Тэлон - Кериен Коул

— Ага.

— Сиреневый. Твой?

— Я, наверное, выберу черный. — Он придвигает к себе тарелку с вафлями. — Ты работаешь?

Ни фига себе переход, от цветов к карьере за две секунды.

— Я работаю дома. Шью одежду, мастерю аксессуары, ремни, шарфы, всякую всячину, иногда бижутерию. Еще делаю мыло ручной работы, средства для ванны, скрабы для тела, лосьоны и бальзамы для губ.

Мой муж удивленно приподнимает брови, но смотрит с одобрением.

— Это очень круто. Ты сама нашила эти камушки на блузку? — Он вилкой показывает в сторону моей футболки.

— Да, сама.

— Мне нравится. Обожаю всякие креативные штуки. И мне нравится, что ты работаешь дома. Не придется за тебя волноваться.

— А ты еще где-то работаешь? — интересуюсь я. — Помимо группы.

— Серьезно? — Тэлон выглядит оскорбленным и откидывается на стуле. — Считаешь, этого недостаточно?

— Я не это имела в виду. Просто хотела знать, занимаешься ли ты чем-то еще.

— Я подрабатывал моделью несколько раз.

— Вот видишь! Это тоже считается.

Намазывая маслом тост, он выдает свой следующий вопрос:

— Я заметил, что к алтарю тебя притащил мой брат. Где твоя семья?

Я глубоко вздыхаю, пытаясь найти подходящие слова, чтобы объяснить ему, что из себя представляет моя семья, и решаю, что лучше всего просто рассказать правду.

— Мои отец и брат в тюрьме, а мама уехала, когда мне было семнадцать, с мужчиной, которого тогда встретила. С тех пор я слышала о ней только дважды: оба раза она надеялась получить от меня деньги, которых, кстати, у меня нет. — Я поднимаю на него глаза, надеясь, что не встречу презрительный взгляд, но вместо этого он смотрит на меня с пониманием и едва заметно кивает, словно приглашая продолжить говорить. — Мне пришлось в старшем классе бросить школу, чтобы попытаться работать и позаботиться о самой себе. В колледж я даже не поступила.

Тэлон кладет свою вилку на тарелку и проводит рукой по волосам, привычным движением убирает их за ухо.

— Училась ты в колледже или нет, мне все равно. Но то, через что тебе пришлось пройти, довольно скверно, особенно если это случилось в таком юном возрасте. Как ты, наверное, заметила на свадьбе, у меня довольно большая семья, и мы все очень близки.

— Тебе очень повезло, что у тебя есть такие родные. — На самом деле я даже завидую. Хотя я только вскользь познакомилась с ними в суматохе вчерашнего дня, его родные показались мне очень милыми и приветливыми. И сразу видно, что они по-настоящему любят друг друга, в отличие от моей семьи.

— У тебя они тоже есть. Моя семья теперь и твоя семья.

Я опускаю глаза на свою тарелку и нервно толкаю по ней туда-сюда кусочек ананаса.

— Ты очень добр. Но мы даже не знаем, получится ли что-нибудь из нашего эксперимента. Я лучше пока не буду надеяться на то, что у меня появилась большая чудесная семья.

— Азия, я не для того в это ввязался, чтобы развестись. А ты?

— Нет. — Я резко, с вызовом поднимаю голову. — Это последнее, чего бы мне хотелось.

— Вот и хорошо, потому что не знаю как, но мы обязательно справимся с этим долбаным экспериментом.

От вероятности осуществления того, о чем он говорит, у меня сжимается сердце. Может быть, у нас и правда все получится. Может быть, каким-то образом я на самом деле переживу следующие шесть месяцев этого безумия и обрету в итоге настоящего мужа и крепкую семью.

— Это твое настоящее имя? — вдруг задает вопрос он. — Азия?

— Да. А твое настоящее имя — Тэлон?

— Ага. В нашей семье у всех редкие имена. Так бывает, когда мама — писательница, а папа — музыкант.

— Мне очень нравятся все ваши имена, — признаюсь я. — Я всегда думала, что это сценические псевдонимы.

— Неа. — Он вытаскивает из пачки сигарет электронную сигарету и начинает дымить. — В свидетельствах о рождении у нас именно эти имена.

— Ты бросил курить, пока был в спортзале? — поддразниваю я, указывая жестом на электронную сигарету.

Он смеется и на пару сантиметров отодвигает от себя пустую тарелку.

— Нет, просто не хочу, чтобы сработала пожарная сигнализация. Хотя я уже какое-то время пытаюсь бросить. Мой брат пользовался такой штукой, я решил тоже попробовать. — Он выпускает в сторону дым из левого уголка рта и пристально смотрит на меня. — Ладно. Вопрос на миллион долларов. Секс. Ты ясно дала понять, что не спишь с кем попало, и, должен признаться, мне это нравится.

В животе у меня вдруг начинают порхать бабочки, а щеки заливает горячая краска.

— Хотела бы я быть уверена, что о тебе можно сказать то же самое. К сожалению, у тебя довольно громкая репутация.

— Каюсь, виноват по всем пунктам, Мармеладка. — Он усмехается. — Прости.

Я беру себя в руки, чтобы задать следующий вопрос.

— Ты сможешь быть мне верен?

Кончик его электронной сигареты загорается синим, пока он делает глубокую затяжку.

— Думаю, да, — произносит он наконец с некоторой долей неуверенности.

— Думаешь? — переспрашиваю я. — Ты должен бы быть уверен. Я не хочу жить с мужчиной, который изменяет.

— А разве это считается изменой, если мы с тобой не занимаемся сексом? — дразнит он, наклонив голову набок.

Я бросаю на него уничтожающий взгляд и отодвигаю в сторону свою тарелку. Аппетит у меня совсем пропал.

— Да, Тэлон. Считается.

— Расслабься, я пошутил. Уверен, изменять тебе я не стану. Обхожусь без этого уже месяц, а это для меня рекорд.

Его слова звучат для меня, как пощечина.

— Месяц? — уточняю я. — Ты занимался сексом месяц назад?

— Приблизительно. — Молодой человек беззаботно пожимает плечами. — Плюс-минус неделя.

Я встаю и отхожу от стола, качая головой. Поверить не могу, что он переспал с другой женщиной всего несколько недель назад. Одним из условий подготовительного процесса было прекращение сексуальных отношений с другими людьми, как только мы узнали, что партнер для нас найден и назначена дата свадьбы. Мы узнали об этом три месяца назад.

— Теперь что не так? — Тэлон поднимается из-за стола и подходит к тому месту, где я стою у окна.

Я продолжаю рассматривать в окно ту беседку на берегу озера, в которой мы вчера фотографировались. Там мы в первый раз поцеловались.

— Ты обо мне тогда уже знал. Знал, что назначена дата свадьбы.

— И да, и нет. Тебя я не знал. Знал только, что все уже скоро случится.

— А этого было недостаточно? — Я разворачиваюсь к нему и заглядываю в его глаза.

— Не знаю, — он поднимает вверх ладони. — Я об этом даже не подумал. Просто жил своей обычной жизнь.

— Потрясающе, — саркастично