Королева моих грез - Люси Эллис

Джиджи подалась вперед и подогнула под себя одну ногу. Очевидно, ей было действительно интересно.

– Ты хотел последовать его примеру?

– А ты болтлива, да?

– Мне просто интересно.

Он мог сказать ей правду, что военная служба открыла его самого с новых сторон и совершенно неожиданным образом изменила всю его жизнь. Он знал, что его отец был героем, прошедшим долгий путь от простого солдата до офицера. Он знал, что его представления о том, кем он является и откуда родом, – сплошное вранье, которым подпитывал его отчим. Этот груз он несет в своей душе уже много лет.

– Каждый мужчина должен отслужить. – Он решил отделаться общими фразами.

Ее мир перьев и сценического грима был настолько далек от того, что он видел, что казалось, они родом с разных планет. И все же он не мог забыть отметины на ее ногах и то, как она пряталась, как улитка в свою раковину, чтобы скрыть их.

– Военная служба перемежает скуку с адреналином. – Он словно исповедовался ей. – Мы много играли в покер, и у меня неплохо получалось. – Он слегка улыбнулся Джиджи. – Когда я был ребенком, я играл в карты на расстрелянные патроны.

Черт, почему он вообще это ей рассказывает?

– Патроны, говоришь? Думаю, место, в котором ты вырос, сильно отличается от гримерок и тесных трейлеров, в которых росла я. – Джиджи взглянула на него из-под густых рыжих ресниц. – Полагаю, ты бы предпочел не выигрывать наше кабаре.

– Не знаю. – Он не мог противиться ее призывно-застенчивому взгляду. – Но тогда бы я не встретил тебя.

Ее губы дрогнули в полуулыбке, но она тут же отвернулась. Он понимал ее чувства.

Он задумчиво почесал подбородок и подумал, что пора бы уже побриться. Обычно после пары месяцев, проведенных в походе, он снова гладко брился, облачался в итальянские костюмы и погружался в деловой мир в своем московском офисе.

То, что он отправился в Париж прямо с арктического шельфа, означало, что он пропустил этот символический пласт между двумя мирами, к которым он так привык. Может, именно поэтому он сейчас искушал судьбу. Дикая природа, в которой он еще совсем недавно жил, все еще бурлила в его крови.

– Джиджи, в спальне…

– Я не хочу об этом говорить, – поспешно сказала она, отводя взгляд. – Ну, то есть… это было глупо, правда? Давай лучше забудем об этом.

Глупо? Он так не думал. Его охотничий инстинкт говорил совсем о другом.

Джиджи принялась суетливо собирать свои вещи.

– Мне лучше уехать.

– Я отвезу тебя домой.

– Нет, не надо. Все в порядке. – Она уже убирала ноутбук в рюкзак.

– Я отвезу тебя домой.

Джиджи не понравилась его самоуверенность. Она не любит, когда ей указывают, что делать. Однако Джиджи слышала, как сильно бьется ее сердце, и чувствовала, что огонь снова охватил ее бедра. Ей было не по себе. Она не могла понять, почему этот мужчина оказывает на нее такое влияние. Он был силен и даже опасен, а его низкий голос с заметным акцентом оказывал поистине магический эффект на ее гормоны.

Но если быть точной, она бы сказала, что в его взгляде было что-то такое… Как будто он собирался проделать с ней такие вещи, за которые благопристойная женщина влепила бы ему пощечину. Но вместо этого она чувствовала себя привлекательной женщиной. И да, желанной.

Джиджи больно прищемила палец молнией рюкзака. Она сунула палец в рот, стараясь не встречаться с Китаевым взглядом. Он проявлял верх благоразумия, а теперь собирается отвезти ее домой.

Неужели он не понимает, что, если она проведет в его обществе еще хоть немного времени, она просто набросится на него, чтобы он снова и снова целовал ее? Стоило ей закрыть глаза, и она заново вспоминала, как он сжимал ее грудь своими большими ладонями.

Она с трудом сглотнула и опустила голову.

– Не нужно отвозить меня домой. – Она закинула рюкзак на плечо. – Я поймаю такси.

Джиджи поправила рюкзак, чтобы чем-то занять руки, потому что он не отвечал. Она взглянула на него. Халед смотрел на нее так, словно она сказала что-то странное. А потом он метнул на нее такой взгляд, будто точно знал, какие чувства бушуют сейчас в ней.

– Ты так говоришь, потому что еще не видела мою машину.