Безжалостный - Мишель Хёрд

У меня слабеют ноги, когда я встаю.

Когда я вижу папу, мне кажется, что я разрываюсь на части от напряжения, вызванного попыткой продержаться всю ночь.

Он обнимает меня, и впервые после нашего разговора я чувствую что-то знакомое.

У меня все еще есть часть моего дома.

У меня все еще есть родители.

У меня есть отец, и я знаю, что он позаботится обо мне.

— Милая, — шепчет он, отстраняясь. Его глаза ищут мое лицо.

Он опускает меня на диван и крепко прижимает к своей груди.

— Доктор Бакстер закончила девятнадцатичасовую смену. Она заснула, когда ехала домой.

Все мое тело вздрагивает от рыданий. Вот что мне было нужно. Факты. Никто не понимает меня лучше, чем папа.

— Автомобиль врезался в дерево. Ветка вошла в ветровое стекло и разорвала грудную клетку. Она разорвала аорту.

Отец приподнимает мне лицо и заставляет поднять на него глаза.

— Ты понимаешь, Ли?

— Травматический разрыв аорты - это состояние, при котором аорта разрывается, — повторяю я его слова.

— Все верно, милая. Никто ничего не мог сделать.

Я смотрю на него и вижу момент, когда он осознает свою ошибку.

— Когда она умерла? — спрашиваю я.

Он качает головой, и слезы наполняют его глаза.

— Ли, ничего нельзя было сделать, чтобы спасти ее жизнь.

— Она умерла не от удара, — шепчу я, отстраняясь от отца. — Они пережали аорту?

— Пережали, милая, — шепчет папа, его глаза умоляют меня остановиться. — У нее было кровотечение и тяжелая травма легких.

— Они могли бы использовать аппарат для пересадки, — начинаю возражать я.

— Дорогая...

— Они могли бы…

— Ли! Послушай меня. Я был там. Ты не смогла бы ее спасти. Ее тело получило непоправимые повреждения.

Я отстраняюсь от отца и встаю, говоря, — Ты не знаешь, на что я способна, папа.

Отец встает и кладет руку мне на плечо.

— Ты права. Я понятия не имею, на что способен твой разум, но я знаю, что восстановить повреждения, нанесенные ее телу, было просто невозможно.

Отец крепко обнимает меня, а внутри меня все бунтует. Это просто еще одно слово для неудачи. Невозможно.

— Я не сомневаюсь, что однажды ты докажешь, что я ошибаюсь, — шепчет он.

Он отстраняется и берет меня за руку.

— Поехали домой, милая.

Я обнимаю Иви на прощание и поворачиваюсь к Уиллоу.

— Я прилечу завтра первым рейсом, — обещает она, обнимая меня.

— Спасибо, — шепчу я.

Картер помогает донести мои сумки до машины, и я удивляюсь, когда он едет с нами в аэропорт. Когда мы приезжаем туда, он проверяет, все ли готово для нашего полета домой.

Я прижимаюсь поцелуем к его щеке, искренне благодарная за все, что он для нас сделал.

Он улыбается мне, и, если я не ошибаюсь, на его лице отражается благоговение.

— Если мне когда-нибудь понадобится врач, я буду молиться, чтобы мне досталась ты. Ты будешь делать удивительные вещи, Ли. Я верю, что ты будешь творить чудеса. — Он прижимает поцелуй к моему лбу и шепчет, — Ты небезразлична Джексону.

Глава 6

Джексон

Год назад...

Маркус заходит в мой кабинет и расстегивает пуговицы на пиджаке, прежде чем сесть.

— Где ты был? Я зашел к тебе в офис, чтобы узнать, не хочешь ли ты пообедать на другой стороне дороги.

— У меня была встреча, — рассеянно отвечает он.

— Я так понимаю, встреча прошла не очень хорошо?

Он встает и подходит к окну. Вместо ответа на мой вопрос он смотрит на улицу.

Пару недель назад я подслушал телефонный разговор, в котором он разговаривал с врачом. Маркус не знает, что я знаю. Я надеюсь, что он скажет мне, когда будет готов. Знание того, что мой друг неизлечимо болен, убивает меня. Я начал исследования, надеясь найти что-нибудь, что может ему помочь. Пока мне ничего не удалось, и чувство беспомощности растет с каждым днем. Трудно сохранять притворство рядом с ним.

— Ты когда-нибудь наблюдал за людьми, Джекс?

— Что? — спрашиваю я, пытаясь наверстать упущенное после того, как мои мысли улетучились.

— Интересно, есть ли на свете человек, который не притворяется?

Я не отвечаю ему, потому что сейчас мы оба притворяемся, что все в порядке.

— Я разрываю отношения с Уиллоу, — шепчет он.

— Опять? Разве это не третий раз?

Я отрываюсь от компьютера и смотрю на Маркуса. То, как он повел плечами, говорит о том, что он говорит серьезно.

— Почему ты разрываешь отношения? Я думал, у тебя с ней все хорошо.

Я встаю, подхожу к нему и, положив руку ему на плечо, поворачиваю его так, чтобы он оказался лицом ко мне. Уиллоу делает его счастливым, а сейчас она нужна ему как никогда.

Взгляд его глаз пугает меня до смерти. Они стеклянны, как будто из них выкачали всю жизнь.

Черт! Не смей сдаваться, Маркус.

— Я не могу быть с ней. Я должен отпустить ее, так же как ты отпустил Ли. Было бы глупо с моей стороны допустить, чтобы все зашло еще дальше, чем уже зашло.

— Это из-за твоего отца? — Я надеюсь, что он мне откроется. — Ты разрываешь отношения с Уиллоу, потому что боишься, что превратишься в него? — Я трясу его, надеясь образумить.

Поговори со мной, Маркус! Впусти меня, чтобы я мог помочь тебе нести это бремя.

— Мы уже говорили об этом, Маркус. Мы не наши родители. Ты не станешь своим отцом, а я не стану таким же отморозком, как мои родители. Мы сами решаем, что делать со своей жизнью. Не отталкивай людей, когда они тебе больше всего нужны.

Пожалуйста, читай между строк.

— Я решил, Джекс. Я отпускаю ее.

Я вскидываю руки вверх в универсальном знаке, означающем, что я сдаюсь.

— Я не могу указывать тебе, что делать, — говорю я, выключая компьютер. — Но я могу пойти с тобой за пивом.

Оно мне чертовски нужно, чтобы снять напряжение.

Мы договариваемся встретиться в нашем обычном баре и едем туда на разных машинах. Маркус приезжает туда раньше меня, и я рад, что ему удалось занять для нас столик.

Когда я сажусь и ослабляю галстук, он говорит, — Я заказал пиво.

— Ты