Начни сначала - Клио Найтис

— Я хотела сказать… Она действительно позвонила.

При этих словах Джекки выпрямилась и внимательно посмотрела на расстроенную подругу. В ее глазах Глэдис прочла сострадание. Оно было вполне искренним, но… Помимо сочувствия Глэдис уловила и нечто похожее на затаенную гордость. Да, Джекки гордилась собой, ведь ее профессиональный прогноз оказался верным! Глэдис поспешила отогнать эту неприятную мысль.

— Хочешь, расскажу, как все было? — Глэдис воодушевилась, намереваясь сообщить, как хладнокровно и высокомерно она разговаривала со своей соперницей.

Сейчас Джекки ее похвалит. Может быть, они даже вместе посмеются и отпразднуют первую победу.

Однако, к немалому разочарованию Глэдис, Джекки лишь покачала головой.

— Нет, в этом нет необходимости, — рассеянно проронила она. — Я не сомневаюсь, что ты блестяще сыграла эту роль, ты же умница.

Глэдис вновь сникла, ей очень хотелось рассказать о своем небольшом триумфе.

— Расскажи, как складывались ваши отношения с Кеннетом? — решительно потребовала Джекки. — Ведь после нашего разговора прошло немало времени, а позвонила она только сегодня?

Когда Глэдис закончила свое сбивчивое повествование о том, как она надеялась, что Джекки все же ошиблась и никакой соперницы не существует, подруга неодобрительно покачала головой. На ее лицо словно набежала тень. Глэдис это совсем не понравилось, ведь она подсознательно ждала слов утешения и заверений, что все это пустяки. Выражение лица Джекки отвергало подобные предположения.

— Ты угодила в ту же ловушку, что и тысячи других обманутых жен. — Голос Джекки был печален. — Кеннету хитростью удалось усыпить твою бдительность, и если бы не этот звонок… — Джекки ненадолго замолчала, словно задумавшись.

— И что же? — нетерпеливо спросила Глэдис.

— Это продолжалось бы еще очень долго, — невнятно закончила Джекки.

Теперь настала очередь Глэдис погрузиться в тревожное молчание. Кеннет — неверный муж, который живет двойной жизнью и хладнокровно лжет собственной жене? Нет, это невозможно! Нельзя допустить, чтобы это продолжалось, как выразилась Джекки, «очень долго». Она, Глэдис, не сможет жить в атмосфере постоянной лжи и притворства!

— Я сегодня же расскажу Кеннету об этом звонке, — твердо сказала она, глядя подруге в глаза.

Джекки с равнодушным видом размешивала сахар.

— Это не лучшее решение, — спокойно отозвалась она. — Мы уже об этом говорили.

— Но я не хочу больше притворяться! — Глэдис решительно покачала головой. — Я всегда была искренней со своим мужем и хочу, чтобы так было и впредь!

Джекки слегка отодвинула свою чашку и, откинувшись на спинку кресла, положила ногу на ногу.

— С мужчинами нельзя быть искренней. Во всяком случае, до конца.

Глэдис, не веря своим ушам, воззрилась на подругу.

— Ты хочешь сказать… — начала она, но Джекки ее перебила:

— Твоя искренность уже сыграла с тобой злую шутку. Тебе недостаточно?

Глэдис вновь попыталась что-то сказать, но Джекки опять ее опередила:

— Поступим так. Ты мне расскажешь, как складывались ваши с Кеннетом отношения с самого начала. Ну с того момента, как он сделал тебе предложение.

Глэдис не была хорошей рассказчицей и пришла в некоторое замешательство. Джекки поспешила ей на помощь.

— Расскажи, например, почему ты так и не стала сотрудницей компании. Это было желание Кеннета, чтобы ты осела дома, ведь так?

Глэдис с готовностью кивнула. Конечно, это Кеннет так решил, и она ничего не имела против. Неожиданно для себя Глэдис разговорилась. Она подробно описала и помолвку, и медовый месяц, и всю последующую безмятежную жизнь. Она словно заново переживала счастливые месяцы своего замужества. Ах, если бы не эта…

— А почему вы почти нигде не бывали? — внезапно прервала ее Джекки. — Дом, хозяйство, ожидание мужа с работы, ужины… Кстати, почему вы ужинаете в кухне, ведь у вас прелестная столовая?

Пришлось Глэдис рассказать и о своей злополучной попытке внести разнообразие в их отношения, о так и не состоявшемся походе в ресторан. Но ведь это такая мелочь!

Джекки выслушала с легкой непонятной усмешкой.

— Понятно, — проронила она, когда Глэдис замолчала. — Что ж, если хочешь, я выскажу свое профессиональное заключение. Но учти, оно тебе не понравится.

— Все, что угодно, только помоги мне вернуть мужа! — взмолилась Глэдис.

— Хм, ну что ж. В том, что Кеннет заинтересовался другой женщиной, виновата только ты.

— Я?! — взвилась Глэдис.

— Я еще удивляюсь, как это он не начал тебе изменять сразу после свадьбы, — преспокойно продолжала Джекки. — Ты ведь с самого начала дала ему понять — с тобой можно делать что угодно, ты все стерпишь.

— Да что же… — Глэдис попыталась вставить хоть слово, но не тут-то было!

— Муж не хочет, чтобы ты работала, — пожалуйста! Ему нравится проводить вечера дома у телевизора — тоже никаких возражений. Да ты и не заметила, как превратилась в какую-то бессловесную домашнюю машину, помесь плиты и пылесоса! — Джекки насмешливо посмотрела на подругу и неодобрительно покачала головой. — А ваша помолвка! Да это же просто дикость какая-то!

Джекки, видимо, действительно была возмущена. Ее профессиональная сдержанность впервые ей изменила. Она вскочила и нервно заходила по комнате, продолжая бросать сердитые отрывистые реплики.

— Подумать только! — воскликнула она, резко взмахнув рукой и едва не опрокинув вазу с каким-то замысловатым букетом из засушенных трав. — Ты его ждешь, предвкушаешь романтическое предложение руки и сердца, настоящую сказку. Ты полдня наряжалась! И что? Чем все это обернулось?

Джекки сердито уставилась на Глэдис, словно ожидая ответа. Глэдис лишь пожала плечами.

— Вместо изысканного ужина при свечах — готовая пицца, разогретая в микроволновке! А само предложение?! Мол, на вот тебе кольцо и не докучай мне всякой чепухой. И ты это спокойно проглотила, да еще была рада-радешенька!

— Но ведь у Кеннета действительно был очень трудный период! — возразила Глэдис чуть ли не со слезами.

Ей очень не понравились нападки Джекки на Кеннета. К тому же все было совсем не так, хотя…

— А ваш медовый месяц?! Это что-то невообразимое! — продолжала Джекки. — Что бы Кеннет там ни говорил о своих трудностях, он что, каждый месяц женится? Неужели нельзя было придумать маршрут поинтереснее, чем поездка в захолустную гостиницу в двух милях от собственного дома?

Глэдис промолчала. Ей и самой приходили в голову подобные мысли, хотя ее собственные формулировки были не столь категоричны.

— Кеннету всегда нравилось, что я хорошая хозяйка, — невпопад возразила Глэдис.