Сети любви - Джилл Гарриетт

После того, как они подошли к виновникам торжества и Нил представил их друг другу, Анжелине захотелось сделать что-нибудь необычное, чтобы как-то по-особому поздравить эту славную пару. Она подмигнула Нилу, который, не скрывая обожания, смотрел на нее, и подошла к музыкантам. Пошептавшись с руководителем оркестра, она взобралась на сцену.

– Господа! – обратилась Анжелина к публике и немного отпрянула от микрофона, потому что ее оглушил звук собственного голоса. – Я так счастлива!..

Все засмеялись и зааплодировали, как тогда, когда Нил кружил ее по залу на руках. Собственно, на этом можно было бы и закончить приветствие, но Анжелина не смутилась и продолжала:

– Я думаю, нет нужды объяснять почему. Мы все верим в сказки, даже когда становимся взрослыми. Но самая фантастическая вещь на свете – это не волшебная палочка и не ковер-самолет, а человеческое сердце… Потому что оно никогда не устает любить. Я хочу, чтобы Хью и Джилл как в настоящей сказке жили долго и счастливо и чтобы их сердца бились в одном ритме. Да здравствует любовь! Спасибо вам, друзья, что вы заставили меня опять поверить в чудо.

Все присутствующие конечно же знали историю помолвленных, поэтому слушали с улыбками и переглядывались, одобрительно кивая в такт словам Анжелины.

– А теперь я хочу спеть для вас мою самую любимую песню. Если бы не вы, Хью и Джилл, я бы никогда на это не решилась. Но это самое малое, что может сделать моя душа, чтобы возликовать вместе с вами.

Речь была немножко патетической, но при всеобщем возбуждении это не производило неприятного впечатления. Гости опять зааплодировали, и раздались одобрительные возгласы, подбадривающие дебют Анжелины.

И она запела. Слух у нее был отличный, а голос хоть и не обладал звездностью, но имел приятный и необычный тембр. Она очень любила петь дома, но никогда и нигде не делала этого публично, потому что стеснялась. Но сейчас она наслаждалась музыкой, песней, своим голосом, который из-за микрофона звучал просто замечательно! Через несколько минут ей подпевал уже весь зал. Злоупотреблять вниманием публики Анжелина не стала и, когда замолк последний аккорд, быстренько раскланялась и спрыгнула со сцены прямо в руки Нила. Он обнял ее, и они начали танцевать, потому что опять зазвучала тягучая волнующая мелодия. Но на этот раз Анжелина была возбуждена и смущена своим поступком, и поэтому ее переживания были далеки от эротических.

– Ты у нас настоящая звезда, – серьезно сказал Нил. – Никогда не мечтала о сцене?

– С ума сошел! – отрицательно завертела она головой. – Такое бывает раз в жизни. Просто сегодня все совпало. Уверяю тебя, что в другой раз я не стала бы петь… Знаешь, как это бывает, когда что-то делаешь легко и непринужденно, как будто это делаешь даже не ты…

– Мне действительно понравилось, – не унимался Нил. – У тебя есть то, что называют магнетизмом. Я не силен по части голосовых данных, но ты завела их.

– Разве здесь надо кого-нибудь заводить? – засмеялась Анжелина. – Все и так наэлектризованы. Но мне приятно, что тебе понравилось.

– Очень. Ты вообще удивительная девушка. – В голосе Нила опять появились опасные нотки.

– Надо было вытащить и тебя на сцену. Вот спели бы дуэтом, ты бы не терзал меня тем, что я такая удивительная.

Нил понял: ему в очередной раз намекнули, что не стоит переходить грань чудесных непритязательных дружеских отношений.

– В следующий раз – обязательно. Но берегись – у меня нет ни слуха, ни голоса, – опять подхватил он ее шутку, и дальше разговор вертелся вокруг неопасных и легких тем.

Потом ставшая в одно мгновение популярной Анжелина танцевала с разными мужчинами, слушала комплименты и предложения как-нибудь встретиться. Она вела себя как заправская кокетка, но умудрилась никого не обидеть и никому ничего не пообещать. Иногда она находила взглядом Нила, виновато улыбалась ему, и опять ее уносила разноликая волна. Завтра все будет как всегда, а сейчас Анжелина чувствовала себя Золушкой, часы для которой еще не пробили.

Уходили они почти самые последние. Долго прощались с Хью и Джилл. Анжелина заметила, как Хью показывает Нилу большой палец и одобрительно кивает. Ей было приятно, что друзья Нила приняли ее в свой круг. А что касается дальнейшего, что ж, жизнь покажет. У порога дома он по-братски чмокнул ее в щеку и попрощался до понедельника. С ним было хорошо, но без него Анжелина не чувствовала себя покинутой…

Еще раз пережив такой необычный для своей размеренной жизни вечер, Анжелина сладко потянулась, подоткнула одеяло со всех сторон, свернулась в клубок и заснула. Теперь в ее жизни будет все хорошо. Это была ее последняя ясная мысль.

В понедельник Анжелина, строгая и деловая, явилась в офис и занялась работой. Она пришла раньше всех и спокойно и с удовольствием делала ставшие уже привычными дела, радуясь, что никто не отвлекает ее. Через полчаса появятся остальные, начнет трезвонить телефон, Карла придумает ей массу срочных дел, а мужчины будут требовать внимания. До этого момента нужно попробовать распланировать неделю…

– Доброе утро! – услышала она голос Патрика и вздохнула, потому что он невольно нарушил ее планы.

Обычно он не появлялся на работе так рано, когда не вел занятий. Интересно, что привело его в столь ранний час?

– Доброе утро, Патрик, – ответила она, не отрываясь от блокнота, в который выписывала проблемы, требующие немедленного решения.

– Как прошли выходные? – поинтересовался он, задерживаясь возле ее стола.

– Спасибо, отлично, – ответила она холодно, так как предпочитала не болтать с ним о пустяках. К тому же выходные – это ее личная жизнь, которая его совершенно не касается.

– Может быть, поделитесь впечатлениями?

– Ничего необычного.

– Разве? – В голосе явственно звучала насмешка. – Никогда бы не подумал, что такая серьезная и хмурая особа может стать предметом двухдневного обсуждения.

– Это вы о чем? – Анжелина сделала вид, что не понимает, куда он клонит. Неужели они с Нилом в столь близких отношениях, что тот рассказал ему о вечеринке?

– Не о чем, а о ком, – поправил ее Патрик. – Просто какое-то чудесное превращение! Ушам своим не поверил, когда мне живописали, как вы кружили головы и были признаны звездой местной эстрады.

Ей не нравились ни его слова, ни тон, каким они были сказаны. Какое он имеет право так говорить? Анжелина сжала зубы и принялась еще быстрее делать заметки в блокноте.

– Тихоня Нил, – продолжал Патрик, несмотря на то что Анжелина и не думала вступать с ним в обсуждения. – Сумел-таки добиться от такой офисной… мыши небывалых эмоций.

Теперь Анжелина поняла, что он хочет вывести ее из себя. Надо же, назвать ее офисной мышью! И она взорвалась.

– Кто вам позволил говорить со мной в таком тоне? – холодно и медленно произнесла она, чеканя каждое слово.

– А вы пожалуйтесь Нилу, – продолжал он дразнить Анжелину. – Теперь ведь он ваш… защитник?