Ключи от рая - Линси Сэндс

— Я и сам не знал, что женюсь.

— Она сказала то же самое. Как же так получилось? Дункан пожал плечами:

— Английский король послал своего человека спросить, не соглашусь ли я жениться. И я ответил, что соглашусь, если он поможет исправить положение, в которое попала Шинейд.

— И это все? — удивился Айан.

— Нет. Еще за нее дали довольно щедрое приданое. Айан ухмыльнулся.

— И насколько щедрое?

— Если бы знал, что мне такую жену подсунут, запросил бы больше, — недовольно отозвался Дункан.

— Ого! Ты женат всего несколько дней и уже недоволен?

— Угу…

— Но почему? Чем она не угодила тебе?

— Элайна взялась наводить в замке порядок.

Айан улыбнулся.

— И меня заставляет мыться, — добавил Дункан.

Айан покатился со смеху.

— Прости, дружище, но должен признать, что от тебя и в самом деле немного воняет. Если бы тебе сейчас вздумалось поохотиться, все звери разбежались бы.

— Сейчас июнь, — возразил Дункан, — а от меня в июне всегда так пахнет.

— Я-то знаю, но, может, для твоей жены это новость. — Айан с любопытством взглянул на друга. — Я слышал, как твоя жена рассказывала моей маме, будто ее выдали замуж, чтобы спасти от отчима.

— Ага. Потому-то король и искал жениха, который жил бы подальше от ее дома в Англии, и посулил такое щедрое приданое.

— Похоже, твоя жена — смелая женщина.

— Не смелая, а глупая. Иначе не стала бы разъезжать одна по стране, о которой ничего не знает.

— Это верно, но, когда мы остановили ее, она совсем не испугалась. Просто представилась и рассказала, почему заехала на нашу землю.

— Значит, у нее даже не хватило ума испугаться, — бросил Дункан, однако сам усомнился в своих словах.

Элайна оказалась не такой, какой он представлял ее себе. Холодная, надменная особа не помчалась бы вдогонку за торговцем специями, да еще одна-одинешенька, к тому же по незнакомой местности. Должно быть, у Элайны есть для него в запасе, помимо дурацкого пояса верности, еще несколько сюрпризов.

— Что-то не так, леди Данбар?

Элайна молча смотрела на снующих по залу слуг. Эйдина Макиннес вопросительно взглянула на мужа, но тот лишь пожал плечами.

Нахмурившись, Эйдина снова окликнула гостью:

— Леди Данбар! Леди Данбар!

Сообразив наконец, что обращаются к ней, Элайна откликнулась:

— Так вы зовете меня? Ну конечно! Простите, просто я не привыкла к своему новому имени. — Девушка покраснела. — На самом деле ко мне впервые так обращаются.

Леди Макиннес улыбнулась:

— Да, новое имя всегда кажется странным и непривычным.

— Верно.

— Может, называть вас по имени?

— Это было бы чудесно.

— А меня зовут Эйдина, а моего мужа Роберт, — сказала леди Макиннес. — Вижу, вы внимательно рассматриваете наших слуг… Элайна. Что-то не так?

— Нет-нет. Мне очень нравится, что они так опрятно одеты.

Взгляд Элайны снова скользнул по безупречно чистым пледам слуг.

— А… — понимающе кивнула леди Макиннес. — Наверное, удивляетесь, почему ваши слуги не так хорошо одеты?

— Да.

— Уж поверьте мне, моя дорогая, это не от бедности, — заявил Роберт Макиннес. — Ваш муж — человек богатый, хотя это держится в строжайшем секрете. Он владеет стадами овец, а из их шерсти шьют пледы. За это Дункан выручает кругленькую сумму. Пледы Данбаров считаются лучшими в Шотландии.

— Тогда почему они все так плохо одеты? Эйдина Макиннес вздохнула:

— О шотландцах ходят самые разнообразные легенды. Может, вы слышали кое-какие из них, до того как приехали сюда?

Элайна и в самом деле кое-что слышала, однако рассказы о шотландцах не делали им чести. Поэтому, решив не вдаваться в подробности, девушка лишь кивнула.

— Так вот, одна из легенд гласит, что шотландцы… гм… несколько жадноваты. — Эйдина Макиннес усмехнулась. — Но это неправда.

— Что касается Дункана — правда, — весело возразил лорд Макиннес.

— Ну что ты говоришь! Просто он очень экономный.

— Ха-ха-ха! Не волнуйся, жена. Дункан — мой друг, и он согласился бы с моими словами. Вот поэтому Дункан так богат. Наверняка припрятал где-то целую кучу денег. Пледы, изготовленные в Данбаре, в холодную зиму вмиг расходятся. Даже мы их у него покупаем.

— А еще он за деньги оказывает помощь, — добавила Эйдина.

— Что это значит? — удивилась Элайна.

— У Данбаров самые лучшие воины в округе, — пояснил Роберт. — А женщины их чертовски плодовиты. Вот Дункан и одалживает своих людей тем соседям, которым нужна защита, за определенную мзду. И выручает неплохие деньги, доложу я вам.

Элайна пыталась осмыслить услышанное. Ее поразило не столько то, что Дункан направляет своих людей для защиты соседских замков, сколько то, что в Данбаре шьют пледы.

— Но если его люди изготавливают самые лучшие пледы в округе, почему они сами носят…

Лорд Макиннес взмахнул рукой.

— Потому что они продают все, детка. Дункан выдает своим людям по пледу только на Новый год, а остальные идут на продажу.

— Понятно. — Элайна нахмурилась. Эйдина решила переменить тему разговора:

— Я хотела бы принять вас, как положено, детка. Может, вы с Дунканом окажете нам честь и останетесь поужинать?

— Но Дункан не приедет. Эйдина улыбнулась:

— Уверена, что приедет. Вряд ли он захочет, чтобы его жена разъезжала по незнакомой стране одна.

— Ведь он даже не знает, что я здесь.

Это признание рассмешило пожилую женщину. Наклонившись к Элайне, она ласково проговорила:

— Дорогая моя, у нас в Шотландии все тайное очень скоро становится явным.

В этот момент входная дверь распахнулась.

Элайна обернулась и увидела, что в зал вошел Дункан. С первого взгляда она заметила, что он очень сердит, точнее — в ярости. Казалось, ему хотелось поскорее остаться наедине с женой и высказать ей все, что он о ней думает. Элайна испугалась.

Обратившись к леди Макиннес, она пробормотала:

— Если ваше предложение остается в силе, мы с мужем охотно отужинали бы с вами.

Произнеся эти слова, Элайна поняла, что совершила большую ошибку. Она почти физически ощутила, как ярость, клокотавшая в Дункане, усилилась.

Когда он и Айан сели за стол, где уже расположились Элайна и супруги Макиннес, девушка пожалела о том, что приняла предложение. Вздохнув, она выслушала рассказ Айана о том, почему Дункан женился на ней. О том, что этот брак должен был защитить от бед Элайну и ее мать, Макиннесы уже знали. Элайна сама поведала им об этом. Не назвала она им лишь сумму приданого, обещанного за нее королем, поскольку сама о ней не знала.