Ужжасное Поведение - Дж. М. Фейри

— О боже, — стону я.

Он продолжает дразнить меня нежными касаниями языка, пока я почти не перестаю соображать и сама не прижимаю его рот к себе, желая большего трения.

Одна из его мягких, вибрирующих рук сжимает вторую грудь, пока его язык играет с первой. Он чередует их до тех пор, пока его рука не скользит вниз по моему животу, находя пуговицу на джинсах. Его рот покидает меня, и я издаю мучительный вздох:

— Я не понимаю, почему твоя кожа такая вкусная. В этом нет никакого смысла, но я должен попробовать больше. Я чувствую, как от тебя исходит сладкий аромат. Мне нужно попробовать.

Я не могу подобрать слов. Всё, что я могу — это пытаться восстановить дыхание и сосредоточиться на том, чтобы не кончить слишком рано.

Он толкает меня на диван и срывает с меня джинсы так, будто не может ждать ни секунды больше. Он стягивает мои трусики, и я чувствую его горячее дыхание, когда он содрогается. Он проводит языком по моей щелочке. Вибрация и нежность этого прикосновения заставляют меня дергаться под его хваткой на моих бедрах.

— Сиди спокойно. Я хочу насладиться этим, — приказывает он.

Я вцепляюсь в его плечи, нуждаясь в опоре, когда его лизания становятся всё настойчивее, проникая всё глубже.

Он стонет и отрывается на секунду, поворачивая голову в сторону и зажмуриваясь, словно пытаясь сдержать себя:

— Ты вся течешь. Ты такая вкусная.

Отсутствие его рта кажется пыткой, и я подаюсь к нему, желая снова почувствовать его губы на себе.

Ему нужна всего секунда, чтобы нырнуть обратно, лакая меня жадными движениями. Его язык находит мой клитор, и я вскрикиваю, прижимаясь к нему.

— Это место нравится тебе больше всего. Я видел, как ты доводила себя до удовольствия тем прибором. Я мечтал о том, чтобы прикасаться к тебе здесь и сводить тебя с ума.

Найдя мой клитор, он уже не останавливается. Он находит идеальную силу давления — как будто всю жизнь только и делал, что вылизывал киски. Господи, мне еще никогда не было так хорошо.

— Я сейчас кончу! — кричу я сквозь стоны, как раз перед тем, как мое тело напрягается, и меня накрывает волной чистого экстаза.

Он не останавливается, и за первым оргазмом следует второй. Мое тело обмякает, но ЖЖ продолжает жадно вылизывать меня.

— ЖЖ, остановись. Я больше не могу, — выдавливаю я сквозь тяжелое дыхание.

Он смотрит на меня грустными глазами:

— Но я хочу пробовать тебя еще.

Я усмехаюсь:

— Я бы тоже этого хотела, но ты только что заставил меня кончить дважды. Теперь моя очередь повеселиться с тобой.

Он смотрит на меня, сморщив лицо, когда я встаю и тяну его за собой. Я толкаю его обратно на диван и заползаю между его колен. Его член гордо торчит вверх. Он выглядит совсем как пенис обычного мужчины, только абсолютно черный, а головка кажется более заостренной, но не настолько, чтобы проткнуть меня.

— Что ты делаешь? — спрашивает он, глядя на меня голодными глазами. Его грудь тяжело вздымается и опускается, и я вижу, что он напуган и одновременно возбужден.

— Теперь я хочу попробовать тебя.

Я наклоняюсь и провожу языком по его члену. Как я и подозревала, он, кажется, покрыт естественной смазкой. На ощупь он как бархат, скрывающий под собой сталь. Он горячий и начинает вибрировать от моего единственного прикосновения. Мне нужно больше — хочу, чтобы он весь оказался у меня во рту.

Его бедра дергаются, и он вскрикивает:

— Это слишком хорошо. Не знаю, смогу ли я это вынести.

— Тебе когда-нибудь девушка делала минет? — спрашиваю я, медленно проводя рукой по всей его внушительной длине, вздрагивая от мощной вибрации.

Он закрывает глаза и сжимает челюсти:

— Минет?

— Девушка когда-нибудь брала твой член в рот?

— Ко мне вообще никто никогда не прикасался подобным образом.

Он девственник. Мысль о том, что я первая девушка, которая доставляет ему такое удовольствие, приводит меня в трепет, но в то же время внутри зарождается осторожность. Наверное, он относится ко всему этому куда серьезнее, чем я. Это лишь подтверждает мои подозрения, что нам нельзя спать по-настоящему. Для бедняги это будет слишком.

— Ты хочешь, чтобы я взяла тебя в рот?

— Да, — он шипит.

Я облизываю головку его члена, на которой уже выступают капельки желтоватой предсеменной жидкости. Мое тело вибрирует, а от его сладкого вкуса кровь тяжелеет.

— Я ведь уже пробовала это раньше, не так ли?

— Я бы остановил тебя, но не хотел выдавать себя, — этот виноватый взгляд на его желтом лице заставляет меня загрустить.

— Нет, мне понравилось. Тебе понравилось смотреть, как я пробую твою сперму? — спрашиваю я, потирая его ствол вверх-вниз, чувствуя, как внутри всё закипает от мысли о том, что он за мной наблюдал.

— Да. Прошу прощения. Не знаю, что на меня нашло.

— Тшш, — успокаиваю я его. — Не извиняйся. Мне это нравится.

Я наклоняюсь и беру кончик его члена в рот. Еще несколько капель падают мне на язык, и я стону от этого вкуса. Моя киска пульсирует, и я гадаю, смогу ли я кончить еще раз просто от того, что пробую его на вкус. Почему у человеческих мужчин сперма не с медовым вкусом, от которого можно кончить? После этого он определенно испортит мне отношение к любому нормальному мужчине. И как мне теперь жить?

Я двигаюсь медленно, опуская губы всё ниже и ниже по его стволу. Он огромный, и моему рту нужно немного времени, чтобы привыкнуть, но к тому же мне не хочется, чтобы он кончал прямо сейчас. Это слишком весело.

Он стонет, когда я использую руку, чтобы ласкать его там, куда мой рот физически не может дотянуться.

Я провожу языком под его стволом, обхватив основание кулаком и двигая головой вверх-вниз. Я продолжаю держать ровный ритм, пока моя рука ныряет к моей истекающей соками киске, и я начинаю ласкать себя пальцами.

Его бедра начинают двигаться активнее, и он несколько раз упирается мне в заднюю стенку горла. Его возросший напор подбрасывает еще один уголек в топку моего желания, и я ускоряю темп: и на его члене, и на своем клиторе.

Его тело напрягается, когда он изливается в меня, и густая, сладкая субстанция обволакивает мой рот. Я продолжаю сосать, желая проглотить всё до последней капли и даже больше. Мое тело вибрирует изнутри, заставляя меня кончить в третий раз. Я просто не могу поверить, насколько