Павлин и пантера - Джессика Харт

Все трое посмотрели на нее.

— Я год работала в Париже.

На Кэсси это, кажется, произвело впечатление. Она оживленно заговорила о школьной поездке в Париж в прошлом году.

— Я хотела, чтобы летом папа повез нас во Францию, но он не согласился.

— Я возил тебя во Францию пару лет назад, и ты все время жаловалась, — мягко сказал Эд, раздавая тарелки со спагетти.

— Это потому, что ты снял дурацкий дом где-то за городом, заставлял нас везде ходить пешком, а Лорен рвало у нас в спальне.

— Всего один раз, — возразила Лорен.

— Не меньше трех!

— Нет!

Девочки принялись спорить, кого из них рвало, когда, где и как это было неудобно для остальных членов семьи.

— Мы должны говорить об этом за едой? — спокойно спросил Эд, и девочки замолчали. Он переменил разговор и спросил у Полли, как она проводила время во Франции.

— Ну, однажды я отравилась… — сказала она.

Раздался общий хохот.

— Я уже наслушался о том, как кого рвало! — смеялся Эд.

Именно такой вечер и нужен был Полли. Ее поразило, как быстро она нашла общий язык с детьми Эда. Том был сдержаннее девочек, но умел постоять за себя. Кэсси оказалась властной, иногда шутила — когда забывала вести себя как страдающий подросток. Они с Лорен болтали о новых друзьях и о школе.

Полли рассказала им, как училась в школе в Эллсборо. Вскоре они уже сравнивали свои юные годы. Как тяжело, когда у тебя строгий родитель, который всегда хочет знать, куда ты идешь, что ты делаешь и — что еще важнее — с кем ты это делаешь!

— Это походило на жизнь с ФБР, — вспомнила Полли.

Чувствуя в ней союзницу, Кэсси взглянула на отца.

— Я отлично знаю, что ты имеешь в виду, — многозначительно сказала она.

— Знаешь, ты должна была быть на моей стороне, — пожаловался Полли Эд и широко улыбнулся. — Я и пригласил тебя только потому, что считал взрослым человеком, достойным доверия!

Полли уже давно не чувствовала себя такой веселой и непринужденной. Ужин оказался простым, но вкусным. Спагетти не так-то легко есть с изяществом, но все-таки за кухонным столом было невероятно уютно.

После ужина Кэсси и Том принялись убирать со стола, а Лорен пошла за домашней работой по французскому языку. Эд наблюдал, как Полли делала за нее уроки. Лорен пришла в восторг, когда Полли не стала ей что-либо объяснять, а просто написала ответы, чтобы та их переписала.

— По-моему, надо было все-таки объяснить, — заметил Эд, но Полли состроила гримасу.

— Это работа учителя. Лорен наверняка предпочла бы, чтобы я сделала уроки за нее.

Девочка закивала.

— А теперь, раз я сделала домашнюю работу, я могу идти смотреть телевизор! — Лорен собрала книги и выбежала.

— Можно, Полли придет к нам, когда я буду делать мою домашнюю работу по французскому? — возмущенно спросила Кэсси. — Это несправедливо! Лорен ничего не сделала!

— Извини, — сказала Полли Эду, когда Кэсси, ворча, вышла. — Из-за меня начались неприятности…

Он рассмеялся.

— Кэсси просто завидует. Она любит быть в центре внимания.

— Неужели у Кэсси есть свойства павлина?

— О, в этом нет сомнения!

— Бедняга! Мало того что ты работаешь вместе с павлином, ты к тому же живешь с ним, — поддразнила она, и Эд широко улыбнулся.

— Это трудно… но павлины стоят, чтобы ради них не жалели сил!

Полли совершила ошибку. Большую ошибку. Она взглянула ему в глаза. Шутливая беседа прекратилась, наступила пауза.

Том уже ушел. Полли только теперь поняла, что снова осталась наедине с Эдом. При его детях она забыла, как он на нее действовал.

Полли отвела взгляд.

— Ты только посмотри, который час! — Она отодвинула стул. — Мне пора.

Она не станет бегать за Эдом. Это было бы глупо.

Вспомни, что было с Ником, твердила себе Полли. Помнишь, как тебе было больно? Помнишь, как ты клялась, что больше никогда не окажешься в подобной ситуации?

Но при одной мысли о том, чтобы прикоснуться к Эду, обнять его, у Полли сжимало горло. Она сейчас же должна перестать об этом думать.

Да, немедленно!

Эд проводил Полли до машины.

И речи не может быть о том, чтобы в него влюбиться! Она может дружить с ним и его детьми, но нечто большее? Нет, нет и нет!

— Большое спасибо, — вежливо поблагодарила Полли. — Я отлично провела время.

— Это я должен благодарить тебя за то, что ты приехала. Мы еще ни с кем не подружились здесь. Детям приятно общаться с кем-то новым, им надоел их старый ворчащий отца!

— Почему бы тебе не прийти ко мне на ленч? Как-нибудь в воскресенье? Я приглашу друзей, устрою вечеринку. Возьми с собой детей. У моей лучшей подруги есть дети-подростки, и они смогут пообщаться.

— По-моему, замечательно. Спасибо.

— Что ж… спокойной ночи. — Если бы она поцеловала его в щеку, это было бы так естественно…

Возникла пауза. Они одновременно подались вперед, поэтому поцеловали друг друга не в щеки, как намеревались, а в губы, и тут же отшатнулись.

— Извини!

— Извини… это по моей вине.

У Полли запылали щеки. Их поцелуй был случайностью, не более того.

— У французов получается гораздо лучше. — Она попыталась обратить все в шутку. — Ты всегда знаешь, сколько раз тебя поцелуют и кто будет целовать первым.

Эд улыбнулся.

— К несчастью, я не могу превратиться во француза, но все-таки давай попробуем снова. — Он шагнул ближе, наклонил голову и поцеловал Полли в щеку, очень близко к губам.

— Спокойной ночи, Полли.

Полли села в машину, завела мотор, потом принялась пристегиваться. Наконец дала задний ход и выехала с подъездной аллеи, подняв руку в прощальном жесте. В конце дороги она остановилась. Подождала, пока у нее перестанут дрожать руки и она сможет вести машину.

Было глупо жалеть о том, что она не осталась. Глупо завидовать Эду, что у него есть семья. Ведь она никогда не мечтала о детях. Но почему она вдруг почувствовала себя одинокой? Из-за того, что сказала, что ей пора, а Эд Меррик отпустил ее и закрыл за ней парадную дверь?

Да, но он поцеловал ее… Полли не могла об этом забыть. Неужели он нарочно поцеловал ее почти что в губы? Если бы она немного повернула голову, они бы непременно поцеловались в губы!

Что бы она испытала тогда? Если бы прижалась к Эду и ответила на его поцелуй? Если бы обняла его? Это было бы не похоже на дружбу, не так ли?