Влюбить в себя жену - Андреа Лоренс

Она провела в ванной комнате около пятнадцати минут, когда Тайлер вскочил с кресла и направился к лестнице. Ему не помешает принять душ. Или засунуть голову под подушку, чтобы избавиться от фантазий.

Он был на полпути к комнате, когда услышал голос Амелии.

– Тайлер! – закричала она. – Тайлер, помоги!

Сердце едва не выскочило из его груди. Повернувшись на каблуках, он сбежал по лестнице. Он боялся, что Амелия поскользнулась, ушиблась или с ней произошло нечто похуже.

Ворвавшись в ванную комнату, он огляделся, не понимая, в чем дело. Крови нет. Ничего не разбито. Воздух был наполнен паром и ароматом тропических фруктов пены для ванны. Амелия лежала в ванне с выключенным гидромассажем и смотрела на Тайлера широко раскрытыми от удивления глазами, стараясь закрыться руками.

– Что? – спросил он, задыхаясь. – Ты в порядке? В чем дело?

Амелия прикусила нижнюю губу:

– Извини, что напугала тебя. Ничего серьезного. Я в порядке.

Тайлер глубоко вздохнул от облегчения, чувствуя, как его страх сменяется совсем другим чувством. Он напрягся, разглядывая ее тело цвета слоновой кости, видимое сквозь воду. Влажные пряди рыжих волос прилипли к ее шее, на щеках играл румянец.

– Тебе что-то нужно? – спросил он.

– Здесь нет полотенца, – призналась она и вздрогнула. – Я поступила как идиотка, потому что не взяла полотенце, когда пошла принимать ванну. Я не хочу, чтобы с меня капала вода, пока я иду в комнату. Ты знаешь, где они?

– Конечно. – Он повернулся и открыл узкую дверь шкафа, откуда вытащил желтое пушистое полотенце, которое привез из своей квартиры, и протянул его Амелии. – Держи.

– Спасибо. – Она робко улыбнулась. – Извини, что я напугала тебя.

– Никаких проблем. Скажи, если еще что-нибудь понадобится. – Он повернулся, чтобы выйти из ванной комнаты.

– Тайлер?

Он остановился и обернулся:

– Да?

Амелия встала в ванне и быстро завернулась в полотенце.

– Ты не хотел бы посмотреть со мной телевизор сегодня вечером? Мы могли бы устроиться в новой кровати и поесть попкорн или чипсы.

Тайлер слегка удивился ее предложению. Но сильнее его удивило застенчивое выражение лица Амелии. Такое ощущение, что она снова стала подростком и приглашает его, например, с ней пообедать. Амелия его лучший друг. Конечно, он хотел бы посмотреть с ней телевизор. Он не предложил ей этого сам, потому что ситуация изменилась. Прежде они несколько раз лежали на кровати друг рядом с другом, но теперь это было бы проблематично.

– Отличная идея. Ты уже выходишь из ванной?

– Да. Я не люблю подолгу нежиться, хотя мне это нравится.

– Пока ты одеваешься, я принесу из кухни что-нибудь поесть.

Лицо Амелии осветила заразительная улыбка, отвлекая Тайлера от маленького полотенца, которое она обернула вокруг тела. Тайлер улыбнулся в ответ.

Он вышел из ванной комнаты, давая Амелии возможность одеться, и отправился на кухню. К счастью, Джанет очень рационально разложила продукты по полкам. Он нашел коробку попкорна в кладовке.

Примерно через десять минут Тайлер осторожно пробрался в спальню, держа в руках две банки газировки, рулон бумажных полотенец и большую чашу попкорна.

Амелия была одета и сидела на кровати, скрестив ноги. Ее волосы были по-прежнему заколоты на макушке, но она смыла макияж, и ее лицо выглядело чистым и свежим. На ней была светло-голубая пижама: широкие штаны и топ на тонких бретельках с отделкой кружевом. Хотя пижама была скромной, она провоцировала у Тайлера совсем нескромные мысли.

Он подошел к кровати с другой стороны и поставил газировку, полотенца и попкорн на кровать между собой и Амелией. В доме был только один телевизор, который привезли из квартиры Амелии. Он решил поставить его в спальне, так как в гостиную пока купили не всю мебель.

Амелия включила телевизор, потом положила подушки себе под спину. Банку газировки она зажала между ног.

– Ох, – сказала она, глядя на чашу с попкорном. – Попкорн такой маслянистый. Как я люблю.

Тайлер хмыкнул:

– Я боялся, что такая простая еда оскорбит твой изысканный вкус.

Она фыркнула:

– Ох уж этот изысканный вкус! Каждый раз, когда я смотрю соревнования поваров и кто-нибудь из них жалуется, что должен использовать консервированные ингредиенты, я теряю терпение. У среднестатистической работающей женщины с детьми не хватает времени, чтобы готовить еду каждый вечер. Обычные люди едят консервы. И попкорн, – прибавила она, отправляя горсть в рот.

Просмотрев телевизионные каналы, они решили остановиться на шоу. Они перебивали участников шоу и шутили, смеялись и ели попкорн. Все происходило как в старые добрые времена.

У Тайлера было не так много времени на романы, но, когда он встречался с очередной женщиной, ему всегда не хватало той непринужденности и легкости, которую он испытывал при общении с Амелией. Его подружки не осмелились бы показаться ему без макияжа или выставить себя в глупом положении. Но ему было все равно. Он не собирался в них влюбляться. Если ему хотелось дружеских посиделок, он шел к Амелии.

Повернув голову, Тайлер увидел, что Амелия уснула. Ее красновато-рыжие ресницы касались щек, а розовые губы были слегка разомкнуты. Она очень устала. У него екнуло сердце. Любая другая женщина проигрывала в сравнении с Амелией. Казалось, что по странному стечению обстоятельств Амелия всегда будет присутствовать в его жизни. Она единственная, с кем его связывает и дружба, и сексуальное влечение.

У него осталось всего двадцать шесть дней. Если Амелия полюбит его, то они останутся в браке и будут воспитывать своего ребенка вместе. И Тайлеру будет все равно, что он не любит Амелию. В конце концов, сильные чувства усложняют жизнь.

Тайлер медленно уменьшил громкость телевизора и выключил его. Взяв пустую чашу из-под попкорна, он передвинулся к краю матраса, пытаясь встать с кровати, не разбудив Амелию. Не удалось.

– Не уходи, – пробормотала она в подушку, не открывая глаз. – Дом такой большой. Я не хочу оставаться одна.

Вздохнув, он поставил чашу на пол, выключил свет и забрался на кровать.

– Классно. – Амелия зевнула, прижалась к Тайлеру и сразу же снова уснула.

Тайлер не знал, то ли ему радоваться, то ли огорчаться. Вдыхая запах тела Амелии и чувствуя его тепло, он не сможет уснуть. Он закрыл глаза и притянул ее к себе. Если ему не удастся уснуть, то, по крайней мере, он получит удовольствие, обнимая Амелию.

Впереди у него очень и очень трудная ночь.

Амелия проснулась посреди ночи, ощущая непривычное тепло. Кто-то прижимался к ее спине и обнимал рукой. Ей потребовалось пять-десять секунд, чтобы вспомнить, где она находится.