Маэстро, музыку! - Вера и Марина Воробей

– Ну и как прошел концерт?

– Замечательно! – Он снова улыбнулся Черепашке.

Они вошли в какой-то двор. На детской площадке играли дети, на лавочках около подъезда сидели старушки и о чем-то оживленно разговаривали. «Странно, – подумала Черепашка. – Все как в нашем московском дворе, а вместе с тем совсем по-другому».

– Вот наш подъезд, – перебил Люсины мысли Влади.

Они поднялись на лифте на третий этаж, и Влади позвонил в одну из дверей.

– Не волнуйся. – Он слегка сжал ее пальцы в своей ладони.

– Я не волнуюсь, – соврала Люся.

За дверью женский голос спросил:

– Кто там?

– Свои, – ответил Влади и улыбнулся.

Тут же щелкнул замок, и дверь открылась. Женщина, стоявшая на пороге, кинулась к Влади.

– Сыночек, родной! – приговаривала она, звонко целуя Влади то в одну щеку, то в другую. – Наконец-то приехал. Ой, а ты, наверное, Люсенька? – Женщина повернулась к Черепашке.

– Да, – ответила Люся.

– А я Зоя Михайловна, – улыбнулась женщина. – Ой, да что же мы на пороге-то стоим?! – Зоя Михайловна всплеснула руками и поспешно закрыла входную дверь. – Раздевайтесь, проходите, у меня уже все готово, все горяченькое, только с плиты сняла, – тараторила Зоя Михайловна.

– Мам, мы есть-то не очень хотим, – сказал Влади и посмотрел на Люсю.

– Да, мы в поезде завтракали, – подтвердила Черепашка.

– Ну, здрасте! Я готовила, готовила… Нет, ребята, надо поесть! – Зоя Михайловна строго посмотрела на Влади.

– Ну, ладно, только немножко, – неуверенно пожал плечами он.

– Может пойдем погуляем? – спросил Влади у Черепашки, когда они уже пили чай.

– Да успеется еще, – вмешалась в разговор Зоя Михайловна. – Посидите. Сейчас отдохнем, телевизор посмотрим. А завтра утречком сходите куда-нибудь!

– Ну ладно, – согласился Влади.

– Вот и хорошо, – улыбнулась Зоя Михайловна. – Может, чайку еще? – Она посмотрела на пустую чашку Черепашки.

– Нет, спасибо. – Люся отрицательно покачала головой.

И Зоя Михайловна принялась расспрашивать Влади о ребятах из его группы, о каких-то людях, имена которых Люся слышала впервые. Иногда Зоя Михайловна о чем-нибудь спрашивала и Черепашку. Она охотно и подробно отвечала, рассказывая про свою жизнь, про работу. Люся сама не заметила, как за окном потемнело и Зоя Михайловна включила свет.

– Видишь, как тут рано темнеет, – сказал Влади Черепашке. Она вместо ответа посмотрела на часы: они показали только семь часов.

– Да, – сказала Люся.

– Сейчас такой фильм хороший будут показывать… Пойдемте посмотрим, – предложила Зоя Михайловна и, не дождавшись ответа, куда-то удалилась.

– Пойдем. – Влади взял Черепашку за руку, и они пошли вслед за Зоей Михайловной.

– Ну, давайте спать, – сказала Зоя Михайловна, когда фильм закончился. – Ты, Люсенька, ляжешь во Владиной комнате, а мы с ним в большой. Хорошо?

– Да, конечно, – согласилась Черепашка.

– Утром сходим в «Плевен». Это парк. Там очень красиво, – предложил Влади.

– Можете в город съездить, там тоже хорошо, – подключилась Зоя Михайловна.

– Обязательно. Мы побываем везде, – улыбнулся Влади и нежно сжал Люсины пальцы в своей ладони. От этого Черепашке стало очень хорошо и уютно, и она на миг поверила, что они действительно смогут побывать везде…

Черепашка пожелала Зое Михайловне спокойной ночи и пошла за Влади.

– Вот устраивайся тут. – Влади распахнул дверь своей комнаты.

– У тебя тут хорошо. – Люся окинула взглядом стены, увешанные плакатами, комод, на котором стоял музыкальный центр, кровать… Несмотря на то что в комнате ничего примечательного не было, она действительно была очень чистой и уютной.

– Ну, ладно, не буду тебе мешать, ты устала, наверное.

– Ты мне не мешаешь, – сказала Люся и улыбнулась.

– Я все равно пойду, спать хочется. – Влади взял Черепашку за обе руки и поцеловал в щеку. – Спокойной ночи. – Уже в дверях он помахал ей рукой и прикрыл за собой дверь.

Люся разделась, легла на мягкую кровать и сразу же заснула. Ей снился Женя. В этом сне он опять залез на крышу и угрожал покончить с жизнью, если к нему не приедет виджей Черепашка. Люся слышала его и видела его взгляд, отчаянный и молящий о чем-то. Она побежала к Жене, но чем быстрей она бежала, тем быстрей он отдалялся. Люся поняла, что при всем желании не сможет ему помочь.

Черепашка проснулась в холодном поту. В комнате уже было светло. «Что же я делаю? – подумала она. – Я здесь с Влади, а Женька один там. Мне хорошо, а ему плохо. Он же правда может… О господи… Нет, я не могу тут больше оставаться». Черепашка встала и быстро оделась. Достав из рюкзака записную книжку, вырвала листок. «Влади, извини меня, я уехала в Москву», – написала Люся и тут же, скомкав листок, бросила его в рюкзак вместе с блокнотом. «Не надо никаких записок, маме он звонить не будет… Вот в Москве я все ему объясню. Надо скорее ехать».

Черепашка даже не пошла в ванную. Она быстро обулась, взяла свою сумку и, стараясь действовать бесшумно, открыла входную дверь. На вокзале она купила билет на проходящий поезд в Москву. Люсе хватило тех денег, которые дала ей мама на карманные расходы. Поезд пришлось ждать три часа. Все это время Черепашка просидела в зале ожидания. Через двадцать часов она уже была в Москве.