Тайны одинокого сердца - Рей Морган

Застонав, он отвернулся.

— Изабелла, я понял, что ты хотела сказать. Мне не нужно так все разжевывать.

— Нужно. — Ее глаза неистово сверкнули. — Я хочу, чтобы ты понял — это очень важно. Для моего отца это вся жизнь.

— И для тебя.

— Для меня? — Плотно сжав губы, Изабелла задумалась.

Слова Макса удивили ее, но еще больше ее удивило то, что он, возможно, прав.

Долгие годы ее раздражало, что она единственная, кто остался дома и помогал отцу в ресторане, в то время как ее братья ищут приключений в чужих краях, а кузины посещают такие страны, как Англия и Австралия. Иногда это казалось Изабелле несправедливым. Временами она представляла себе, как оставляет на подушке записку, ускользает из дома ночью и отправляется на поезде в Рим, а оттуда летит в Сингапур, Бразилию или даже Нью-Йорк. Затем встречает в лифте красивого незнакомца, и они разговаривают за столиком в баре отеля. Потом гуляют под дождем по улицам города. Все эти сцены были взяты из романтических мелодрам. То, что в юности ее обнадеживало, со временем стало вызывать лишь легкую грусть. Сейчас даже этого не осталось. Изабелла была слишком занята проблемами ресторана, и ей было некогда мечтать. Возможно, Макс прав, и для нее ресторан тоже смысл всей жизни.

— Возможно, — тихо произнесла девушка, посмотрев на Макса. Его взгляд, как всегда, был холодным и бесстрастным. В ее арсенале осталось последнее оружие. Поднявшись, она быстро пошла на кухню и достала из холодильника тирамису. Порывшись в ящичках, она нашла свечу, воткнула ее в пирожное и зажгла. Изобразив на лице веселую улыбку, она вернулась в столовую, напевая «Tanti auguri a te».

Остановившись рядом с Максом, она поставила перед ним тарелку и добавила:

— Buon compleanno!

Принц рассмеялся:

— Откуда ты узнала, что у меня сегодня день рождения?

Она пожала плечами:

— Ты сам мне сказал.

Он нахмурился:

— Когда?

— Это было первое, что ты произнес, когда вошел в кухню, ожидая увидеть там Ренцо.

— Да, точно.

— Загадай желание и задуй свечу, — сказала Изабелла.

Он печально улыбнулся:

— Чего мне пожелать?

Изабелла покачала головой:

— Это твое желание. Только не говори мне, иначе оно не сбудется.

Он с вызовом посмотрел на нее:

— Хорошо. Я знаю, что пожелаю.

Изабелла знала — он шутит, и все-таки на несколько секунд в воздухе между ними повисло напряжение. Чувствуя, что краснеет, Изабелла отвернулась и закусила губу.

— Ну давай же, задуй ее. Я не буду смотреть.

— Почему? — Задув свечу, он взял вилку. — Все могут смотреть. Это не такое уж важное событие.

Он отломил вилкой кусочек пирожного, но вместо того, чтобы его съесть, подождал, пока Изабелла повернется, и поднес вилку к ее губам.

— Эй! — рассмеялась она, прожевав пирожное. — Это же для тебя. Я съела достаточно, пока готовила.

Макс изумленно на нее уставился. Тирамису с нежным бисквитом и слоями воздушного крема, посыпанное какао, являлось настоящим произведением кондитерского искусства. Для него всегда было загадкой, как такое вообще можно приготовить. Похоже, эта женщина обладает множеством талантов.

— Ты сама его сделала?

Изабелла кивнула. Да, сама, думая при этом о Максе.

— Ты приготовила специально для меня восхитительную пасту и десерт. — Его глаза блестели, а голос был таким тихим, что она едва его слышала. Что я могу сделать для тебя взамен, Изабелла?

— Ты знаешь, чего я хочу, — произнесла она мягким тоном.

Макс долго смотрел на нее, и она увидела промелькнувшее в его глазах сожаление. Затем он опустил голову и начал молча есть десерт. Закончив, он наконец сказал:

— Спасибо. Я оценил твои старания.

Изабелла напряглась в ожидании. Он собирается пойти на уступку? Позволить ей набрать базилика? Ее сердце учащенно забилось.

Она ждала, но Максу, похоже, больше нечего было сказать. Тогда она вздохнула и, поднявшись, начала собирать грязную посуду.

— Думаю, мне лучше поскорее навести здесь порядок. — У нее возникли сомнения относительно того, что она смогла его убедить. — Должно быть, вечером сюда придут гости праздновать твой день рождения.

Макс нахмурился:

— У меня не бывает гостей. Никогда. Думал, ты уже это поняла.

Изабелла пристально на него посмотрела:

— Тебя никто не навещает?

— Никто.

В ее взгляде читалось недоумение.

— Почему?

Вздохнув, он бросил на стол салфетку и отрывисто произнес:

— Это же очевидно.

Изабелла снова опустилась на стул. Она думала, что причиной его затворничества была утрата любимой жены, но, видимо, все гораздо серьезнее.

— Хочешь сказать, это из-за твоего лица?

Его молчание подтвердило ее подозрения.

— Но… — Она внезапно осеклась, не понимая его мотивов. — Зачем позволять подобным вещам портить тебе жизнь? Ты нуждаешься в людях, которые находятся вокруг тебя. Тебе нужна…

Она остановилась, пока не сказала что-нибудь, о чем потом пожалела бы. Он нуждался в любви. В женщине, которая заботилась бы о нем и делала бы его счастливым.

Но разве у нее есть моральное право говорить ему подобные вещи? Разумеется, нет. Особенно потому, что она сама нуждается в мужчине и за долгие годы не смогла устранить эту маленькую проблему. В отличие от него у нее даже нет оправданий. Кто она такая, чтобы говорить о любви?

Тем не менее она не собиралась оставлять эту тему.

— Будь я как ты, — произнесла она, указывая на свой подбитый глаз, — я бы спряталась, и ресторан пришлось бы закрыть недели на две.

Мягко улыбнувшись, он с сочувствием посмотрел на ее синяк:

— Каким образом отреагировали на это посетители ресторана?

— По-разному, — ответила она. — Одни таращились на меня как на диковинку, другие шептались за моей спиной, третьи поспешно отводили взгляд, будто думали, что меня избили и я не хочу, чтобы на меня обращали лишнее внимание.

Вспомнив свои собственные вылазки во внешний мир, Макс понимающе кивнул.

— Дети на улице смеялись надо мной, — продолжила она, откинув назад волосы. — Но мне все равно. Это их проблемы.

— Наши ситуации нельзя сравнивать, — сказал он.

Она покачала головой:

— Почему? В их основе лежит одно и то же.

Макс нахмурился. Ее упорство начинало его раздражать.