Девушка на выданье - Дороти Элбури

Принц-регент! С расширившимися от ужаса глазами Хелена уставилась на графиню.

— Вы хотите сказать, что собираетесь представить меня его величеству?

Ее светлость подняла одну бровь.

— Конечно, — ответила она спокойно. — Если тебя хоть раз увидят в королевской ложе, это даст тебе признание в обществе больше, чем десяток раутов и ассамблей.

— Я не предполагала войти в королевский круг, — пробормотала Хелена, бросая Ричарду умоляющий взгляд. — Боюсь, что я не сумею вести себя согласно этикету.

— Глупости, девочка! Все будет замечательно! — ответствовала леди Изабель, взмахом веера подзывая одного из стареющих кавалеров подойти и сопровождать ее в банкетный зал для ужина. Она посоветовала Маркфильду поторопиться последовать ее примеру. — Чтобы лучшие из самых дорогих закусок не исчезли со стола до того, как у вас будет возможность их попробовать! — добавила она назидательно.

У Хелены душа ушла в пятки, когда она наблюдала, как старая графиня величественно проследовала через комнату. Она не могла не чувствовать, что события развиваются слишком быстро, намного быстрее, чем она первоначально планировала в попытке уберечь отца от разочарования.

— Постарайтесь не выглядеть такой встревоженной, мисс Витли, — услышала она звучный голос Ричарда рядом с собой. — После того как на днях вы так замечательно противостояли ее светлости, я чувствую, что в ваших руках его величество будет чувствовать себя просто мальчишкой.

— Какая у вас грозная бабушка, — отважилась заметить Хелена с легкой улыбкой.

— Она, конечно, очень старается произвести такое впечатление, — ответил Ричард тоже с улыбкой. — Но я всегда считал, что она больше притворяется, просто мало, кто это понимает.

— Судя по моему небольшому опыту, — кивнула Хелена, глядя на него с вызовом, — очень мало кто понимает.

Ричард слегка зарделся и сказал робко:

— Позвольте мне извиниться за проявление плохих манер сегодня вечером.

Хелена покачала головой:

— Это ни к чему, ваша светлость. Мне стыдно признаться, что я была настолько зачарована неожиданной лестью, что забыла, зачем я здесь.

— Трудно себе представить, что такая лесть для вас в новинку, — заметил Ричард, ухмыльнувшись.

На краткий миг их глаза встретились, и ее дыхание замерло, а время, казалось, остановилось. Ричард первым отвел глаза и, сглотнув слюну, взял себя в руки и предложил присоединиться к остальной группе в банкетном зале.

Хелена не сразу поняла, что происходило в этот момент. Она ощутила странное покалывание во всем теле, а потом ее стала сотрясать легкая дрожь. Прошло несколько мгновений, прежде чем она сумела произнести ответ. Повинуясь внезапному вдохновению, она обернулась к нему и произнесла:

— У меня еще не было возможности поблагодарить вас за цветы, которые вы так любезно прислали мне. Они просто очаровательны и мои любимые к тому же.

Обрадованный тем, что его выбор оказался удачным, Ричард просветлел.

— Я очень рад, мисс Витли. — Он улыбнулся. — Мне показалось, что я узнал ваши духи и послал цветы из нашего имения, где в это время года леса и поля полны первоцветами и фиалками.

К его удивлению, Хелена издала глубокий вздох и сказала с грустью:

— Как я вам завидую!

У Ричарда поднялась бровь.

— Завидуете, мисс Витли? Чему?

— Тому, что вы можете ездить в сельскую местность, когда пожелаете.

Он собирался начать протестовать и объяснить девушке, что большие имения не управляются сами собой. Но затем, решив узнать, чем были вызваны ее слова, спросил:

— Это звучит так, словно вы страстно хотели бы так делать.

— О, конечно хочу! С тех пор как я была ребенком, я уговаривала папу купить собственное имение. К сожалению, он всегда считал, что вполне достаточно два раза в год съездить в деревню дяди Дэниела.

— Но не для вас, как я понимаю? — спросил он, смеясь.

— Абсолютно нет! — воскликнула она. — Нанять коттедж на месяц летом и на две недели на Рождество не значит жить за городом. Мое самое большое желание — это чтобы отец уехал из города в какое-нибудь уединенное место, где он мог бы расслабиться и раз в жизни не слишком усердствовать.

Все еще улыбаясь, Ричард заметил, что даже маленькие имения не управляются сами собой.

— Безусловно, нет, — согласилась она. — Я уверена, что управлять таким имением, как ваше, должно быть, очень трудно.

Он кивнул:

— Мне всегда хотелось заниматься разведением лошадей, но теперь, конечно, об этом не может быть и речи.

— Конный завод! — воскликнула Хелена с энтузиазмом. — Я однажды побывала на одном таком заводе, когда мы жили у дяди около Лэмбурна. Лошади такие прекрасные существа, не правда ли? Подумать только, иметь собственную лошадь!

— Вы любите ездить верхом, как я понимаю? — спросил он, сделав заключение, что Витли, возможно, имели свои конюшни, и, соображая, не стоит ли послать кого-нибудь за чистокровными жеребцами, чтобы пригласить ее покататься верхом.

— Очень! И езжу всегда, как только у меня бывает возможность, — ответила она с пылом. — Но, к сожалению, только на взятых напрокат лошадях. И поскольку моя кузина еще новичок, мы редко отваживаемся ездить дальше, чем до Грин-парка.

— Не до Роу?

Она грустно покачала головой:

— Джейсон иногда позволял мне сопровождать его туда, когда я была еще девочкой, но после его смерти мне редко предоставлялась такая возможность. — Она сделала паузу, а затем, повинуясь внезапному импульсу, нежно коснулась руки Ричарда и пробормотала: — Поверьте, милорд, я понимаю, что значит потерять близкого человека.

При ее прикосновении он как будто почувствовал удар током и на мгновение не нашелся что ответить. Решив, что ее жест оскорбил графа, Хелена начала убирать руку, но в этот момент его рука сжала ее пальцы теплым, но твердым рукопожатием.

— Я знаю, что вы понимаете, моя дорогая, — произнес он хрипло. — И если вы любили вашего брата так, как я любил Саймона, то поймете, почему я должен сделать все возможное, чтобы восстановить Маркфильд-Холл. Этот дом принадлежал нашей семье несколько поколений — в нем мы вместе играли, вместе росли. Здесь сконцентрированы все мои воспоминания о Саймоне. Я не могу позволить ему разрушиться.

Хелена подняла на него умоляющие глаза.

— В таком случае вы должны подписать контракт моего отца, — услышала она собственный тихий голос. — Я знаю, что он будет счастлив помочь вам…

Ричард отпустил ее руку и отступил от нее, словно она его ударила. Его губы скривились, и гримаса боли исказила лицо.

— В настоящий момент это не решение вопроса, — ответил он резко. Затем заставил свои губы изобразить подобие улыбки и добавил небрежно: