Любовь это иллюзия тебя - Лилит Мун

Притворство.

Это то, что Корни еще больше ненавидит, она презирает всех людей которые внушают другим то, что не есть на самом деле. Хотя сама этим занималась, скрывала себя настоящую всегда, да и то, что было между нами тоже было ее ложью. Я не знаю, хочу ли верить в это, кажется, что вот вот и она пропадет забрав с собой свои слова.

Мне больно.

Я прикасаюсь к ней, но только потому что так надо, она не хочет этой близости тепла. Какого еще к черту тепла? Корни больше не греет меня, даже не пытается попробовать, ни мне, ни ей это не нужно. Совсем не нужно. Ее кожа была холодная и хрупкая, вены было видно насквозь из-за бледности.

Я даже к волосам ее не могу притронуться, я не знаю какие они на ощуп, гладкие или нет. Но есть то, что не изменилось — запах.

Она все так же пахла полевыми цветами, это не был какой то слишком приторный аромат, нет, но это было приятно. Видимо духи так и не изменились, свежий запах наполнял мои легкие и я чувствовал себя не здесь.

Я старался не поддаться воспоминаниям, которые тепло и болезненно отзывались в моей груди.

— Как вы двое познакомились? — Оливер с интересом смотрел на меня, он видел, что со мной было что-то не так. Из нас четверых, Джефферсон лучше всех чувствовал людей, знал, что творится у них в голове.

— В кофейне у общежития.

— Как давно?

— Неделю. — Я видел как Корни запоминает эту историю, чтобы рассказывать ее всем, внимательно изучая, верит ли мой друг в эту чушь. Он не верил.

— Сразу после разрыва с Селеной? — Крис тоже включился в разговор.

— Да.

— Корни а тебе как? — Гребанный Крис любитель подробностей, мы же его не спрашиваем о его загадочной девушке.

Корни не спешила с ответом, вместо этого она медленно осмотрелась по сторонам, словно искала кого-то. Нашла. Она смотрела прямо на Селену тяжело вздыхая, похоже сравнивает себя с ней. Бред, их нельзя даже рядом ставить.

— Она другая, поэтому я не чувствую себя заменой. Если ты про это. — Корни говорила прямо и уверенно, смотрела в глаза Криса, раньше она не любила зрительный контакт при разговорах, максимально опасалась его с чужими, но сейчас она будто оставила это позади.

— Забавно выходит, Селена у тебя на глазах липнет к другому, а потом у тебя появляется новая. — Крис смеялся, он был бухой, совсем не контролирует свои слова и действия. — Неужели ты думаешь, что Селена играет с тобой? Ты пытаешься так задеть ее? Она порвала с тобой, не обманывай себя.

Моя челюсть стала каменной, я знаю что у Криса все дерьмово в этих делах, но это не дает ему право срываться на мне, я не обманываю себя. На Селену мне всегда было плевать, а Корни я использую, чтобы она поняла какого это и хотя бы… Извинилась?

Но Крису явно не надо этого знать, я не понимаю чего он хочет добиться, поставить Корни в еще более неловкое положение чем сейчас. Я не знаю почему, но от этой мысли мне становится тошно от своего друга, хотя я сам этим и занимаюсь, но ведь ему она ничего плохого не сделала в отличие от меня.

— Следи за словами Крис.

— Иначе что? Побьешь меня из-за девушки? Дружба выше этого забыл? Ты придумал это правило. — Крис не мог успокоиться, у него был истерический смех и Оливер уж слишком напрягся, если наш недо психолог начал переживать за него, то дело явно не во мне, а в внутренней борьбе Криса. Но даже это не давало ему право срываться на мне, я не игрушка антистресс, которой можно пользоваться, так как это делала Корни.

— Ты проявляешь неуважение ко мне. Я не знаю что у тебя стряслось, но не вини в этом меня. — Я старался сохранять самообладание.

— Мне все равно не сдалась твоя коротышка, рядом с ней будто ты ее отец. Может у нее его и она его ищет его в тебе? Оливер, ты же разбираешься в этом?

— Кристофер! — Вспылил я.

Корни замерла, Крис задел ее самое больное. Мои кулаки сжались от злости, я не понимал почему я злюсь если я должен быть рад, что он пытается унизить ее. Это должен сделать я и никто другой, это моя забота заставить ее чувствовать себя дерьмом.

Мне хотелось сорвать эту голубую рубашку с Криса вместе с его кожей, чтобы он пожалел о том, что произнес эти слова и заставил Корни чувствовать себя ужасно. Этим занимаюсь я, а не он, он задел не ее, а меня.

Все застыли и ждали пока я пророню хоть слово, пока я впечатаю свой кулак к его морде. Ждали что я буду отстаивать честь своей… Девушки. Но я ничего не делал, я даже не знаю почему, но я замер вместе с ними, наблюдая за Крисом, которого разрывало от смеха.

Я не понимал даже почему я злюсь и хочу ударить его, если я ненавижу Корни, я ненавижу ее за все то, что она сделала, но сейчас мне казалось что это перебор, несмотря на все, это было слишком.

— Тебе нужно поспать. — Сказал Джефферсон и взял Криса за локоть.

Оливер отвел Криса наверх, Сэм ушел с его девушкой к себе, а Корни как и смотрела в одну точку, так и смотрит, не дыша вовсе. Она пересела от меня на другой конец дивана, теребила кончики своих пальцев, ей было хреново, как и мне. Но не от того, что Корни загналась, а потому что я не понимал, какая дрянь засела в Кристофере, почему он вел себя так, будто во всех бедах виноват я.

Как он попал в больную точку Корни? Она так и не притронулась к алкоголю за все время, не сказала и слова, просто сидела будто мертвая. Не сказать, что я сильно беспокоился, но тот факт, что это моя ответственность не давал мне покоя. Если бы это произошло три года