Просто мужчина и просто женщина - Джеки Браун

Марни вошла в домик, зажгла свечу, надела купальник и… задумалась. Она прекрасно понимала, что играет с огнем, но в то же время не могла просто так взять и оборвать эту ночь. Завтра она вновь станет несчастной Марни Ла-Ру, вдовой Харви и мамой Даниэля. Но сегодня ей хотелось быть просто Марни. Без трагического прошлого и без всяких обязанностей! Отбросив последние сомнения, она выскочила за дверь.

— Я уже решил, что ты передумала, — этими словами ее встретил Джонатан, когда она наконец

появилась на берегу. Он ходил взад-вперед, не зная, как ему поступить.

— Мне хотелось передумать, но у меня не получилось, — вздохнув, ответила Марни.

— Я рад, — просто сказал он.

До ее прихода Джонатан успел развести костер, расстелить одеяло и принести корзинку с едой.

— Ты замечательно все приготовил, — заметила Марни.

— Стараюсь.

Джонатан подкинул еще дров в костер и устроился на одеяле. Пылающий костер, луна, звездное небо — все создавало романтическое настроение. Марни боялась, что не устоит и поддастся ночному очарованию.

— Ты очень внимателен к мелочам! — заметила она, кивнув в сторону корзины.

— Стараюсь! — снова повторил он и усмехнулся.

Марни села на одеяло около Джонатана, скрестив ноги. Воздух был прохладным, и хотя поверх купальника она успела натянуть свитер, ей все равно было холодно. Марни протянула руки к костру, чтобы согреться.

— Похоже, ночь будет не самой жаркой, — проговорил Джонатан.

— Весьма не жаркой, — эхом откликнулась Марни.

Она никак не могла согреться. То ли от мысли, что ей придется скоро лезть в холодную воду, то ли от того, что купаться придется вместе с Джонатаном.

— По-моему, нам нужно как следует согреться, прежде чем мы залезем в воду, — сказал Джонатан, почувствовав ее состояние.

— Ты хочешь подкинуть еще дров в костер? — спросила Марии.

— Что-то в этом роде, — ответил Джонатан, наклонился и поцеловал ее.

Огонь разгорался все ярче и ярче. Искры от него разлетались в разные стороны, и Марни казалось, что она воспламеняется вместе с ним. Она лежала на песке, не чувствуя, как мелкие камушки впиваются ей в спину. Нежные и ласковые поцелуи Джонатана лишали ее сил к сопротивлению.

Я запомню эту ночь навсегда! — думала Марни.

Чтобы он не мучился с ее свитером, она помогла ему снять его через голову. Джонатан прижался к ней и стал целовать ее лицо и шею. Его поцелуи становились все более настойчивыми, а когда он добрался до ключиц, у Марни от наслаждения закружилась голова. Джонатан опустил бретельку купальника и принялся целовать ее плечо.

Марни приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы не потерять контроль над собой, она даже пробовала шутить.

— Я раньше и не подозревала, что плечи — такая сильная эрогенная зона.

— Я тоже, — в тон ей ответил Джонатан

— Может быть, следует написать об этом статейку в какой-нибудь журнал.

— Мой бог, как же ты хороша! — выдохнул Джонатан, закрывая ей рот поцелуями.

Когда рука Джонатана легла к ней на грудь, Марли поняла, что наступил критический момент, и напряглась.

Внезапно Джонатан замер, отодвинулся и посмотрел на нее, затем задумчиво поправил бретельки бюстгальтера и, прижавшись лбом к ее лбу, прошептал:

— Пора пойти поплавать.

— Отличная идея! — поддержала его она, но в ее голосе слышалось одновременно и облегчение, и разочарование.

Он вскочил на ноги и помог Марни подняться. Крепко обнявшись, они подошли к воде. Ее сердце учащенно билось.

Холодная вода немного охладила их. Они брызгались, хохотали и дурачились в воде, а потом он подхватил Марни на руки и понес на берег. Его кожа была прохладной, но она вновь ощутила тот же жар, что и до купания.

— По-моему, я горю еще сильнее, чем раньше, — засмеялся Джонатан. — Мне никогда не приходилось встречаться с такой огненной девушкой.

— Женщиной, с вашего позволения, — поправила его Марни.

— Чем докажешь? — захохотал он еще сильнее.

— Джонатан, у тебя в голове только одна извилина, и та прямая. — Она шутливо шлепнула его по груди и тут же поцеловала в губы.

— Обычно нет. У меня их две, но в твоем присутствии одна из них почему-то разглаживается.

Он донес ее до костра и поставил на ноги.

Пару минут Марни стояла, прижавшись к нему, и не двигалась.

Даже если больше ничего не произойдет между ними, по крайней мере у нее будет эта ночь, думала она и счастливо улыбалась.

Вслух же она сказала:

— Спасибо.

— За что? — удивился Джонатан.

— За полотенце, которое, я подозреваю, ты прихватил для меня.

Он открыл корзину, вытащил два полотенца и одно протянул Марни.

— Ты удивительно предусмотрительный человек, — кивнула та, с удовольствием заворачиваясь в большое махровое полотенце.

Какой он все-таки внимательный и заботливый мужчина!

— А что у тебя есть еще в корзине? — спросила она, когда вытерлась досуха и натянула свитер.