Вариация - Ребекка Яррос

— Что ж, сейчас танцовщица из меня так себе, но спасибо.

Кровообращение в пальцах, кажется, остановилось.

Джунипер уверенно мотнула головой, встряхнув кудряшками:

— Просто у вас травма. Вернетесь уже в следующем сезоне.

Отпустив мою руку, она вступила с ветром в борьбу за волосы, но проиграла.

— Спасибо, ты очень любезна. — сказала я. Ну почему племянница Хадсона оказалась самым милым ребенком на свете, а? — Наверное, ты тоже танцуешь? Учишься у миссис Мэдлин?

— Не совсем.

Она закусила обветренную губу. Я взглянула на Хадсона и тут же пожалела. Его взгляд проникал под многолетнюю броню, скрывавшую меня от мира. Защиты рушились, как береговые укрепления под тяжестью волны, и мне это совсем не понравилось. Какая бы нить ни связывала нас много лет назад — дружба или нечто большее, — теперь она истончилась, но никуда не исчезла, вездесущая и неизменная, как законы физики. Пора перерезать ее и покончить с этим. Забыть с концами.

— Кажется, нам предстоит неловкий разговор. — Хадсон смотрел на меня так, словно хотел запомнить все в деталях на случай, если мы видимся в последний раз.

— То есть до этого он неловким не был? — Я изогнула бровь.

— Справедливо. — По губам негодяя скользнула улыбка, и он похлопал Джунипер по плечу. — Давай спрашивай. Я сдержал клятву и привел тебя сюда, но она не согласится, если не попросишь.

Джунипер смотрела на него снизу вверх с таким же доверием, какое некогда питала к нему и я. Это тронуло меня и встревожило. Меня-то он предал.

— Итак, Джунипер, — сказала я, покрепче запахнув полотенце и присев на корточки, чтобы мы оказались лицом к лицу. — О чем ты хотела меня спросить?

Мы встретились взглядами. Медные искорки блеснули на солнце, и девочка глубоко вздохнула:

— Я хочу, чтобы вы убедили мою маму, что не все балерины ужасны.

Вот, значит, как.

— Что, прости?

— Она считает их всех избалованными, порочными и злобными, — выдала Джунипер, сопровождая кивком каждое оскорбительное слово. — Думает, если я займусь балетом, то стану заносчивой фифой с расстройством пищевого поведения, как девочки, которые приезжают на балетный конкурс, — выпалила она, и ее щеки порозовели. — Только не думайте, вас я фифой не считаю! Я знаю, что вы не фифа.

— Хм-м… Спасибо?

Я медленно выпрямилась. У меня самой заныло сердце оттого, что сейчас я разобью сердце этой девочке.

— Послушай, Джунипер, я бы с удовольствием помогла тебе переубедить маму, честное слово. Я уверена, что она замечательная и очень тебя любит, но у меня не та фамилия, чтобы о чем-то твою маму просить, если за десять лет ситуация не изменилась кардинально. Дело в том, что она… недолюбливает Руссо.

Кэролайн ненавидела всех нас, особенно мою маму.

— Нет, ей не нравится только твоя младшая сестра, — затараторила Джунипер. — Ева. К тебе у нее претензий нет.

Хадсон застонал, на секунду прикрыв глаза.

— Что ж, приятно слышать. — Я поджала губы и поборола внезапное желание рассмеяться. Такого со мной не случалось уже несколько месяцев. — Ева у нас и правда на любителя. Во всяком случае, боюсь, с такими просьбами надо обращаться не ко мне. Лучше попроси балерину из местных: она поможет тебе переубедить маму. А тебе, видимо, нужно полотенце.

Последняя фраза была адресована Хадсону. Я отступила на шаг, собираясь повернуть к дому. С минуты на минуту вернется со своей встречи Энн и будет психовать, если узнает, что я плавала одна и без гидрокостюма.

— Я привык… — начал он.

— Нет, как раз к вам! — крикнула Джунипер, в панике повысив голос, и вырвалась из рук Хадсона. — Она больше никого и слушать не станет! Не только потому, что вы лучше всех и самая милая! Если вы скажете ей, что я должна танцевать, она меня отпустит! Ей придется!

С каждым словом она все больше распалялась и почти уже сорвалась на крик.

— Это не в моей власти, — мягко сказала я.

— Да выслушайте меня! — умоляла она. — Хоть кто-нибудь меня выслушает?

Боль расцвела в груди. Сколько раз мне самой хотелось прокричать те же слова?

— Джунипер, — ласково произнес Хадсон, но девочка вздернула подбородок и направилась ко мне.

— Я слушаю, — заверила я ее. — Почему ты так уверена, что твою маму волнует мое мнение?

Джунипер сглотнула и оглянулась на Хадсона. Тот, похоже, растерялся не меньше моего. А потом Джунипер уставила на меня свои большие карие глаза, расправила плечи и произнесла:

— Потому что ты моя биологическая мать.

Глава шестая. Алли

Све4уЯрко:Генетика у этой семьи невероятная. @СестрыРуссо4, вы в пуантах родились, не иначе!

Биологическая кто?

Я уставилась на Джунипер, затем слегка подалась к ней. Уверена, я ослышалась.

— Не поняла.

— Я посмотрела все твои видео, — сбивчиво выпалила она. — Мы двигаемся одинаково. Мы похожи. Волосы и глаза одинакового цвета, даже родимое пятно на одном и том же месте!

Джунипер повернулась ко мне спиной и приподняла волосы, чтобы показать «поцелуй ангела» на шее.

Такой же, как у меня.

Кутаясь в полотенце, я посмотрела на Хадсона. Он между тем глядел на племянницу, будто у нее выросла вторая голова. Кажется, для него это тоже стало новостью.

— Джунипер… — начала я.

— Не говори, что это не так! — взмолилась она и прикусила дрожащую нижнюю губу. — Ты моя мама. Я в этом уверена. Поэтому я так люблю балет. Это у меня… у нас в крови.

Ее глаза наполнились слезами. Господи, она вот-вот расплачется… И я сейчас вот так запросто ее разочарую?

— Просто я…

— У нас одинаковые улыбки и одинаковые руки, — перебила она, повернув ко мне ладони. — Я понимаю, что наверняка тебя удивила и мне не стоило на тебя набрасываться, но ты мой последний шанс.

— Но я никогда… — снова начала я.

— Слушай, я тебе докажу! — сказала она, сняла рюкзак и бросила его на газон. — Я сдавала анализ ДНК, и тебе тоже нужно.

— Что-что ты сделала?

Хадсон подошел и свирепо уставился на племянницу.

— Сдала анализ ДНК, говорю же.

Она наморщила лоб, словно только мы тут не понимали, что происходит, дядя сверлил ее взглядом, но это обстоятельство она оставила без внимания.

— А мама знает? — осведомился он. — Как ты его сдала?

— Заказала онлайн и… — начала она.

— Дай угадаю: накинула пару лет к своему настоящему возрасту? — договорил он, скрестив руки на груди. — Это тебе не «Секондз», Джунипер.

— Если бы компании действительно не хотели, чтобы дети нарушали правила, обойти их было бы гораздо сложнее, — возразила она, скрестив руки на груди точь-в-точь как Хадсон. —