Варвар Лорен - Руби Диксон

Они действительно похожи на деревья. Деревья в джунглях.

Стон, раздавшийся неподалеку, заставляет меня обернуться. Я оборачиваюсь, а затем испуганно втягиваю воздух.

Рядом, спиной ко мне, стоит мужчина. Он полностью голый, его хвост мотается взад-вперед по светло-голубым, очень тугим ягодицам. У него самые широкие плечи, которые я когда-либо видела, и широчайшая спина, с мускулами, которые можно тренировать сутками. Пока я смотрю, его рука качается так, что это может означать только одно.

Он… дрочит.

Что за черт.

Это из-за него я топлесс? Ко мне приставали, пока я спала? В ужасе я осматриваю землю и вижу рядом свою тунику. Я хватаю ее, только чтобы понять, что она разрезана на ленточки. Я ахаю, мой взгляд возвращается к мужчине.

Он напрягается и в этот момент… исчезает.

Я несколько раз моргаю глазами, не совсем уверенная в том, что вижу. Он как будто исчез прямо у меня на глазах. Я закрываю глаза и надавливаю на веки, гадая, не из — за морской воды, которую я вдохнула, или из — за ужасной головной боли, которую я испытываю, мои глаза играют со мной злую шутку. Они становятся лучше день ото дня, но люди просто так не исчезают.

Я сильно тру их, а затем снова открываю.

Этот человек снова здесь, бледно-голубой цвет его кожи выделяется на фоне покрытых листвой деревьев, окружающих нас. Ладно, мои глаза меня предали. Я слегка встряхиваю головой, чтобы прояснить ее, и она пульсирует в ответ.

— Привет.

— Привет, — отвечает он.

Ясно, что он один из синих людей — са-кхай, хотя его рога кажутся меньше, чем у остальных, а цвет немного светлее. Думаю, это не должно удивлять, поскольку я видела, что другие имеют кожу разных оттенков синего, точно так же, как земляне бывают всех видов белого, золотого и коричневого. Тем не менее, в нем есть что-то, чего я не могу понять. Возможно, дело в том, что он немного растрепан, как будто на лице есть намек на неряшливость. Возможно, дело в том, что его зубы не такие острые, как у других са-кхай. Или, может быть, это потому, что я застукала этого урода за дрочкой, пока я спала.

Вместо этого я сосредотачиваюсь на деревьях. Здесь густая листва и зелень, совершенно непохожая ни на что, что я когда-либо видела. На самом деле, я чувствую себя немного преданной при виде этого. Последнюю неделю или около того все племя забивало нам голову рассказами о том, как холодно на ледяной планете, какие горькие снега и как становится только хуже, а не лучше. Это место? Рай. Все равно что найти Гавайи посреди Арктики.

И в этом нет никакого смысла, точно так же, как в том, что незнакомец дрочит, нет никакого смысла.

Я прижимаю к груди остатки туники, защищаясь.

— Где я?

— Что? — отвечает мужчина с сильным акцентом.

Он садится на корточки рядом со мной, и не могу не заметить его наготу. Действительно, действительно голый. Ну, нет, беру слова обратно. Он не совсем голый — через плечо перекинут пояс с ножом. Вот и все. И, хм, он не совсем сложен, как человеческие парни. Вау, это неловко. Я хочу пялиться на все, что у него болтается между бедер, но это кажется грубым. Я поднимаю взгляд вверх…

И когда он протягивает руку, чтобы коснуться моего лица, я понимаю, что у него много рук.

Реально много.

Мне требуется мгновение, прежде чем я понимаю, что у него четыре руки.

— Эм.

Я зажмуриваю глаза, а затем снова открываю их, задаваясь вопросом, не двоится ли у меня в глазах. Когда четыре руки остаются, я поднимаю взгляд на его лицо, изучая на предмет других повторов. Разве у него не должно быть двух носов, если бы у меня двоилось в глазах? Нет, только один. Его широкое лицо по-инопланетному красиво, но нос определенно только один.

— Я не помню, чтобы у кого-нибудь было четыре руки…

Интересно, вежливо ли вообще поднимать этот вопрос. Меняю тактику.

— Ты из племени? Мы в деревне?

Вектал и другие синие парни рассказывали о семьях в каменной деревне по ту сторону гор.

Хотя я почти уверена, что никто не упоминал о четырех руках. И деревьях.

— Из де р’ня? — повторяет он, искажая мои слова.

Брови хмурятся, когда он наблюдает за мной, как будто пытаясь осознать, что я говорю, и я понимаю, что он не говорит по-английски. Ладно, это странно. Все остальные инопланетяне говорили по-английски. Может быть… может быть, есть другие племена инопланетян, о которых я не знала? Теперь, когда я думаю об этом, он действительно выглядит по-другому. В дополнение к немного более светлому цвету кожи, он кажется более коренастым, чем остальные. В то время как большинство са-кхай мускулистые и подтянутые, этот парень выглядит как налитый кусок мышц без единого грамма жира. Это… ну, это чертовски потрясающе. Я никогда не видела такого подтянутого парня. Грудь практически вдвое шире, чем у обычного мужчины, у него две пары рук друг, расположенные над другом. Кажется, что это выглядело бы крайне необычно, но он настолько плавен в движениях и так хорошо сложен, что, как ни странно, это смотрится совершенно естественным.

Думаю, его лицо тоже другое. Широкие, резкие черты других са-кхай, но без жестких, похожих на пластины складок на лбу. У него есть рога, но они не похожи на гигантские бараньи, как у других. Скорее маленькие рожки, которые загибаются назад от бровей и выгибаются дугой, будто удерживая на месте волнистые черные волосы.

— Ты из племени? — спрашиваю я его. — Ты знаешь Вектала? Лиз?

— Ли ж, — повторяет он, хмуро глядя на меня.

Он протягивает руку, чтобы коснуться моей челюсти, и когда я отдергиваюсь, выглядит расстроенным.

— Ли ж?

— Э, нет, я не Лиз, — вздыхаю я, закусывая губу. — Я Лорен, но ты можешь называть меня Ло.

Думаю, пришло время прервать обычное «Ты Тарзан, я Джейн».

Постукиваю себя по груди.

— Ло.

— Ллллллл, — начинает он, пытаясь произнести слог моего имени.

Похоже, он не может этого понять. Чем дольше он пытается, тем больше это похоже на рвотные позывы. Великолепно.

— Ллллл, — говорит он наконец, наполовину выговаривая мое имя, а затем кивает, как будто это было что-то близкое к правде.

— Не совсем, — отвечаю.

Я пробую снова, постукивая себя в грудь.

— Лорен. Лорен.

— Ллллллл’рхн.

Старается, надо