Позвони в мою дверь - Наталья Нестерова

Петров выглядел отлично.

— Отдохнувший, загоревший, — отметила Зина. — Можешь рекламировать маргарин на телевидении.

— Благодарствую. Спасибо, что не памперсы.

Петров зашел к соседям через несколько дней после отпуска, принес подарок малышам — детский конструктор. Он купил им еще два симпатичных стеганых комбинезона, стилизованных под горнолыжные костюмы, — не удержался. Видимо, подхватил от Потапыча манию закупки детских вещей. Но костюмчики решил отдать после отъезда Игоря. Участие Петрова в делах этой семьи могло выглядеть навязчивым. На месте Игоря он бы давно послал всех благодетелей к чертовой бабушке, и дорогу обратно они забыли бы на всю оставшуюся жизнь.

— Ты не хвораешь? — спросил он Зину.

Ее любовная аура заметно потускнела, если не сказать, потухла. Между бровями появилась морщинка. Морячок, судя по всему, оказался не на высоте.

Или наоборот — на такой высоте, что замучил женщину любовными утехами до тоски во взоре.

— Дети немного приболели, — ответила Зина, — а со мной порядок. Павел, мы хотели пригласить тебя на ужин.

— О нет, извини. Сейчас столько работы, что не вырваться. Ты Козлову звонила? Он смотрел ребят?

— Я вызывала участкового врача. У них небольшая простуда. Игорь долго гулял с ними, а был сильный ветер.

«Твоему Игорю я бы даже собаку не доверил выгуливать», — подумал Петров.

— Я тебя очень прошу, — Зина взяла его за руку, — приходи, пожалуйста, со своей девушкой в пятницу. Понимаешь, мы сидим дома как сычи. Хотели друзей пригласить, но вот дети заболели. Нет, — смутилась Зина, — ты не подумай, что я тебя только поэтому приглашаю. Просто дети тебя любят и раздражать, мешать не будут. Может быть, тебе удобнее в субботу?

«Все-таки не на высоте оказался морячок», — заключил Петров.

Его совершенно не радовала перспектива провести вечер в обществе надежды русского флота.

Но Зина смотрела просительно и не отпускала руку, пока он не ответил.

— Давай договоримся так. Если получится, мы придем, если не сможем, ты не обижайся, ладно?

Петров был уверен, что Леночка — больше ему звать было некого, не Таисию же приглашать — откажется, и тогда он позвонит Зине, сошлется на неотложные дела. Его совесть будет спокойна, а время не убито даром.

* * *

Но Леночка с удовольствием согласилась пойти с ним в гости, чем привела Петрова в изумление.

— Это далеко не светский раут, — пытался он запугать девушку.

— Конечно, я понимаю, молодая семья, маленькие дети. Соседи, говоришь?

— Да. Надо поддерживать отношения, чтобы тараканов под дверь не запустили. Хотя…

— Петров, ты меня пригласил?

— Пригласил.

— Почему теперь хвостом задний ход расчищаешь?

— Ничего подобного.

— Ты думал, откажусь? А теперь не знаешь, что со мной делать?

Петров внутренне поразился ее проницательности, но виду не подал:

— Что ты! Я онемел от счастья. Надо какие-то подарки купить. У тебя есть идеи?

— У меня есть вдохновение. Обожаю делать подарки, особенно когда плачу за них не из своего кармана.

* * *

Передвигаясь с Леночкой по улицам и в магазинах, Петров чувствовал себя партнером в фигурном катании. Народ пялился на его спутницу и только через некоторое время обращал внимание на него — кто, мол, там осуществляет поддержки? Его забавляли взгляды — от завистливых до недоуменных, — которыми его награждали.

В отделе игрушек «Детского мира» его настроение улучшилось. Похоже, он приобрел новое хобби. Они долго спорили, на чем остановиться. Лена предлагала купить двух огромных рыжих львов.

— Большие игрушки — это прелесть, — убеждала она. — Я в детстве о таких мечтала. Дети будут по ним ползать, забираться в гриву, в уши, может быть, даже под хвост заглядывать. Давай сами посмотрим. Отлично, никакого натурализма.

— Глупости, — возражал Петров, — ворса надерут и забьют себе глаза и нос. Кроме того, львы из искусственного меха, от разрядов статического электричества Ваню и Саню будет подбрасывать. Животные полкомнаты займут. Надо купить железную дорогу с паровозами.

— Ты читать умеешь? Здесь же ясно сказано:

«Детям от семи лет». И пять квадратных метров — не полкомнаты?

В итоге они сошлись на двух лошадках-качалках.

Купили еще большой букет цветов, коробку в виде ларца с фигурным шоколадом и бутылку виски.

Увидев в дверях Лену рядом с загруженным лошадьми Петровым, Зина на секунду оторопела. Она ждала Таисию. Но вместо яркой брюнетки прибыла не менее яркая блондинка.

Когда все перезнакомились, Зина шепнула Петрову:

— Ты девушек выбираешь в шахматном порядке: черненькая, беленькая?

— Точно, — так же тихо ответил он, — если когда-нибудь собьюсь, поправь меня, напомни о системе.

Петров впервые видел Зину не в халатике, не в ночной рубашке или в джинсах. На ней было строгое темно-зеленое платье, очень простое — глухой ворот, длинные узкие рукава, чуть расклешенная юбка до середины икр — никаких складочек, оборочек или других портняжных ухищрений. Но в этой простоте было столько изящества, так выгодно оно подчеркивало стройную фигуру, что Петров подумал: «С ней тоже можно выходить на лед».

«Классное платье, — оценила мысленно Леночка, — но я бы надела небольшое ожерелье».

Зина носила с платьем мамины жемчужные бусы. Сейчас они поселились в ломбарде.

Русые волосы, уложенные мягкими короткими волнами (Зина сделала стрижку), и легкий макияж высветили, подчеркнули ее глаза — зеленые, близкие по тону к цвету платья.

— Что вам предложить в качестве аперитива? — спросила Зина.

Увидев Лену, Игорь напрочь забыл об обязанностях хозяина: подобные девицы не ходят по улицам, не ездят в общественном транспорте и уж тем более не приходят запросто в гости. Они царствуют на экранах телевизоров, на обложках журналов, на эстрадных сценах. Высокая, почти одного с ним роста и на полголовы выше Петрова. Что она нашла в этом приземистом индюке? Деньги… Лицо у Леночки — икнуть и задохнуться. Ноги растут от подмышек, пальцы тонкие, длинные. Она, чертовка, наверняка ими такое выделывать умеет…

— Можно я сразу покажу Леночке детей? — попросил Петров.

— Конечно, только не тряси и не кувыркай их, — ответила Зина. — Они еще не совсем здоровы. Идите в детскую, а мы с Игорем тут закончим.

Через несколько минут она принесла две бутылочки с молоком.

— Ты умеешь кормить детей? — без особой надежды спросил Петров, когда Зина вышла. — Посиди тихо, я сам справлюсь.