Теперь мы вместе - Кэролайн Андерсон

— Простите? — насторожилась она.

— Вы ведь из-за этого отказались сниматься. И совершенно зря. Мне жаль, если я вас расстроил, мне этого вовсе не хотелось делать. Поздравляю с наградой.

— Не понимаю, о чем вы.

— О премии лучшему сценаристу, которую вы завоевали.

Ее глаза широко раскрылись.

— Я?

— За «Суиндонские истории». Великолепный сериал.

— Спасибо. Так вы за этим пришли сюда?

— Нет, я здесь, чтобы щелкнуть американского старикашку, — он мотнул головой, — как и все эти ребята. А в конторе Коула у меня есть своя агентура. Вот и напал на свежий след восходящей звезды. Так что не сердитесь, леди. Вы настолько хорошенькая…

В это время к зданию подъехал роскошный лимузин, и репортеры тут же обступили его.

— Пора бежать! Желаю побыстрее починить ногу, мистер Хартинг.

С едва сдерживаемыми слезами Бетси любовалась своим преданным рыцарем, который лежал ничком на кушетке. Они находились в смотровом кабинете, где появившийся только что хирург должен был определить тяжесть полученной травмы.

— Снимите джинсы, — сухо скомандовала старшая медсестра, поднимаясь навстречу врачу из-за столика у окна.

Измученный Дэн покорно позволил Бетси раздеть себя. При этом она не преминула отметить, что пострадавший «маэстро» предпочитает шелковые боксерские трусы.

— Не напрягайтесь, — забасил врач, здоровенный мужчина, под стать Дэну, умелыми пальцами осторожно ощупывая поврежденную ногу.

— Я и не напрягаюсь, — возразил тот. — Но мне больно, док!

— Вам и должно быть больно, дорогуша, потому что вы порвали икроножную мышцу, — объявил его мучитель. — Придется наложить гипс от колена до ступни. Будете, как балерина.

— Почему балерина? — удивилась Бетси.

Лохматый верзила громко расхохотался.

— Палец фиксируется в вертикальном положении, чтобы дать мышце возможность срастись, — объявил он. — Миссис Хартинг, ваш драгоценный супруг не должен даже случайно опереться на свою бесценную ножку.

В ответ Дэн лишь вяло хмыкнул. И Бетси решила не раскрывать недоразумения. Она до сих пор носила обручальное кольцо, так что ошибка была вполне объяснима.

— Держите ногу в покое, в приподнятом состоянии, подкладывайте под нее подушку. Двигайте пальцами, чтобы циркулировала кровь. Не давайте повязке намокнуть, — втолковывал хирург Дэну, одновременно улыбаясь его «супруге». — Ваш муженек из-за ограниченности в передвижении станет раздражаться, так что заранее будьте готовы к вспышкам беспричинного гнева.

Бетси с лучезарной улыбкой посмотрела на «драгоценного мужа».

— Хорошо, буду.

Но почему все-таки он не поправляет доктора, удивилась она. Неужели ему нравится, что его принимают за женатого человека, пусть даже женатого не на ней конкретно, а вообще? Она вспомнила, как он сказал однажды, что трудно отделаться от воспоминаний. Означает ли это, что он до сих пор продолжает думать о своей бывшей жене и неудавшемся браке? Возможно, тоскует по ней, и тогда становится понятным, почему он так и не нашел замену «миссис Хартинг номер один».

— И сколько же мне придется ходить в гипсе? — осведомился Дэн, жестом показывая Бетси, что пора одеваться.

— Думаю, недель шесть, не меньше.

Дэн изрек витиеватое проклятие.

— Я должен осмотреть вас через три недели, тогда мы снимем повязку и проверим, как идет заживление, наложим новый гипс и придадим стопе более естественное положение. А сейчас пора полюбоваться на столпотворение страждущих у моего кабинета! До встречи!

Верзила галантно поцеловал руку Бетси, выразив надежду, что такая «крепенькая особа» в состоянии сопроводить «одноногого мистера Хартинга» до перевязочной.

— Почему же все-таки вы не хотели фотографироваться? — спросил Дэн, когда они уселись в самом дальнем уголке больничного холла.

— Терпеть не могу бульварных репортеров. Хотя этот тип в общем-то оказался безобидным. Очень жаль, что из-за моего каприза…

— А он объяснил причины своей акции?

— Да. Оказывается, я завоевала приз за лучший сценарий.

— Фантастика! — с улыбкой воскликнул Дэн. — Поздравляю вас.

— Спасибо. А вас назовут лучшим режиссером.

— Кто знает. Но вы понимаете, что вас все равно сфотографируют на церемонии награждения, — продолжал он. — И не один раз.

Бетси нахмурилась.

— А когда состоится церемония?

— Недель через шесть. Обычно устраивают грандиозный прием в одном из самых шикарных столичных отелей. Вам наверняка случалось видеть такое по телевизору.

— Церемонию демонстрируют по телевидению? — встревожилась Бетси.

— Конечно. Я тоже не большой любитель мелькать на экране, — признался Дэн. — Но…

— Мистер Хартинг! — донеслось из открывшейся двери перевязочной.

— Это я! — откликнулся Дэн, приподнимаясь на руках, и «супруги» обнявшись совершили еще один героический переход.

В ожидании «мужа» ей было о чем призадуматься. Риск необходимо свести к минимуму. А значит, никаких призывов! Ни в коем случае нельзя засветиться на телевидении. Люди сейчас из любой, даже малозначительной на первый взгляд, информации стремятся извлечь легкие деньги. Возможно, журналисты возьмут у нее интервью, станут копать дальше и в конце концов свяжут ее с Дорой Макферсон. А тот человек поймет суть ссоры, которую он наблюдал… Бетси прерывисто втянула в себя воздух. Газеты, особенно вроде «Стайл», соберут богатую жатву.

Но тут на помощь Бетси пришла природная рассудительность. В ее фантазиях о грядущей катастрофе было много «если». Неужели она впадает в панику? Не разумнее ли выкинуть все из головы?

Бетси уговаривала себя успокоиться, когда в дверях показался Дэн. Он опирался на два костыля. Белая гипсовая повязка закрепляла ступню почти в вертикальном положении.

— Вот и прыгай теперь, козел Хартинг, — произнес он с тоской.

— Или танцующий Шива. — Бетси озорно взглянула на него. — Может быть, стоит купить вам балетное трико?

— Может быть, вы лучше отвезете меня домой? — хмуро парировал он.

Пока они были в больнице, наступил вечер, машин заметно поубавилось. Следуя инструкциям Дэна, Бетси объехала стороной шумные центральные кварталы и свернула на довольно узкую улицу, тянувшуюся вдоль старинного сквера.

— Нам повезло, — сказал Дэн. — Видите высокий белый дом? Там я и обитаю. Между автомобилями у самого подъезда сейчас есть место, где можно поставить машину.

— Вы же живете на четвертом этаже, — вспомнила Бетси, когда он выбрался из машины и встал, тяжело опираясь на костыли. — Хорошо еще, что лифт есть.