Когда наступает осень - Дениза Алистер

Линда вскочила. Словно освещенная вспышкой молнии, перед ее глазами явственно встала картина: Памела бежит по золотому песку навстречу Джейку, он подхватывает ее на руки, их губы сливаются, тела переплетаются в объятии…

— Нет, — твердо сказала она.

— Нет?! — воскликнул Джейк. — Что значит «нет»?

Он тоже вскочил на ноги и уперся руками в бедра.

— Ты не можешь вот так просто уйти!

— Отчего же? Разве существуют правила…

— Существуют! — перебил ее Джейк, едва сдерживая себя. — Ты сама пригласила меня сюда, помнишь? И если ты думаешь, что мною можно играть, как мальчишкой…

— По-моему, это ты привык играть в такие игры. Ты, но не я!

Несколько секунд они молча стояли, с яростью глядя друг другу в глаза. Наконец он не выдержал.

— Так, значит, ты просто дразнила меня? А когда я поддался и расслабился, стала холодна как лед. У таких женщин, как ты, Линда, существует название, и оно не очень лестно, поверь мне.

Линда была потрясена. Никогда в жизни ее так не оскорбляли! Она сложила руки на груди и, прищурившись, произнесла:

— Я дала тебе ясно понять с первого дня нашей встречи, что меня не интересуют подобные игры! И кто дал тебе право думать, что ты можешь устанавливать правила для меня?

Джейк от удивления открыл рот.

— Не интересуют?! Ты лжешь и знаешь об этом!

Неожиданно Линде пришла в голову мысль о том, какой смешной выглядит, должно быть, со стороны вся эта сцена. Они оба вели себя как дети. И если уж смотреть правде в глаза, она сама виновата в том, что он так сердится на нее сейчас. Она позволила затеять эту игру с собой. И теперь нужно постараться хоть сколько-нибудь достойно выбраться из этой неприятной ситуации. В конце концов, он скоро уедет, и она, может быть, никогда больше не увидит его. Какой смысл расставаться врагами?

Линда заставила себя улыбнуться.

— Джейк, давай не будем оскорблять друг друга. Просто произошла ошибка, и в этом, наверное, моя вина. Ты меня неправильно понял.

К облегчению Линды, гнев на его лице постепенно уступил место более спокойному выражению. Он несколько секунд смотрел на носки своих ботинок, затем смущенно потер нос и улыбнулся.

— Прости. Я не должен был говорить всего этого. Но, знаешь, когда мужчине вдруг говорят «нет», не объясняя причин… Кстати, если бы я не был уверен, что у тебя сильный характер, я бы подумал, что ты просто-напросто боишься меня.

— И не без причины, я полагаю, — заметила Линда.

Джейк шагнул к ней.

— Тебе не надо опасаться меня, — произнес он с неожиданной нежностью. — Может быть, ты скорее боишься себя?

Это предположение было так близко к истине, что Линда почувствовала себя неуютно. Несмотря на свое непреклонное намерение сопротивляться его чарам, она теперь твердо знала, что в ней живет самая обычная женщина, так же подверженная страстям, как и всякая другая. Так что Джейк прав: ей надо бояться не его, а себя! Это ее собственные чувства, которых она раньше никогда не испытывала, заставляют ее нервничать, выходить из себя, совершать необдуманные поступки.

Очевидно, причина была еще и в том, что она никогда прежде не имела дела с мужчинами, подобными Джейку.

— Что, не похож я на твоего добропорядочного доктора? — неожиданно спросил он, словно прочитав ее мысли.

— Просто я не привыкла к таким, как ты. А доктор тут ни при чем. Тебе нравится играть роль мужчины, от которого без ума каждая женщина.

— Не каждая. Я очень разборчив. И я понимаю, что мое происхождение не дает мне никаких шансов на продолжение отношений с тобой. Даже если у меня будет столько денег, сколько ты привыкла иметь, все равно мое положение человека второго сорта будет тяготить тебя.

— Перестань! — гневно воскликнула Линда. — Меня совершенно не интересуют твои деньги, равно как и твое происхождение!

Ну вот, он снова вывел ее из себя! Линде даже показалось, что он мысленно смеется над ней.

— Что ж, пожалуй, я сам лишил себя обеда. Пора уходить, пока мы опять не поссорились. — Джейк пошел к двери и, обернувшись, улыбнулся на прощание: — Кто знает, Линда, может быть, наши пути еще пересекутся когда-нибудь.

Он ушел, а Линда долго еще не могла успокоиться. Решив, что ей уж во всяком случае не за что лишать себя обеда, она наскоро соорудила сандвич с сыром и села за стол, но в голове ее вновь и вновь прокручивалась сцена с Джейком.

Все-таки она вела себя как последняя дура! Надо было сразу дать ему от ворот поворот или уж сдаться и ответить взаимностью. Но нужен ли ей такой мужчина, как Джейк Дикен? Особенно сейчас, после смерти Роя…

Как ни странно, с тех пор как Линда устроилась на работу, она все реже вспоминала о предательстве мужа. Теперь она думала о Рое лишь с безмерной жалостью: он просто не мог жить без опоры. Недаром та же Мэри Симпсон говорила, что в их браке мужчиной является Линда. А Рой, которому от рождения было дано так много — безупречное происхождение, очаровательная внешность, прекрасное образование, — оказался настолько слаб, что даже не смог воспользоваться своими преимуществами. В последние годы их брака Линда относилась к нему скорее как к неразумному ребенку, чем как к мужу. И все-таки он был своим, близким, до боли знакомым…

Разумеется, Джейк являлся полной противоположностью Рою: за его грубоватой внешностью скрывался цельный характер и свой собственный кодекс чести. Но при этом он был бесконечно далек от нее.

Никогда еще Линда так остро не ощущала свое одиночество. Ей просто необходимо было сейчас с кем-нибудь поговорить. Линда набрала номер особняка Конли, но Грейс не оказалось дома. Тереза предложила пригласить к телефону сенатора, но Линда поспешно отказалась: меньше всего ей хотелось говорить именно с ним.

Какая досада, что она не застала Грейс! В сущности, золовка была единственным близким ей человеком. Кому бы еще позвонить? Может быть, Мэри Симпсон? Но та начнет пылко поздравлять ее с обретением независимости, а Линду сейчас эта независимость совсем не радовала.

Линда вспомнила о матери и грустно улыбнулась: не странно ли, что она подумала о ней в последнюю очередь? Прошло довольно много времени с тех пор, как они разговаривали в последний раз. Ее мать была очень холодной и чопорной женщиной. Может быть, такой ее сделало воспитание и положение в обществе. Но, так или иначе, они никогда не были особенно близки.

И все равно, в любой матери всегда можно найти сочувствие и участие, которые так необходимы Линде сейчас.

Было только восемь часов вечера. Она набрала номер и почувствовала, что ужасно соскучилась по маме. Когда на другом конце провода раздался знакомый голос, слезы выступили у нее на глазах.

— Привет, мама! — сказала она. — Это Линда.

Последовала короткая пауза.