Все, что мне нужно - Э. Сальвадор

Они могут верить в то, во что хотят верить. Мне не нужно ничего им объяснять. Это было два года назад. Насколько я знаю, мы просто незнакомцы.

Глава 8

Лола

Все это время, ТиДжей находился в том же городе, всего в трех часах езды от нас.

— Лола?

Краем глаза замечаю что-то нечеткое, но только моргнув, понимаю, что Джулианна машет своей наманикюренной рукой, привлекая мое внимание.

— Прости, что?

— Все в порядке? — обеспокоенно спрашивает она. — Дети сегодня были непослушными? Потому что, если они были, я могу…

— Нет, нет, они были великолепны, — быстро отвечаю я. — Извини, я просто… я просто не могла уснуть прошлой ночью.

Она понимающе кивает.

— Феникс не давал тебе уснуть?

Я познакомилась с Джулианной несколько месяцев назад, когда приходила на два собеседования. В тот день удача была не на моей стороне, потому что пришлось взять с собой Феникса после того, как няня отменила работу, и все мои подстраховки не могли помочь. Двум менеджерам, с которыми встречалась, не понравилось, что я взяла с собой сына, и после двух коротких пятиминутных бесед они сказали, что перезвонят.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что это означало — у меня не было ни малейшего шанса, что они перезвонят. Знаю, они думали, что я могу оказаться ненадежной из-за того, что у меня есть сын, поэтому они не собирались тратить на меня свое время.

После этого неутешительного осознания я отправилась в музей «Зал Искусств», чтобы проветриться, и там встретила Джулианну. Ну, точнее Феникс познакомился с ней первым. Я позволила ему прогуляться, чтобы он немного успокоился, прежде чем мы бы поехали домой. Когда он гулял, его отвлекла приятная мелодия, доносившаяся от пианино, и именно тогда мы встретили ее.

Я никогда не собиралась этого делать, но в итоге рассказала ей о том, как прошел мой день. Она слушала и держала Феникса на руках, пока мы гуляли по музею. После того, как я закончила говорить, она сказала, что может помочь.

В тот день я ушла из музея в качестве нового музейного гида и нового учителя рисования для детей в общественном центре. Мне не платили за работу в центре, но это было ради благой цели, и я могла ходить туда только по воскресеньям.

Я не только работаю с Джулианной, хожу с ней в университет, но и занимаюсь любимым делом — рассказываю об искусстве. Самое приятное в моей работе — это помогать на выставках и знакомиться с новыми художниками.

— Нет, но он проснулся рано.

Я морщу нос от этой мысли, но не могу разозлиться, даже если бы захотела.

— Но с его медведем на лице и поцелуем в нос.

Феникс — одна из причин, по которой я так вымотана, но есть и множество других. Помимо того, что думала о ТиДжей, я продолжала думать обо всей домашней работе, которую предстояло сделать, о предстоящих заказах и обо всем остальном, что связано с моей хаотичной жизнью.

Помимо работы в музее, у меня есть собственный бизнес, я создаю живые картины для мероприятий. Идея пришла мне в голову, когда была в самом тяжелом состоянии, боролась с послеродовой депрессией и не была уверена, что хочу делать со своей жизнью после родов.

Дела идут медленно, но я не теряю надежды, что в конце концов все наладится.

— Перестань, — проворковала она с благоговением на лице. — Это так мило. Клянусь, я люблю твоего ребенка.

Я улыбаюсь искренности в ее голосе. Джулс — одна из самых искренних людей, которых я когда-либо встречала, а также одна из самых потрясающих. Не будет преувеличением сказать, что она является буквальным воплощением совершенства. С золотистыми волосами, длинными стройными ногами, за которые можно умереть, и безупречной кожей, которой я завидую. Она из тех девушек, которых можно увидеть в модных журналах.

— Да, он довольно симпатичный…

Я замолкаю, мои мысли возвращаются к ТиДжею.

Он, улыбаясь, спрашивает: «Сколько прошло? Два года?»

— Прости, что заставила тебя пойти со мной.

Ее голос возвращает меня к тому, на чем мы остановились. После того, как вышли из общественного центра, Джулс пригласила меня выпить кофе, и кто я такая, чтобы отказываться от бесплатного кофе?

— Мы можем уйти, чтобы ты могла немного отдохнуть. Я даже представить себе не могу, насколько ты, должно быть, устала.

— Нет, со мной все в порядке. Просто вспомнила разговор, который состоялся у меня с одним парнем из моей группы.

Я внутренне съеживаюсь при воспоминании о том, как запаниковала и ушла.

— Мы говорили об антидепрессантах, и я случайно проговорилась, что у меня слегка повышенная непереносимость алкоголя, и Джаггер…

— Джаггер? То есть Джаггер Спирс? — перебивает она меня, высоко поднимая идеальную темно-каштановую бровь. — Это тот парень, к которому ты приходила на съемку проекта?

Я киваю.

— Да, в его доме. Его сосед по комнате Сейнт тоже входит в нашу группу. А что? — она хмурится. — Почему ты так на меня смотришь?

Я усмехаюсь, отламывая кусочек от своего черничного маффина и отправляя его в рот.

— Ты их знаешь? — спрашиваю я.

Джулс берет свою кружку и барабанит пальцами по белому фарфору.

— Конечно, — отвечает она без особого энтузиазма. — Все их знают, но я не их терпеть не могу. Это самый высокий из них. Если ты с ним еще не знакома, держись от него подальше. Он самый большой мудак, которого когда-либо встречала. Поверь мне.

Я не перевариваю ее последнее заявление, потому что мои мысли возвращаются к первому — их все знают.

— Что значит, все их знают?

Она недоверчиво смотрит на меня.

— Ты шутишь, да?

Я качаю головой.

— Ты следишь за кем-нибудь из здешних спортсменов или видами спорта?

Я снова качаю головой.

— У меня нет на это времени.

— Тебе повезло.

Джулс достает из сумочки телефон и открывает его, сразу заходя в Instagram. Она заходит в строку поиска и набирает ncu.basketball, и там сразу же появляется аккаунт мужской баскетбольной команды. Она нажимает на фотографию команды и персонала, сделанную внутри арены, и кладет телефон передо мной.

— Я представляю тебе баскетбольную команду университета Северной Каролины, также известную как «самые дерзкие засранцы». Помимо футбольной команды, конечно.

Я должна была догадаться, учитывая их рост. Я никогда не задавала вопросов и не обращала внимания