Потанцуй со мной! - Вера Иванова

Проблема с платьями — это извечная проблема каждой девочки, решившей заняться бальными танцами. Платья в танцах — самое главное. Выбор подходящего наряда — ответственный шаг. Платьев должно быть как минимум два — для «стандарта» (танцев стандартной танцевальной программы) и «латины» (латиноамериканских танцев). Если первое — длинное, классическое, то второе — соблазнительное, открытое. Но при этом оба должны выглядеть эффектно и нарядно, чтобы привлекать внимание публики и судей, подчеркивать красоту и грацию девочки, оттенять строгое изящество ее партнера. Платья должны не только соответствовать требованиям класса (начиная с «D»-класса длина платья — ниже колена), но и идеально подходить партнерше, ее фигуре, цвету волос и глаз, темпераменту.

Оба платья сидели на Тине просто идеально. Легкие, искрящиеся, они как будто были сшиты специально для нее.

— Это для стандарта, — Тина восторженно вертелась перед зеркалом. Расшитое бисером белое платье с открытой спиной, широкой летящей юбкой и оборкой из нежного бирюзового пуха вдоль выреза и по подолу обвивалось вокруг ног.

— Оборка как раз в цвет глаз, — улыбаясь, подмигнула Аглая, она невольно заразилась радостью сестры.

— И с волосами гармонирует, — подтвердила Марфа. — Ты похожа на рыжего ангела! Или на фею любви. Парни от тебя должны сойти с ума! — вздохнула она.

— Вот они и сходят, — притворно вздохнула Тина. Она быстро переоделась и теперь стояла перед сестрами в другом платье — золотисто-зеленом, облегающем, как кожа змеи, и переливающемся золотистыми искорками, с бахромой по низу и большим разрезом сбоку. Максимально открытое, это платье удерживалось на правом плече узкой бретелькой, стянутой маленькой золотой розой.

— Для латины в самый раз! — возбужденно щебетала Тина. Она сделала несколько танцевальных па, платье разлетелось, открывая стройные ноги. — Только чуть-чуть убрать в талии… А белое немного укоротить. Арфочка, сделаешь? Я хочу поскорее потанцевать в них.

— Куда ж я денусь, — вздохнула Марфа, единственная из сестер умеющая шить. Глядя на раскрасневшееся лицо Тины, она тихо шепнула Аглае: — Мне кажется, пора нам понаблюдать эту парочку в деле. Очень интересно, что это они там танцуют!

— И мне интересно, — задумчиво кивнула старшая. — Надо же! — сказала она уже громче. — У такого олуха — и такая замечательная мама!

— Олух? Это кто тут олух? — недовольно нахмурилась Тина. — О ком вы?

Сестры промолчали, тревога их нарастала. А если бы они услышали разговор, который состоялся у Тины с Витьком в тот же день поздно вечером, их беспокойство переросло бы в настоящую панику.

После репетиции партнеры решили немного прогуляться. Взявшись за руки, они медленно брели по набережной. Витек осторожно теребил тонкие пальчики, и на этот раз Тина не спешила отнимать руку. Разговор начал Витек.

— Я хочу тебе сказать… Я давно хочу, но не решался. Ты мне нравишься. Даже очень, — в глухом голосе чувствовалось волнение.

Тина молчала. Ее тщеславное сердечко от слов Витька застучало чуть-чуть чаще.

— Я ни о чем другом не могу думать. Стал полным психом, сам себя не понимаю. Хожу по дому, как лунатик, углы сшибаю. А вчера, представляешь, чашку в мусорное ведро выкинул! К чему бы это, а?

Голос парня звучал растерянно и жалко, в глазах, обращенных к Тине, застыл вопрос. Девочка улыбнулась — уж она-то хорошо знала все эти признаки!

— И еще ты мне все время снишься. И нам так хорошо, как будто мы в раю. Ты понимаешь, о чем я?

Конечно, Тина понимала! Но она не подала виду, лишь задумчиво наклонила голову и улыбнулась.

— Знаешь, у меня никогда не было такой хорошей партнерши. Мы просто созданы друг для друга! Ты такая родная, как будто бы я знал тебя всю жизнь. Мне не хочется от тебя отрываться…

— Слышали бы мои сестры, — усмехнулась Тина.

— Сестры? А при чем тут они? — вскинулся Витек.

— Сестры все про меня знают, — пожала плечами Тина. — Я им всегда все рассказываю. У нас друг от друга нет тайн.

— Да они тебя просто используют! — Глаза Витька рассерженно сверкнули.

— Не может быть! — возразила Тина. — Сестрички не такие!

— Не может быть? Не такие?

— Не такие! — Тина насупилась. — Они меня любят! Они обо мне заботятся! Я ведь младшая…

— Вот именно! Они командуют тобой, распоряжаются, чтобы было удобно им, а не тебе!

— Ты думаешь? — Тина с сомнением взглянула на него.

— Не думаю, а знаю! — отрезал Витек. — Кстати, можешь их проверить. Попробуй, например, сказать, что не хочешь, чтобы они приходили на наши репетиции. Они ведь тебя об этом просят, да? Или скоро попросят. Вот ты и откажись, а потом посмотришь, что будет!

В «правоте» Витька Тина убедилась в тот же вечер.

— Младшенькая, ты не против, если мы придем посмотреть, как вы танцуете? — спросила Аглая за ужином.

— Против! — быстро выпалила Тина, про себя поражаясь проницательности своего нового друга. — У нас там и так все хорошо!

— Да? А если все хорошо, почему же ваши репетиции такие засекреченные?

Тина замялась. В другое время она и сама бы пригласила сестер посмотреть, как они с «Димоном» танцуют. Более того, было очень важно, чтобы кто-нибудь оценил их со стороны. А сестры могли сделать дельные замечания — так, как это часто бывало дома. Но в ее душе зародились сомнения. О ней ли заботятся сестры, постоянно опекая? Или же о себе, желая навязать ей тот образ жизни, который считают правильным?

— Девочки, вы можете хотя бы иногда не вмешиваться в мою жизнь? — с вызовом сказала она. — И просто оставить меня в покое?

В который раз за этот день сестры, нахмурившись, переглянулись — сбывались их худшие опасения.

Беседа оборвалась. Спать в этот вечер разошлись рано. И ночной болтовни не было — все трое были необычайно хмурыми и неразговорчивыми. Первый раз в жизни у сестер назревал конфликт.