Юрист отверженных - Селина Катрин

Ближе всего ко мне сидели две притихших молодых цваргини. Судя по обильному количеству пакетов и кофров рядом с креслами, подруги выбрались на обед после шоппинга. Мысленно попросив прощения, я взял под локоть одну из девушек и без усилий поднял её. Она даже не сопротивлялась. В огромных карих глазах застыл немой ужас.

– Вот. Это… – Я запнулся, думая, каким именем назвать девушку, но она неожиданно подыграла:

– Элен.

– Элен, – повторил за цваргиней и вновь аккуратно усадил её на место.

Кекс кивнул, словно ожидал, что именно это имя я и произнесу.

– Итак, предлагаю прямо сейчас накидать формулировки закона, – начал говорить Кекс, и в этот момент произошло немыслимое: одно из окон с грохотом разбилось и в просторный зал влетел квадрокоптер и бросил гранату с газом. Усыпляющий, судя по всему…

Завизжали и повскакивали со своих мест перепуганные женщины, что-то крикнул Лис, ему возбуждённо ответил Крот, главарь гаркнул, перекрывая шум толпы:

– Всем успокоиться! Даже если мы ненадолго потеряем сознание, то они всё равно не смогут приблизиться!

«Действительно, газ имеет временное действие, а бета-волны – постоянное, пока работает генератор. Если все пятеро уснут, то и некому будет его остановить, а цварги в помещении за это время точно умрут…»

Густой сизый дым добрался и до нашей части зала, кто-то закашлялся, веки налились свинцовой тяжестью, захотелось спать… Сидевшие ближе всего к окну цваргини одна за другой замолкли и упали там, где стояли. Среди женщин я заметил Лиса и мальчишку Деннера, которые, отчаянно кашляя и сопротивляясь, пытались выбраться в ту часть зала, где концентрация дыма была меньше. Пацан сделал каких-то три или четыре шага, облокотился на диван и там же потерял сознание. Значительно более рослый и крупный Лис продержался лишь немногим дольше.

А ещё несколько секунд спустя через то же разбитое окно в зал один за другим влетели тени – высокие подтянутые спортивные фигуры в чёрных нарядах с серебряными значками на груди. Стремительные, как истребители, чёткие, как атомные часы, беззвучные, как ветер. Элитное подразделение СБЦ, эмиссары, чистокровные цварги, швархи их раздери! Ни одного полукровки, ни одного хотя бы с короткими рогами… И на всех, разумеется, были надеты фильтрующие полумаски, вот только на этот раз против преступников они не помогли. Я с ужасом осознал, что сам заманил всех этих цваргов в коварную ловушку! Когда передавал коммуникатор Ульяне, я бы мог попросить набрать Системную Полицию, но я же – поглоти меня чёрная дыра! – попросил Фабриса Робера собственной персоной! Эмиссара высшего звена!

Мне хотелось отчаянно заорать «стойте, не надо, отступите!», но гораздо раньше Кекс развернулся ко мне и не то захохотал, не то закашлялся:

– Глупцы! Ха! Идиоты… Мы опасались Системной Полиции, где могут оказаться и полукровки, а тут Служба Безопасности, ха…

Робера я узнал лишь по силуэту – благо общались мы с ним много в последние годы, – но вот то, как он схватился за спинку кресла и замер, а его коллеги рухнули на пол словно подкошенные, стало для меня отвратительным сюрпризом. Индуктор ядовитых бета-колебаний явно действовал практически мгновенно, в отличие от медленно ползущего усыпляющего газа.

За миг до того, как у Фабриса пошла кровь из носа, мы встретились взглядами.

– Где?! – прохрипел я, стремительно оборачиваясь к Кексу.

– Что где? Кхе-кхе… да не переживай, поспим, проснёмся и продолжим. Кхе…

Мужчина закашлялся. Мерзкий газ, конечно.

– Где индуктор бета-колебаний?! – Я опёрся на столешницу, но тем самым помог себе переместиться ближе к главарю отказников.

– Ох, не переживай, юрист. – Он похлопал меня по плечу и тоже опёрся на стол. – Они его не найдут всё равно. А ты сообразительный малый.

Я поморщился. Скорее, я медлительный идиот, но если уничтожу индуктор, то у нас есть шанс. Собственное тело начало предавать и оседать на пол.

– Где?! – крикнул из последних сил, чувствуя, что падаю.

Кекс уже не ответил. Он рухнул на пол, а через секунду я – рядом с ним. Тело уже отказало, а вот мозг – нет. Это была бесконечность, свернувшаяся в ленту Мёбиуса.

Неужели это всё? Неужели из-за моей ошибки все эти цварги в помещении умрут? Пока смески будут спать от газа, ядовитые бета-колебания нанесут необратимые повреждения организмам большинства чувствительных к эманациям мужчин… Вселенная! Неужели мои действия невольно привели к массовому убийству?

Если бы я пригласил Ульяну не в элитный ресторан, а в обычное кафе или на пикник на природе, то этого не случилось бы.

Если бы я не отдал коммуникатор таноржке…

Если бы попросил звонить в Системную Полицию, а не в Службу Безопасности…

Так много «если бы»…

Чувствуя, как мозг охватывает вязкий туман, я в последний раз посмотрел на главаря отверженных полуцваргов, и вдруг взгляд упал на кожаный ремень. Пряжка, которую я принял за конвейерное производство известного бренда, была слишком массивной. Именно с этого ракурса, как я лежал, было понятно, что она слишком толстая. А что, если?..

Из последних сил я сосредоточился, послал мысленный импульс в хвост и дёрнул им. Собственная пятая конечность показалась невероятно, просто адски тяжёлой. Я всегда филигранно владел хвостом, но сейчас, скорее, получилось кое-как взмахнуть и отпустить, но, падая, остроконечный шип вонзился в пряжку ремня Кекса.

И мир померк.

______________________________________________________

*   АУЦ – Аппарат Управления Цваргом.

**  На Цварге очень редко рождаются дети, и не у каждой пары, а на десять мальчиков приходится две или три девочки. Раса находится на грани вымирания.

Глава 10. Фабрис Робер

Мишель Марсо

Что-то противно пикало над ухом и громко взвыло, стоило осознать, что я уже не сплю. Я дёрнулся от мыслей, что если отказники ещё валяются на полу без сознания, то у меня есть шанс обыскать их и таки уничтожить генератор бета-волн.

– Проснулся, проснулся! Держите его!

«В смысле – держите?!»

Я распахнул глаза и увидел, как трое сотрудников медперсонала бросились ко мне, двое схватили за руки, а третий приложил к шее шприц-пистолет с подозрительным содержимым.

– Что это? – Так изумился необычной обстановке и незнакомым цваргам, что даже сопротивляться перестал.

– Антидот. Вы надышались алисеном, у вас его всё ещё значительная концентрация в крови, мы выводим постепенно, чтобы не навредить организму. На самом деле это была предпоследняя доза антидота, всё уже в порядке.

– А-а-а… понятно, – пробормотал я и аккуратно сел в медицинской капсуле.