Созданы друг для друга - Шерил Кушнер

— Мне отменить праздник, назначенный на следующее воскресенье?

— Я хочу отпраздновать свой день рождения! — завопила Эми.

— Как только пятна пройдут, она перестанет быть заразной, — сказал Эрик. — Несколько дней она может чувствовать себя плохо, но ожидание праздника должно ее поддержать.

Он попрощался и ушел.

А вот Ник не собирался никуда уходить.

— Если ничего не изменится, — заявил он, — мы будем дежурить по очереди.

— Я хочу пить, — потребовала Эми.

— Сначала подежуришь ты, — предложила Делайла Нику.

Однако больная девочка капризничала и звала то ее, то Ника. Эми захотела пить, потом есть, но, когда просьба выполнялась, девочка отказывалась от того, что просила. Она потребовала, чтобы ей почитали, но не мама, а Ник. Потом она пожаловалась, что Ник читает слишком быстро и она не успевает посмотреть картинки, поэтому книгу пришлось читать Делайле. Дважды.

Наконец она прошла к себе в спальню и легла, надеясь, что сможет отдохнуть хоть несколько минут.

Ее разбудил стук в дверь.

— Пора обедать.

— Приготовь себе что-нибудь, — сердито отозвалась Делайла.

— Блинчики с овощами, — объявил Ник, открывая дверь. — Тушеные биточки, курица. Блюдо под названием «восхитительная лапша».

Делайла удивленно села на постели.

— Наверное, Эми попросила тебя заказать это. Я спущусь через несколько минут.

— Не торопись, но и не опаздывай. Я купил дюжину тушеных биточков и уже успел съесть три из них.

Делайла переоделась в чистую футболку и быстро провела щеткой по волосам.

Войдя в столовую, она мысленно благословила упрямство и настойчивость Ника. В стеклянной вазе стояли свежесрезанные цветы. На столе ожидали два прибора. Из кухни донесся шум. Тут же появился Ник с двумя бокалами на длинных ножках и бутылкой шампанского.

— Что мы празднуем? — поинтересовалась Делайла, беря бокал.

— Первый день выживания, — ответил он и чокнулся с ней. — Ты уверена, что здесь только одна больная девочка? Или Эми клонировалась десять раз?

Делайла улыбнулась:

— Эми — девочка изобретательная. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что она запросто может удвоить свои требования. — Она пригубила шампанское. — Очень мило с твоей стороны, Ник. Спасибо.

— Пожалуйста. Из компетентных источников мне стало известно, что к «восхитительной лапше» подходит только шампанское. — Делайла вопросительно подняла бровь. — Когда я спросил Эми, чего еще ты могла бы захотеть, она сказала, что надо дать тебе напиток с пузырьками, который щекочет, и это тебя развеселит.

— Вот молодец, и откуда она это взяла! — Делайла опустилась на стул, который подвинул ей Ник.

Ник поставил на стол китайскую еду.

— Тебе достанется три тушеных биточка.

— По-моему, ты заказал дюжину.

— К тому времени, как ты спустилась, их осталось шесть.

Он сел напротив нее.

Делайла положила себе «восхитительной лапши».

— Ты нравишься Эми. — Она старалась говорить спокойно. — Ты умеешь с ней обращаться, ты ей подходишь.

— По-моему, ты говоришь об этом с удивлением.

— Так и есть. — Делайла нахмурилась. — Извини, я совсем не то хотела сказать.

По взгляду Ника Делайла догадалась, что он прочитал ее мысли. Он положил ей еще один блинчик с овощами.

— Ничего. Я и сам порядком удивлен.

— Я не ожидала, что ты будешь с ней таким терпеливым.

Ник пожал плечами:

— Своим поведением Эми напоминает мне адвоката противной стороны. Она действует и реагирует. Таким образом можно получить преимущество. С Эми легко ладить. Я не знаю, от кого из родителей она могла унаследовать эту черту. Бринна всегда была непредсказуемой. Да и у меня часто меняется настроение, особенно если меня провоцировать.

— Думаю, и я приняла участие в этих провокациях.

Он усмехнулся:

— Сегодня у нас такой замечательный вечер. Давай не будем портить его разговорами о генетике и тестах на ДНК.

Делайла отодвинула тарелку. Упоминание о тесте на ДНК лишило ее аппетита.

— Но нам и правда не о чем больше говорить.

— Делайла… — В голосе Ника послышалась насмешка. — Ты знаешь, что это не так. Мне не приснилось то, что произошло между нами прошлым вечером.

— Ничего не произошло.

— Ты помнишь, как я тебя целовал. А ты отвечала мне.

— Я пойду посмотрю, как там Эми. Не трогай посуду, я потом уберу.

Слова Ника продолжали звучать в голове Делайлы. Он прав. Она действительно отвечала на его поцелуи. Много раз. И еще она провела всю ночь в мечтах о нем. Она открыла дверь в комнату Эми. Девочка спала, хотя и беспокойно. Делайла потрогала лоб Эми, поправила ей одеяло и вернулась в столовую. Ник загружал посудомоечную машину всем, кроме фарфора, который он уже успел вымыть, вытереть и поставить на место.

— Иди посиди на улице. Я почти закончил.

Делайла слишком устала, чтобы спорить с ним. Все, чего ей хотелось, так это забраться в постель и забыть обо всем на свете. И еще — вернуться к прежней жизни, которая у нее была до появления в ней Ника Чамберса.

Она последовала совету Ника. Минут через пятнадцать, удивляясь, что он не присоединился к ней, Делайла отправилась его искать. И нашла сидящим в кресле-качалке в спальне Эми. Он держал девочку на коленях, в руке у него была книга. Оба крепко спали. Делайла осторожно взяла Эми и уложила ее в постель. Она не решилась будить Ника и отправлять его в гостиницу.

Укрыв Ника одеялом, Делайла нежно поцеловала его в висок.

* * *

Неделя пролетела очень быстро. В субботу утром Делайлу, спавшую беспокойным сном, разбудил телефонный звонок, но глаза она открыла и приподнялась в постели, только когда услышала звук хлопнувшей двери. И тут же снова рухнула в подушки, как будто кто-то ударил ее, отобрав все силы.

Ее лоб покрылся бисеринками пота. В горле першило, а руки были холодными и влажными на ощупь.

Она не могла заболеть! Не могла подхватить ветрянку! Нет, нет, не сегодня! Делайла оторвала голову от подушек и ощутила приступ тошноты. Комната закружилась у нее перед глазами, заставив ее закрыть глаза и лечь. Она повернулась к часам, стоявшим на ночном столике, и открыла один глаз. Не может быть, чтобы было два часа!

Ей нужно прибраться в доме, испечь и украсить именинный торт, да еще сделать кучу всего! А она не могла оторвать голову от подушки — как только она это делала, комната начинала кружиться у нее перед глазами.