Последняя роль для попаданки, или Кто убил Золушку? - Алена Ягинская

С этой мыслью я все-таки заснула…

Филипп

— Как она? — спросил Трис друга, когда тот вернулся в гостиную после того, как отвел Левронию в спальню.

— Нормально, — Филипп не был склонен к разговорам. — Трис, мне непонятен твой интерес к моей невесте.

— Я из вежливости поинтересовался. В ней не проснулся магический дар вовремя, видимо, произошедшее спровоцировало выплеск. Девушка может себя плохо чувствовать. Ты дал ей успокоительное?

— Нет, — процедил принц сквозь зубы, забрал пузырек и хотел было вернуться назад.

— Подожди, — остановил его приятель. — Она может отказаться принять лекарство из твоих рук. Мне кажется, что твоя избранница не очень доверчива.

— Думаешь, из твоих возьмет?

— Нет, из моих тем более нет. Давай выльем их в воду или чай, чтобы она не знала.

Филипп подумал и согласился. Содержимое пузырька было отправлено в чайничек, после чего наследник и его советник покинули покои, тщательно заперев их и наложив защиту от постороннего проникновения.

Глава 9. Новый день и невкусный чай

Лера

С утра я подумала о том, что было бы неплохо позавтракать. Но тут же возник вопрос — как? Я в непонятно каких покоях, моя так называемая семья осталась у черта на куличках, и выйти, как оказалось, я тоже не могу. Эти муд… дрые люди заперли дверь! Пыталась найти шнурок, колокольчик, или волшебную кнопку, чтобы вызвать горничную, даже нашла что-то похожее на хвост ослика Иа (потому что шнурок с бантиком и кисточкой оторвался, стоило его дернуть), но все было бесполезно. Я сделала все, что могла — сначала я этот шнурок трясла, потом крутила им в воздухе, пыталась орудовать им как плетью, попробовала на зуб, проверила однажды сработавший «сезам, откройся» и «встать передо мной, как лист и перед травой» — ничего. Никто не появился и дверь не открылась.

Плюнула и решила хотя бы выпить остатки вчерашнего чая. И вот что я вам скажу — пейте чай только свежезаваренный! Или из пакетиков. А во дворцах лучше вообще не пейте ничего, потому что они на всем экономят. Их чай прокис! Я попробовала — гадость редкостная.

И я совсем уже было отчаялась и подумывала о том, не покинуть ли мне гостеприимных хозяев через окно, даже простыни связала на всякий случай, как дверь все-таки отворилась. И явилась моя «матушка».

— Дитя мое! — пафосно воскликнула она. — Как ты нас всех напугала.

Она сцапала меня в объятия и прижала к себе. Хорошо так прижала, с чувством. Клянусь, если бы я была в своем реальном теле, а не придуманном, то она бы мне ребра обратно сломала.

— Что ты творишь, Рония? Я же сказала — сидеть на месте, — шептала она мне в ухо, делая вид, что вытирает слезы.

— Кто же знал, что его Высочество поселит тебя в королевском крыле как невесту, объявления о помолвке ведь еще не было. Волновались, как же ты без пригляду и поддержки родных останешься, — причитала вслух Луиза и тут же шипела мне в ухо:

— Где иголка, на нее надо защиту наложить, в личных покоях детекторы могут стоять, живо вычислят! Ну?

И что я скажу — потеряла? Или признаться, что у меня ее немножечко изъяли? Нет, я жить хочу! А «матушка» меня за такое по головке точно не погладит. К счастью, ответ ей прямо сейчас и не требовался. Также, не выпуская меня из объятий, она обернулась и бросила себе за спину:

— Что вы застыли, милочки? Невеста его Высочества еще и не завтракала поди. Живо займитесь этим, так и быть, я пока ей одеться сама помогу!

Я услышала, как служанки ответили «да, сударыня», и хлопнула дверь.

Похоже, что эту женщину я уже люблю!

А она тем временем отстранила меня от себя, оглядела, скривила недовольную моську и покачала головой.

Нет, все же не люблю. Особенно после ее слов:

— Какого демона ты в таком виде, Леврония? Где платье? Если бы эти дуры тебя увидели в этом рванье, то каждая шавка только об этом и тявкала.

— Матушка, — пропела я самым нежным голоском, решив снова побыть ангелом, — но у меня здесь нет других платьев.

Луиза снова скривилась, потом на секунду задумалась, что-то прикидывая в уме, и велела:

— Быстро раздевайся и лезь в ванну! Сейчас все решим.

И принялась подпихивать меня в нужном направлении.

Со скоростью метеорита она включила воду, налила туда разного из бутылочек, выстроенных на полках, стащила с меня блузку и схватилась за юбку.

— Я сама, — возмутилась я, быстренько разделась и залезла в ванну.

— На, пей пока чай! — Луиза сунула мне в руку чашку.

Я машинально сделала глоток. Чай был горячий, но на вкус все та же гадость.

— Матушка, а вы пробовали?

Я потянула чашку Луизе.

— Нет, а что с ним? — она понюхала и сделала глоток. Тут же скривилась. — Фу, ну и гадость подают в королевском крыле. — Ладно, лежи и делай вид, что наслаждаешься тонким вкусом. Я быстро.

Она сунула чашку мне обратно и ушла, только юбки прошуршали.

А у меня появилось время подумать. То, что принц про меня снова забыл, было очевидно. Мне-то на него пофиг, а вот Золушке было бы обидно. Если бы она вообще поняла это. Сделать вид, что ничего не заметила? Смотреть, слушать, анализировать и никуда не встревать? Стратегия беспроигрышная в жизни, но оправдает ли она себя во сне?

Прийти к какому-то решению я не успела. Дверь в ванную распахнулась, и на пороге возник… принц.

Нет, я не пыталась утопиться! Я просто хотела скрыться в пене! Не надо меня спасать!!!

Филипп

С утра его высочество Филипп гер Аринас соображал не очень хорошо. Ночная вылазка не состоялась. Его занесло в покои, где его друг чего-то хотел от его избранницы.

Конечно, Филиппа задело, что парочка уединились в покоях. В конце концов, он эту мышь серую себе присмотрел, так что нечего ручки свои к его почти невесте тянуть. Он бы возмущен и растерян и даже не сразу сообразил, что делать, когда Леврония вспыхнула. Огонь бежал по ее рукам, а Филипп стоял, словно завороженный им. Это что получается, его