Жизнь под иллюзией - Софи Марш

- По-братски?

- Ну конечно!

Пришлось вернуться и углубиться в другой коридор. Тут двери были по обе стороны, а освещение потолочное. В остальном он ни чем не отличался от того, гле поселили нас. У предпоследней двери мы и остановились. Горничная чуть ли не благоговейно повернула ручку и открыла дверь, приглашая войти.

Комната когда-то принадлежала девушке. Всё в ней буквально дышало молодостью и жаждой жизни: яркая солнечная акварель на мольберте, разложенные краски, кисти в банке, раскрытая книга на мягком кресле, раскрытая шкатулка, из которой свешиваются бусы, и пара серёг рядом у зеркала, смятое покрывало на постели, приоткрытые дверцы шкафа, платье, перекинутое через ширму, пара смятых бумаг под столом и начатое письмо на этом же столе. Всё в комнате говорило, что хозяйка вот-вот вернётся, что комната оставлена ею буквально на пять минут. И вместе с тем это был склеп памяти. Толстый слой пыли покрывал все поверхности.

- Хельга, кто она и что с ней случилось?

- Это комната лины Дит, дочери хозяина. Она погибла. Такая глупая случайность... - девушка опустила голову, смахнула пальцами набежавшие слёзы. - Её вызвал лин отец. Как раз приехали просить руки нашей лины. Она так долго любила его, так ждала от него предложения... Лина упала с лестницы, когда спускалась в кабинет отца. Там, внизу, её и нашёл хозяин, когда к нему прилетел весь магический потенциал дочери. Но было уже поздно... Хозяин сказал, что это случилось мгновенно. Она не мучилась.

- Понятно... - протянула я. Девочку было жалко очень.

- С тех пор тут так всё и оставили. Лин Николо запретил входить. - мы постояли совсем недолго. Из мрачной задумчивости меня вывел сын.

- Мам, а можно мне краски? Я аккуратно, обещаю! - я обернулась, а он уже прижимает к груди коробку и кисточки. Вот что ему сказать? Как объяснить, что ими никто не пользуется, но и ему их брать нельзя?

- Сына, понимаешь, они принадлежат другой девочке...

- Ну давай попросим у неё? Я очень хочу! Я порисую и отдам!

- Лёш, я же сказала - нельзя! - вот прекрасно знаю, что совершаю ошибку сейчас, но... Подошла, опустилась на корточки, запахивая полы чёртова шелкового халата поплотнее и запихивая их между ног, чтоб снова не разъехались. - Прости, зайка. Злой дядя будет сердиться, если мы возьмём краски этой девочки, понимаешь?

- Ну ты же говорила, что нужно делиться! - не сдавался ребёнок. - И... - он всхлипнул - И у меня даже планшета нет..! - новый всхлип - И интернета тоже..!

- Ну не плачь. - обняла его. - Давай так, ты возьмёшь краски, очень аккуратно ими порисуешь, и мы потом вернём всё обратно. А со злам дядей я поговорю сама. Хорошо?

- Хорошо. Я не буду плескать краски по столу.

- Ну вот и договорились. А теперь ты посидишь тут тихонько, а я выберу платье.

- Угу. - кивнул. Слёзы высохли.

Хельга осторожно раскрыла дверцы шкафа и отошла.

Шкаф просто ломился от обилия нарядов: дорогих, украшенных лентами, рюшами, воланами, вышивкой, мелкими камешками. Все они были пышными, как на выпускной бал для принцессы.

- Хельга, прошу тебя, неужели нет чего-то попроще? Как же в этом ходить?!

- Не пойму я вас, лина Хелен, вроде и аристократка, и должна как все требовать чего подороже и покрасивее, а вам попроще подавай! Так никто и не поймёт что перед ним лина. За простую литу примут. А литу каждый обидеть может...

- Вот пусть и попробуют обидеть! - я постаралась улыбнуться как можно шире и веселее. - Я же, в отличии от литы, могу и ответить, и обидеть тоже могу.

- Ох, лина... - девушка покачала головой, но атмосфера в комнате всё же разрядилась. - Но попроще-то ничего и нет. Лине Дит не требовались такие вещи.

- Понятно. Тогда поступим по другому: возьмём платья вот это синее с оборками и то, цвета табака с вышивкой и камнями. Теперь ещё бельё обязательно. Какое есть?

- Ну... Сорочки шёлковые и понталончики...

- Ясно. Вот их бери все. Нижнее бельё нужно менять почаще... - я задумалась, стараясь вспомнить ничего ли не упустила.

- А перчатки? Шляпки? Заколки? Чулки? Туфельки? Носовые платки? Шарфики? Пояски? Сумочки, зонтик...

- Хельга!!! Остановись, прошу тебя! У меня сейчас голова взорвётся!

- Но как же..? Это же всё нужно!

- Туфли действительно нужны. Это ты правильно вспомнила. И чулки тоже прихвати пару... или две. Всё остальное потом. Раз уж мы получили разрешение от хозяина, то, будем надеяться, у нас его пока отнимать не собираются. Заколки тоже возьми. Только бери самые простые - не приведи Господь, скажут потом что украла... Я пока возьму оба платья, а ты бери всё остальное и неси в нашу комнату. Потом сбегаешь за ножницами и натками с иголками.

И я подхватила платья, позвала сына и мы пошли. Сын проскочил в дверь первым, а меня перехватили. Наглые руки облапали грудь, стискивая и прижали к мужскому телу. На ухо зашептали:

- Оу, какая сладкая девочка..! Недавно тут работаешь? Придёшь ко мне сегодня ночью. - и наглый гад убрался, пока я потеряла дар речи от злости. Будь проклят старый псих, его пахабные гости и все мужики, которые считают что им всё можно!!! Я вбежала в комнату, захлапывая её со всей дури и изрыгая проклятия. Бросила ворох тряпок на кровать.

Немного погодя, когда пришла Хельга, я уже немного успокоилась. Взяла себя в руки и принялась усердно отпарывать лишние оборки. А то буду чувствовать себя как кукла для самовара или кремовый торт! Потом отпарола пару юбок с подъюбника.

Горничная помогла надеть мне это всё поверх сорочки, панталон и чулок. И всё равно я была необъятной по моему мнению.

- Лина Хелен, вы как бедная родственница в трауре! - посетовала она мне, качая головой. Я ещё заставила её заколось мне волосы в строгий пучок.

- И это совершенная правда, между прочим!

- Простите. Я всё время забываю, что вы уже вдова. Такая молоденькая...

- Не преувеличивай, Хельга.

- Мама, я кушать хочу. - подал голос Лёшка. - И листочки для рисунков.

- Как же не вовремя..!

- Вы идите к лину. А я присмотрю за мальчиком.

- Мы пойдём к дяде, который стряпает те вкусные булочки? - непоседа вскочил