Герои - моя слабость - Сьюзен Элизабет Филлипс

Понимая, что другого случая осмотреть жилище дьявола может и не представиться, Энни заглянула в другие шкафы. Там не нашлось ничего интересного. Несколько консервных банок, целая упаковка газированной минеральной воды, большой пакет отменного кофе в зернах и бутылка дорогого шотландского виски. Взгляд Энни скользнул по фруктам в вазе на столе, и в голове ее тотчас зазвучал вкрадчивый голос злой королевы-мачехи: «Съешь яблочко, моя красавица…»

Поспешно отвернувшись, она направилась к холодильнику. Там обнаружилась бутылка с кроваво-красным томатным соком, кусок твердого сыра, пряные маслины и непочатые баночки с каким-то омерзительным на вид паштетом. Энни передернуло от отвращения. Неудивительно, что Тео нравится есть требуху.

Морозилка оказалась пуста, а в ящиках для овощей лежали морковь и редиска. Энни обвела глазами кухню. А где же суррогаты, где фастфуд? Где сухие тортильи и коробки с мороженым? Где гигантские запасы картофельных чипсов и штабеля банок с арахисовым маслом? Ничего соленого и хрустящего. Никаких шоколадок, конфет, леденцов. Это место хотя и не походило на кухню в Харп-Хаусе, наводило жуть ничуть не меньше.

Энни схватила чистящее средство и вдруг задумалась. Кажется, она где-то читала, что проводить уборку следует «сверху вниз».

«Никто не любит проныр, всюду сующих свой нос», – назидательным тоном заметила Пышка.

– Можно подумать, у тебя нет недостатков, – огрызнулась Энни.

«Тщеславие вовсе не изъян, – с достоинством возразила Пышка. – Это особое искусство».

Да, Энни одолевало любопытство, и она собиралась дать ему волю. Пользуясь отсутствием Тео, она решила осмотреть его берлогу и узнать, что он там прячет.

Энни поднялась на второй этаж, не обращая внимания на ноющие с непривычки икры. Она знала: довольно вытянуть шею, чтобы увидеть закрытую дверь, ведущую на мансарду, где Тео писал свой новый садистский роман. А может, и расчленял трупы своих жертв.

Дверь спальни оказалась открыта. Энни заглянула в комнату. Если не считать джинсов и спортивной куртки, брошенных поверх небрежно застланной кровати, все здесь выглядело точно так же, как при жизни матери Эллиотта. Грязно-белые стены, затканные розами занавески, низенькое малиновое кресло в паре с круглым мягким пуфиком и широкая двуспальная кровать под бежевым покрывалом. Тео не сделал ровно ничего, чтобы хоть немного обжить башню, превратить ее в собственный дом.

Энни вернулась в маленький холл и, помедлив всего мгновение, преодолела короткий лестничный марш из шести ступенек, ведущий на запретный третий этаж. Потом толкнула дверь.

Она шагнула в пятиугольную комнату с узкими стрельчатыми окнами и высоким потолком, которым служила здесь сама крыша. В отличие от остальных комнат, где царило запустение, мансарда казалась обжитой, это чувствовалось во всем. На угловом столе высилась гора бумаг, валялись пустые коробочки из-под компакт-дисков, пара блокнотов и наушники, рядом стоял компьютер. Противоположную стену занимал черный металлический стеллаж со всевозможной электроникой, включая музыкальный центр и небольшой телевизор с плоским экраном. На полу под окнами лежали стопки книг, а на столике рядом с удобным мягким креслом Энни заметила лэптоп.

Внезапно дверь со скрипом отворилась.

Энни крутанулась на месте, не сдержав испуганного возгласа.

В комнату вошел Тео с черным вязаным шарфом в руках.

«Однажды он уже пытался тебя убить, – злорадно прошипел Лео. – И может попробовать снова».

Энни судорожно сглотнула, отведя взгляд от маленького белого шрама у края брови Тео. Эту отметину ему оставила она.

Харп направился к ней. Шарф в его руках все больше напоминал удавку… или кляп… а может, тряпку, пропитанную хлороформом. Как долго придется ему прижимать эту мерзость к ее лицу, прежде чем она потеряет сознание?

– Мансарда – запретная зона, – произнес он. – Тебе это отлично известно. И все же ты здесь.

Он набросил шарф на шею, зажав концы в кулаках. Энни почувствовала, что не в силах выдавить из себя ни слова, язык словно прилип к гортани. Пришлось призвать на помощь Плутовку.

– Кто же знал, что ты здесь появишься? Ты же собирался вернуться только через два часа. – Она надеялась, что Тео не заметил, как непривычно пискляво звучит ее голос. – Как же мне, спрашивается, шпионить, если ты внезапно сваливаешься будто снег на голову?

– Ты что, издеваешься? – Тео потянул за концы шарфа.

– Ты… сам виноват. – Энни отчаянно пыталась выдумать правдоподобное объяснение. – Я не пришла бы сюда, если бы ты дал мне свой пароль, как я просила.

– Слава богу, я не обязан выполнять все твои прихоти.

– Многие приклеивают на свой компьютер бумажку с паролем. – Энни нервно сцепила руки за спиной, до боли сжав пальцы.

– Только не я.

«Не сдавайся! – приказала Плутовка. – Заставь его почувствовать, что он имеет дело со взрослой женщиной, а не с робкой беззащитной пятнадцатилетней девчонкой».

Поняв, что ее импровизация закончилась полным фиаско, Энни попыталась выкрутиться.

– Ты не думаешь, что ведешь себя немного по-идиотски?

– По-идиотски?

– Может, я неудачно выразилась, – торопливо поправилась она. – Но… представь, ты забудешь пароль. И что тогда? Будешь дозваниваться своему провайдеру? – Энни закашлялась, хватая ртом воздух. – Ты ведь знаешь, как это бывает. Приходится висеть на телефоне часами, слушая автоответчик с заверениями в том, что твой звонок необычайно важен. Или что в перечне услуг, предоставляемых компанией, произошли изменения, и тебе нужно внимательно прослушать запись. Как будто эти перемены твоя проблема, а не их. Лично мне уже через несколько минут подобного ожидания хочется покончить с собой. Ты и вправду предпочитаешь пройти через весь этот ад, когда простой клейкий листочек с паролем мог бы решить проблему?

– Или простое почтовое сообщение, – сказал Тео с сарказмом, которого вполне заслуживала длинная нескладная тирада Энни. – Dirigo.

– Что?

Выпустив из рук концы шарфа, Тео медленно подошел к ближайшему окну, возле которого стоял телескоп, направленный на океан.

– Ты меня уговорила. Пароль «Dirigo».

– Что это за пароль?

– Девиз штата Мэн. Латынь. Он означает «Указываю путь». Теперь тебе больше незачем шнырять здесь и все вынюхивать.

Не зная, что на это ответить, Энни попятилась к двери.

Сняв телескоп с треножника, Тео перенес его к другому окну.

– Ты и вправду думала, будто я не понимаю, кто делает за Джейси всю работу?

Ей следовало догадаться, что Тео раскусил ее обман.

– Тебе-то какая разница, если работа выполнена?

– Не хочу, чтобы ты здесь крутилась.

– Понятно. Ты предпочел бы уволить Джейси.