Однажды ты станешь моей - Морган Бриджес

Я тону в нем без надежды на сладкое облегчение в освобождении или смерти.

– Не пытайся сбежать, – говорит он, глядя мне в глаза. – Я вижу, что ты хочешь, но не надо.

– Почему?

– Я всегда буду преследовать тебя.

Не успеваю я даже подумать, что ответить, как он отстраняется и захлопывает дверь машины. Да и что здесь скажешь. Все, что касается этого мужчины, приводит меня в замешательство. Особенно реакция моего тела на его прикосновения, которая идет вразрез с предостережениями разума насчет него.

Беннетт проскальзывает на место водителя, заполняя все замкнутое пространство своей мощной энергией. Я не свожу с него глаз, пока он пристегивается, заводит двигатель и берется за руль, его пальцы двигаются быстро, но так изящно, что у меня по коже бегут мурашки.

– Перестань на меня так смотреть.

Я встречаюсь с ним взглядом.

– Что?

– Прекрати смотреть так, будто хочешь ощутить прикосновение моих рук к твоему телу. – Он делает вдох, словно сдерживая себя, и берется за руль так, что костяшки его пальцев белеют. – Если я прикоснусь к тебе, меня уже будет не остановить.

Я опускаю голову, сцепляю руки в замок и кладу их на колени.

– Не понимаю, о чем вы.

– Я говорю о сексуальном влечении, мисс Грин.

– Вы заблуждаетесь, мистер Беннетт. – Я сжимаю руки так сильно, что они начинают трястись. – Если я и смотрю на вас как-то по-особенному, то только потому, что вы пугаете меня.

– Страх полезен. Он не дает нам причинять себе боль. – Он замолкает, глядя куда-то вдаль отрешенным взглядом. – Но он не мешает другим причинять тебе боль.

Он заводит машину и выезжает на оживленную улицу. Я переключаю внимание на город за окном. Не могу смотреть на Беннетта, когда задаю ему вопрос, который вертится у меня в голове с того самого дня, когда я увидела его в кафе.

– Вы хотите причинить мне боль?

– Немного.

От его ответа, незамедлительного и честного, у меня перехватывает дыхание. Я прикусываю язык, чтобы успокоиться, а еще чтобы удержаться и не сказать то, что спровоцирует его. Возможно, мне следовало бы бежать, невзирая на его обещание преследовать меня.

– Почему? – спрашиваю я едва различимым шепотом. – Что я вообще вам сделала?

– Вы погубили меня, мисс Грин.

– Калиста. Если вы собираетесь говорить мне такие вещи, то хотя бы называйте меня по имени. Мне кажется, мы уже перешли границы формальностей после всего случившегося сегодня.

– Согласен, Кэлли.

Я украдкой бросаю на него взгляд.

– Так меня еще никто не называл.

– И больше никто не будет называть.

Я не обращаю внимания на неровное биение сердца у меня в груди и участившееся дыхание. Я концентрируюсь на мужчине, который сделал меня своей заложницей – как физически, так и в моих мыслях. Не было ни одного дня, когда я бы не думала о мистере Беннетте. И, вероятно, ни одной ночи.

Он вторгся в мои сновидения. И превратил их в фантазии, в которых я никому не признаюсь.

– Скажи мне свой адрес, – говорит он.

Я нервно кусаю нижнюю губу. Если я покажу ему, где живу, моему унижению не будет предела. Я не просто бедна. Я живу среди отбросов общества, в таком месте, о котором такие люди, как Беннетт, не могут даже помыслить. Уж мне ли не знать, я сама была такой до смерти отца.

С другой стороны, если я покажу Беннетту, насколько катастрофична моя жизнь, возможно, он почувствует отвращение. И оставит меня в покое. Потому что в конечном счете я хочу именно этого. Я никогда не просила его вмешиваться, сеять хаос в моих мыслях и разжигать огонь в моем теле.

– Скажи, где живешь, или поедем ко мне, – говорит он. – Ты в любом случае едешь со мной.

Глава 11. Хейден

Калиста дает мне свой адрес.

Не знаю, расстраиваться ли мне.

Я перевожу взгляд на нее. Эта женщина приводит меня в бешенство так же сильно, как возбуждает. Не думаю, что мой член когда-то был настолько твердым. И уж точно не так долго.

Моя потребность в сексуальном высвобождении лишь усиливается с каждой секундой, проведенной рядом с Калистой. Нет, это неправда. Она растет даже вдали от нее, потому что Калиста всегда в моих мыслях, манит меня, соблазняет своей красотой.

Я хочу ее больше, чем я хотел любую другую женщину.

Я бы солгал, если бы не признался, что за этим стоит нечто большее. Моя жизнь стала бы гораздо проще сейчас, если бы я всего лишь хотел трахнуть ее. Я бы мог сделать это и двигаться дальше.

Но в случае с Калистой я не уверен, что вообще смогу идти дальше. Только не теперь, когда мое любопытство переросло в тотальную одержимость. Мысль о ней не просто засела у меня в голове, но и проникла в мою кровь. Человек не в силах выжить без нее, без этой жизненной силы.

Она моя.

Причина, по которой я чувствую себя живым.

Причина, по которой я чувствую в себе ярость.

Причина, по которой я вообще хоть что-то чувствую.

В ту секунду, когда я зашел в «СиЗ» следом за ней, я знал, что этот вечер закончится именно так. Насилием с моей стороны. Я надеялся избежать открытых столкновений, поговорив с управляющим, но Джим решил проигнорировать мои указания. Мне понадобилось лишь попросить Зака получить доступ к его телефону, чтобы подтвердить свои подозрения. Он не только отправил сообщение о Калисте своему помощнику, но и написал, что собирается трахнуть ее.

Этим простым сообщением он подписал себе смертный приговор.

Я еще разберусь с ним, но она сейчас в приоритете. Мне нужно доставить ее домой и убедиться, что она заперла на замок дверь. За которой она и должна быть сейчас.

Ее безопасность заботит меня, хоть мне временами и хочется сделать ей больно за то, что она привнесла беспорядок в мою жизнь. Я ценю контроль, порядок и ясность. Но когда дело касается ее, я перестаю быть логичным.

Все мои поступки спровоцированы темными чувствами.

Неведомая мне до сих пор ярость разрослась у меня в груди, когда Калиста впервые вошла в тот зал в короткой юбке и рубашке с глубоким вырезом. Каждый мужчина в баре смотрел на нее. И это были не просто взгляды. Они смотрели на нее с вожделением в глазах, желая трахнуть ее.

Ярость переросла во всепожирающий гнев, когда тот мужик дотронулся до ее волос. Если бы