Дела сердечные - Лариса Теплякова

Беседа выстроилась иначе, чем он мог себе её представить! Словесные заготовки не пригодились.

— Я понимаю, Лидия Матвеевна, что вы едва ли питаете ко мне уважение... — начал Алексей.

— Позвольте, давайте сразу расставим все точки для ясности, — строго возразила Лидия Матвеевна. — Не будем ходить вокруг да около. Я отношусь к вам прекрасно, Алексей Витальевич. Более того, считаю вас дельным человеком, заботливым отцом, и если бы у меня был такой зять, я могла бы не тревожиться за дочь. Но, увы, жизнь вносит свои коррективы. Не всё мне по душе, но что делать! Я с некоторых пор не вмешиваюсь в личные дела своей дочери. Я только помогаю ей по мере сил.

— Лидия Матвеевна! — услышав её признание, Алексей мгновенно ощутил прилив сил. — Умоляю, повлияйте на Анжелу! Она избегает меня! И это именно сейчас, когда я развожусь с женой. Я готов жениться на Анжеле. Я могу обеспечить её! Она будет счастлива! Она довольно помучила меня, проявила характер. Подскажите ей, что уже довольно ребячиться. Вы мудрая женщина... У вас женская интуиция и всё такое... Прошу вас!

Пожилая дама прервала поток его красноречия, подав ему знак царственно поднятой рукой:

— Анжеле не свойственно играть в прятки. Она не ребячится, нет. Она умна и хорошо воспитана. Видимо, Алексей Витальевич, Анжела приняла решение, и мы с вами оба мало сумеем повлиять. Знаете, должна признаться, я ведь однажды уже вмешалась в её отношения с мужчиной, и всё расстроилось. Он уехал за границу, девочка моя надолго замкнулась. Это давняя история, но с тех пор я не вторгаюсь в эту сферу жизни моей дочери.

— Так у Анжелы была какая-то любовная история?! — искренне удивился Алексей.

— Ну, а как вы думали?! — с некоторой гордостью за дочь заявила Лидия Матвеевна. — Женщин без тайн не бывает. Если вы заметили её, так почему не могли другие?

— Вы правы, прошу прощения.

— Дайте срок. Тем более, что...

Она замолчала и призадумалась.

— Где она, скажите?

— Вы знаете, я буду играть на вашей стороне, — вдруг энергично заявила Лидия Матвеевна. — Давайте вместе попробуем улучшить эту жизнь, хотя думаю, что я мыслю эгоистично и субъективно. Но я мать, причем стареющая. Анжела в больнице. Чоховская клиника. Это...

— Я всё понял! — сказал Алексей. — Я поеду к Жильцовой!

— Так вы её знаете?

— Да, мы знакомы!

— Я надеюсь на вашу деликатность.

— Я вас не подведу, — заверил Алексей. — Но я буду не я, если не добьюсь своего!

Алексей узнал гораздо больше, чем рассчитывал, но испытывал смешанные чувства. Он пытался прогнать добытые факты сквозь сито собственной интуиции и жизненного опыта, но понял, что женщины изначально мудрее и сложнее мужчин. Его размышления прервал звонок Ульриха.

— Алексей, не хочешь составить компанию одинокому мужчине? — предложил немецкий коллега.

— Могу. А где ты?

— Я в твоей квартире, один, как перст.

— Квартира скорее твоя, чем моя. Хорошо, сейчас буду.

Кроме работы их с Ульрихом связывала дружба и взаимное уважение. Алексей не раз бывал в его доме, в Германии. Мужчины общались легко, по-приятельски.

— Я погулял по городу, купил немецкие продукты. Сейчас они у вас есть, но иногда дороговаты! Простой ужин, который я готовил сам. Немецкое вино, баварские колбаски, овощи. Немцы тщательно соблюдают любые технологии, а в производстве продуктов питания особенно! — с довольством говорил Ульрих, накрывая на стол. — Но я грущу! Исчезла прекрасная Анжела. Признавайся, ты её где-то спрятал!

— Нет, что ты! — натужно рассмеялся Алексей. — Она заболела. А что, неужели так зацепила тебя наша Анжела Александровна?

— Я ведь знаю Анжелу не первый год, но в последнее время стал ловить себя на романтических мыслях о ней. Признаюсь, она мне очень нравится! — заявил Ульрих.

«А уж мне-то как нравится, так просто нет мочи! — с самоиронией подумал Алексей. — Но опять придется лгать, теперь Ульриху. Вот он может запросто говорить о своей симпатии к Анжеле, а я нет».

— Она — девушка серьёзная! — усмехнулся Алексей. — Слывёт у нас недотрогой.

— Но ведь у неё есть ребенок?

— Да, есть, — беспечно говорить о собственном сыне оказалось нелегко.

— Значит, кто-то же сумел пробить броню вашей недотроги! Так что она давно женщина, Алексей! — усмехнулся Ульрих. — А женщине всегда нужен мужчина! А чем я плох?

Алексей только кивнул ему в ответ. Его обожгла мысль: «Вот они, издержки моей двойной жизни! Если бы Ульрих знал, что это наш с Анжелой сын, и зачат он именно в этой квартире, где мы сейчас беззаботно болтаем и пьём вино! Мы с ней безумно, самозабвенно, любили здесь друг друга!»

— Я ведь подумываю о женитьбе, — доверительно сказал Ульрих и добродушно улыбнулся.

— А что же тебя сдерживало до сих пор? Ты видный, умный, состоятельный. Неужели не встречал достойных женщин? — спросил Воробьёв.

— О, женщины были, даже в разных странах! — простодушно сознался Ульрих. — Признаюсь, у меня и сын есть в Польше от одной местной красотки. Живёт с матерью, я им помогаю. А сам я постоянно в разъездах. А сейчас наша фирма разрослась, бизнес стабильный, штат большой. Я могу себе позволить относительный покой, осёдлость, и красавицу жену.

— Неужели ты готов быть верным одной женщине?

— Я этого не говорил! — хохотнул Ульрих. — Я только сказал, что хочу жениться.

— Так ты хочешь жену из России? А поговорку помнишь — что русскому хорошо, то немцу смерть? — шутливо спросил Алексей. — Наши женщины непросты! Норовистые лошадки!

— Да, это так, это так! — рассмеялся Ульрих. — Но ведь я не спешу. Я буду долго и красиво ухаживать, а ты мне поможешь. Я надеюсь на тебя. Эта Анжела будоражит моё воображение. Ну, ты меня понимаешь! Давай выпьем, а то я наговорю тебе всяких глупостей!

— Да, давай за тебя. Легкое вино, лёгкие разговоры о женщинах... Что ещё нужно уставшему мужчине, чтобы скоротать вечер! — слукавил Алексей. — Весёлый ты человек, Ульрих!

— Да, я такой, — сказал Ульрих, подняв вверх указательный палец. — Но в каждой шутке есть доля шутки. Это русская поговорка или нет?

— По-моему, это пословица, — сказал Алексей. — И кажется английская. Впрочем, я могу ошибаться. Давай ещё по бокалу вина.

— О, англичане! Эти островитяне такие умники! — отметил Ульрих.

Выпив вина, Алексей фривольно заявил:

— Эта Анжела у нас, как лакмусовая бумажка для мужской чувственности! Командировочные всегда на неё западают! Я уже думаю — то ли она глазки как-то особенно всем строит, то ли что ещё? — с напускным порицанием сказал Алексей. Про себя он тут же подумал с горечью: «Поздравляю! Дошёл до низостей! Пошло, низко и противно!»