуд растерялась, не понимая подоплеку вопроса. То ли женщина сомневалась в ее способностях, то ли невнимательно ознакомилась с документами кандидата, которого собиралась нанять.

— Я изучала ландшафтный дизайн в магистратуре, — обиженно напомнила девушка, — и я разбираюсь в садоводстве. В моем портфолио были примеры работ. Если вы об этом.

Они с Сэнди частенько возились со своим участком за домом. Маленький ухоженный садик был предметом их гордости.

Джуд даже посадила там белые гиацинты, но они не прижились. Погибли зимой.

— Я в курсе, — Камила кивнула.

Ее пренебрежительный тон сорвал спусковой крючок.

— Почему вы вообще выбрали меня!? — не удержалась Джуди.

Она готова была бросить все и уйти.

Ее вспыльчивость частенько играла с ней злую шутку, но сейчас девушка верила в свою правоту. Она не сомневалась — чувство собственного достоинства важнее денег. Эта Камила, без сомнения, ставит себя выше нее.

Да, она красива, умна и богата. Но это не дает ей права смешивать остальных людей с грязью.

Если все началось с такого обращения, то не стоит и продолжать — оправдала себя Джуд. Она приготовилась услышать еще какое-нибудь оскорбление и дать достойный отпор.

— Это решение хозяина, — сказала Камила.

Она склонила голову к плечу, прислушиваясь. Сейчас она напоминала крупного хищника, почувствовавшего близкую угрозу.

— А вот и он, — изрекла она и обернулась к дверям кухни.

Вот и славно!

Джуд понадеялась, что появление непосредственного заказчика разрядит обстановку. По крайней мере, она больше ни минуты не выдержала бы в обществе этой высокомерной стервы. Исход вышел бы плачевным. Камила получила бы оплеуху по самодовольной, идеальной мордашке, а Джуди — судебный иск.

Она поморщилась, подумав о такой перспективе.

К счастью, ее гнев быстро уступил любопытству, ведь не каждый день встретишь настоящую знаменитость. Джуд гадала, кого же увидит — какого-нибудь небожителя из списка «Forbes» или деятеля искусства? Или…

— Здравствуйте, — заговорила она, выдавив вежливую улыбку. Но улыбка тут же померкла, и обратилась гримасой ужаса и недоумения.

За долю секунды ее взгляд проделал путь от носков классических ботинок по черному костюму. До знакомого лица.

— Исчезни, — к счастью, приказ предназначался не Джуд.

Теперь девушка могла рассмотреть его — гостя из зеркала — лучше, чем в прошлую встречу, когда темнота похитила все детали.

Первое впечатление ее не обмануло: за минувшие годы он изменился до неузнаваемости. От юноши с острова ничего не осталось — глаза совсем потемнели, пропали хрупкость и болезненная худоба. Он стал шире в плечах и словно выше, остриг когда-то длинные волосы, теперь уже тронутые сединой на висках.

Но что-то едва уловимо проглядывалось в его заострившихся, совсем взрослых чертах, знакомое и родное. Как свет в туманной морской дали, как призрак эфемерный и зыбкий.

Итан.

Хозяин особняка настолько завладел вниманием Джуди, что она проглядела, каким образом Камила сменила обличие. Но факт оставался фактом: заносчивая красотка вдруг обернулась большим черным вороном.

С легким шорохом перьев птица примостилась на верхушку фонтана.

«Птица ты — иль дух зловещий»

Теперь Джуди не могла оторвать от нее взгляд.

Голову девушки заполонили хаотично перемешавшиеся обрывки строк известного стихотворения. Когда-то она знала его наизусть. Оно было в том сборнике, который когда-то, в последний день октября, Джуд на острове вручил Итан.

«Если тебе нравятся всякие мистические глупости».

Она все еще спит?

Джуди попыталась незаметно ущипнуть себя за запястье, но не очнулась в своей одинокой постели. Происходящее не было продолжением сна про ее тринадцатый Хэллоуин.

Все расплывалось. Время и место в двух плоскостях наслаивались друг на друга.

Тогда и сейчас.

По коже побежали мурашки — от испуга, не от дыхания скорой зимы.

Итан шагнул ближе и погладил ворона по лоснящимся антрацитовым перьям. Птица покорно склонила голову, ластясь к руке хозяина, как домашняя кошка.

Джуд почувствовала себя лишней, засмотревшись на эту жутковатую сцену.

— Итан, — тихо позвала она. Звук собственного голоса помог ей собраться, сшить по кусочкам крошащуюся на осколки реальность.

Джуд хотелось броситься наутек, но тело не слушалось, парализованное испугом.

Мозг бился в конвульсиях, не способный вписать происходящее ни в одну из отлаженных схем своей картины мира.

Это нереально. Это — уже ни в какие