Влюбиться легко - Вивиан Неверсон

Она стояла спиной к окну, глядя на Коннора во все глаза. На лице его читалось нечто такое, от чего по спине ее пробежал холодок, а сердце на миг сбилось с ритма. В комнате сгущались вечерние сумерки.

– Ч-что такое? – пролепетала Фредерика.

– Все в порядке, – вкрадчиво заверил Коннор. – Все в полном порядке.

И, не сводя с жены пылкого, жадного взгляда, он стремительно пересек комнату.

– А г-где твой номер? – встревоженно спросила она.

– Мой номер? – Коннор мягко рассмеялся. – Ты в нем находишься.

– О… Тогда… тогда где мой номер?

– Ты в нем находишься.

– Кон…

– Да?

– В этом номере только одна кровать.

– Верно подмечено.

– Почему ты не заказал два номера?

– Пустая трата денег. Мы же женаты.

– Но…

– Прошлой ночью мы спали на одной кровати.

– Да, знаю, но…

Коннор остановился перед нею. Фредерика отпрянула и прижалась спиной к окну, испуганно глядя на мужа. А тот уперся рукой в раму и наклонился совсем близко.

– Что ты делаешь? – слабо спросила она.

– А ты как думаешь?

– Я… не знаю.

Он ласково провел указательным пальцем по ее шее точно над линией воротничка.

– Правда не знаешь?

У Фредерики перехватило дыхание – секунд на пять, никак не меньше. Ощущение было такое, точно ее поразило молнией или разбил паралич. Не может быть, чтобы он… чтобы он надумал…

– Ты… ты уверял, что это чисто деловое соглашение!

– А ты никогда не пыталась совмещать дело с удовольствием?

Коннор потянулся к ее губам. Девушка резко отпрянула, уперлась ладонью ему в грудь.

– Погоди минутку. Ты ни слова ни говорил о том, что… ну, что захочешь…

– Ты ни слова не говорила о том, что… не захочешь…

– Но мы же ненастоящие муж и жена.

– А из свидетельства следует, что настоящие.

– Но я не предполагала…

Коннор решительно снял с ее плеча сумочку и отшвырнул прочь.

– Мы даже не обсуждали… Дорожная сумка полетела в тот же угол.

– Я была уверена, что ты все понимаешь…

Коннор обнял ее за плечи, и сердце девушки словно замерло. Не размыкая рук, он каким-то образом расстегнул заколку, и светлые волосы волной рассыпались по плечам. Кон пропустил шелковистые пряди сквозь пальцы и придвинулся ближе – так близко, что Фредерика всем своим существом ощутила жар его тела. Неведомое доселе чувство постепенно подчиняло ее себе – чувство пугающее, волнующее, загадочное…

– У тебя чудесные волосы, – прошептал Коннор.

Девушка затрепетала от радости. Впервые в жизни кто-то употребил слово «чудесный» применительно к ней, Фредерике Линдси! Похвала Кона завораживала, но в то же время звучала как-то неубедительно. Она некрасива. Она настоящая дурнушка. Зачем же Коннор говорит ей такие вещи?

Потому что ему нужно… О Господи!

Колени девушки подогнулись, лишь невероятным усилием воли она устояла на ногах. Коннор обнял ладонями ее лицо, заглянул в глаза. От его прикосновений по телу распространялось легкое покалывание. Фредерика похолодела от ужаса. Ей отчаянно хотелось притянуть Коннора к себе и одновременно оттолкнуть, ибо сила собственных эмоций и возбуждала, и страшила девушку.

– Тебе понравится, – прошептал он ей в губы. – Обещаю, тебе так понравится, что ты захочешь заниматься этим снова и снова…

И Коннор припал к ее губам с поцелуем столь упоительно-глубоким, столь пылким, столь жарким, что девушка едва не потеряла сознание. В отличие от предыдущих поцелуев этот был неспешен, исполнен томности, точно впереди у них была целая ночь. Однако притом что он усиленно старался воспламенить девушку своими прикосновениями, в груди у нее сердце словно превратилось в кусок льда.

Она ему не нужна. На роль жены ему сошла бы любая. Не она, Фредерика, так кто-нибудь другой. Она ничего для него не значит.

Если бы только Коннор удовольствовался поцелуями, она бы нисколько не возражала. Но ему явно требуется большее. А она понятия не имеет, как ему это дать… Она вообще не собиралась давать ему столь много!

Не отрываясь от губ девушки, Коннор скользнул ладонями по ее бедрам, притянул к себе. И сердце Фредерики беспомощно дрогнуло, едва она поняла, к чему именно прижимается. Левой рукой он обвил ее шею, правой погладил по спине. Ладонь неуклонно продвигалась все выше и выше, и Фредерика замирала от сладкого волнения. Когда же пальцы Кона легли ей грудь и мягко надавили, девушка глухо вскрикнула и попыталась отстраниться.

– Кон, пожалуйста… Прошу тебя, не надо!

Но Коннор не отвел рук, он терпеливо дождался, чтобы девушка успокоилась. А потом провел ладонью по шее, большим пальнем пощекотал щеку.

– Все в порядке, детка. Я знаю, что для тебя это в первый раз. Ты просто немножко напугана, вот и все.

По правде говоря, напугана она была не немножко, а, что называется, до смерти. Фредерика мечтала о сексе с тех пор, как повзрослела достаточно, чтобы понять: почти все этим занимаются, а она – нет. Но, нет, «секс» – неправильное слово. Девушка мечтала о любви. О том, чтобы разделить ложе с мужчиной, который ее любит. Прикосновения Кона возбуждали ее до крайности. Однако, глядя в его глаза, она видела там пугающую пустоту. Чего-то в этом взгляде недоставало – чего-то важного, того, что проникает в сердце женщины, когда на нее смотрит любимый…

– Я попросила тебя остановиться, – напомнила она.

– Расслабься, – зашептал Коннор, легонько целуя ее в шею, в щеку, в висок. – Все будет хоро…

– Я сказала «нет»!

Коннор отпрянул, до глубины души пораженный. А в следующее мгновение изумление сменилось гневом. И Фредерика внезапно осознала, что ровным счетом ничего не знает о мужчине, с которым не так давно проехала больше двух сотен миль. О мужчине, за которого вышла замуж. Этот мужчина того и гляди заставит ее выполнять супружеский долг, и это притом, что до вчерашнего вечера она вообще не знала мужских прикосновений, а от одной только мысли о постели приходила в ужас.

– Пожалуйста, не принуждай меня, – пролепетала она.

Коннор вздрогнул, синие глаза его потрясение расширились.

– Принуждать тебя? Хорошенького же ты обо мне мнения! Ты всерьез думаешь, что я стану тебя принуждать?

– Я… я тебя совсем не знаю, Кон. И понятия не имею, чего от тебя ждать.