Медовый месяц - Ирина Лобановская

Но это было далеко не все. Да, Володя знал многое, однако все-таки не подозревал, что Варя вообще живет не рядом с ним, а в своем выдуманном туманном мире, находящемся где-то в Скандинавии, в ее любимой и единственной стране — Швеции… Именно там ее жизнь, ее счастье, ее надежды… Почему именно там? Варя не задумывалась над этим. Просто когда-то давно в ее детское воображение запал рассказ отца об их далеком предке. И Варя поняла, что она — нездешняя. Она — от другой земли, от иных истоков, и ей необходимо туда вернуться. Это стало единственным смыслом ее жизни, одной целью, а все остальное казалось временным, не важным и случайным.

Так они и жили рядом. Володя — с Варварой, а она — в далекой Швеции, которую изучала постоянно и знала уже даже лучше, чем Россию.

— Варюша, — постучал вдруг в дверь дядя Витя, — а ты не хочешь, пока твой муженек лазает по горам, прийти ко мне в санаторий? Сама своими глазами эту колею увидишь… А может, еще что другое таинственное приметишь…

Варя радостно встрепенулась:

— Ой, а можно? Я сейчас!

— Отчего же нельзя? — отозвался из-за двери дядя Витя. — Я сегодня не с утра, а в ночь заступаю. Сменщик приболел. Так что часиков в девять и приходи. Еще не темно. А дорогу я тебе сейчас расскажу, как завтракать придешь…

Ровно в девять вечера счастливая Варя, трепещущая в предвкушении чуда, явилась пред светлые старческие очи охранника дяди Вити. В каморке рядом с ним сидел какой-то высокий молодой остроносый и остроглазый блондин и чему-то громко увлеченно смеялся.

— Я помешала?.. — неуверенно пробормотала Варя.

— Да что ты, Варюша! Как ты могла помешать, когда я сам тебя приглашал? — удивленно махнул рукой дядя Витя. — Сейчас втроем на экскурсию вокруг корпусов и отправимся. А это вот, познакомься, Александр. Фамилия у тебя, голубчик, очень сложная. Как же это? Фон…

— Готтард! — весело подсказал блондин, демонстрируя симпатичный акцент.

Дядя Витя кивнул.

— Никак не могу запомнить! Алекс из Стокгольма. Отдыхает здесь у нас в санатории. Русский разучивает. У него в России есть далекие родственники.

Варя почувствовала, как у нее слабеют колени. Блондин с акцентом — настоящий швед…

— Я изучай здесь русский! — радостно и оживленно подтвердил Алекс. — Я есть студент Стокгольм. Быть юрист. А вы есть Варьюша? Да?

Она всегда была уверена, что ее имя — нелепое, некрасивое и чересчур редкое. Даже иногда укоряла родителей. Что за дурацкие фантазии вовсе не мечтательных людей? Но сейчас ее имя прозвучало так необычно, как никакое другое… И ей захотелось услышать его снова.

— Вообще-то меня зовут Варя, Варвара, — поправила она. — Варюша — это ласково. Дядя Витя любит так меня называть…

Блондин призадумался. Очевидно, далеко не все понял из Вариного объяснения. Тогда Варя перешла на английский и в два счета все растолковала. Швед просиял и тоже заговорил по-английски.

— Откуда вы так хорошо знаете язык? — спросил он.

И Варя, теперь уже на его родном языке, пояснила, что заканчивает Институт иностранных языков, что ее далекий предок приехал в Россию из Швеции и что ее девичья фамилия — Паульсен…

Дядя Витя с большим интересом вслушивался в бойкий диалог на заморском языке и удивленно покачивал головой.

Швед был в восторге. Он не думал не гадал встретить в Ялте свою почти соотечественницу. Но отвечать на ее вопросы не собирался. «Каким образом этот таинственный Алекс попал в Советский Союз, да еще вдобавок якобы отдыхает здесь? — думала Варя. — Иностранцы приезжают сюда только группами, делегациями, а вот так, поодиночке… Здесь что-то не так… Непонятно, почему дядя Витя ничего подобного не замечает». Но Варя постаралась тотчас отбросить подозрительные мысли. Ей нравился блондин с ясными глазами, и она решила вместе с ним отправиться осматривать траву вокруг зданий санатория.

Дядя Витя важно шествовал впереди и давал пояснения. Варя бегло переводила. Где не хватало шведского, в ход шли английский и немецкий.

Колея примятой травы всех поразила.

— Это фантастика! — весело повторял швед.

— Да, странно, — бормотала Варя. — Какая-то загадка…

— Варьюша, я думаю, здесь побывали марсиане, — серьезно провозгласил Алекс по-английски. — Но они не успели оставить после себя вежливую надпись, как я читал на крымских горах: «Здесь были марсиане!» Они не знали, что у вас так принято. Но в следующий раз пришельцы обязательно исправят свою ошибку. И даже подбросят в этот сад кусочек от какого-нибудь научного прибора с оттиском «Сделано на Марсе»!

— Ты шутник! — засмеялась Варя и перевела все это дяде Вите.

— Варьюша, — неожиданно очень серьезно ответил Алекс, — жизнь так коротка и сложна, что наилучший способ ее прожить — шутить и смеяться.

— А сколько тебе лет? — спросила Варя, удивившись его зрелой не по возрасту мудрости.

— Двадцать, — отозвался Алекс.

Варя была постарше, но ей не хотелось в этом признаваться.

— И у тебя здесь родственники?

— Очень дальние. Как это по-русски?.. Седьмая вода на киселе… Они живут в Ленинграде.

Его история опять показалась Варе неправдоподобной и неестественной, но больше она выяснять ничего не стала. Почти до утра Варя вместе с Алексом бродила по загадочной, сказочной территории погруженного в крепкий сон санатория, а дядя Витя с умилением наблюдал за ними из окошка своей каморки. Чему он так радовался, осталось невыясненным. Ведь у Вари имелся муж, и кому, как не дяде Вите, знать об этом?..

Прощаясь утром, Алекс внезапно наклонился и поцеловал Варю прямо в губы. Это был поцелуй жадного, голодного человека, который требовал откровенного ответа, прямо-таки настаивал на нем.

Варя растерялась.

— Я замужем… — прошептала она. — И приехала провести здесь с мужем медовый месяц… Хотя свадьба у нас была уже полгода назад. Просто так сложилось…

Выражения «медовый месяц» швед не понял. Варя объяснила.

— А-а, вот оно что! — засмеялся Алекс. — У русских интересные и непонятные представления о жизни. Например, почему он «медовый»? Мне кажется, в самом начале семейной жизни люди только начинают привыкать друг к другу, учатся друг друга понимать и оценивать… И в постели тоже. Это все не так просто. До меда ли тут?..

Алекс был разумен не по годам. Или нарочно уменьшил свой возраст? Выглядел он действительно очень молодо.

— А кто у тебя родители? — попыталась Варя увести разговор в сторону от скользкой темы.

Алекс с досадой махнул рукой:

— Не хитри и не виляй! При чем тут мои родители? Мама — домохозяйка, отец — торговец машинами. У нас очень обеспеченная семья. И я — единственный сын и наследник. Так вот этот ваш медовый месяц… Мне хотелось бы понять его суть… И я надеюсь, ты мне объяснишь все на практике.