Весенний скандал - Лиза Клейпас

– Давай снова попробуем ложку, – тихо проговорила Аннабелла, в ее голосе слышалась тревога. Вытащив серебряную ложечку из чашки с колотым льдом, она объяснила Дейзи: – Моя мама это предложила. Она сказала, что моему брату Джереми это всегда помогало.

Дейзи села рядом с Эви, наблюдая, как девочка ухватилась за ложку. Круглое личико Изабеллы раскраснелось, из глаз катились слезинки. Она хныкала и терла воспаленные десны. Дейзи сочувственно покачала головой.

– Ей нужно подремать, – сказала Аннабелла, – но она не может уснуть от боли.

– Бедняжка.

Пока Эви пыталась успокоить малышку, в другом углу возникла суета. Кто-то вошел в комнату, вызвав всеобщий интерес. Повернувшись в кресле, Дейзи увидела высокую фигуру Мэтью Свифта.

Так, значит, он не вернулся к реке. Выждав, когда Дейзи отойдет достаточно далеко, он направился к дому, чтобы не провожать ее.

Как и ее отец, Свифт находит ее недостойной интереса. Дейзи сказала себе, что это ее не волнует, но это открытие ее задело.

Свифт переоделся в прекрасно отутюженный костюм. Темно-серый жилет отливал сизым оттенком, черный галстук накрахмален и безупречно завязан. Хотя в Европе было модно отпускать бакенбарды и носить падающие свободными волнами локоны, похоже, этот стиль до Америки еще не добрался. Мэтью Свифт был безупречно выбрит, коротко подстриженные на висках и шее волосы придавали ему мальчишеский вид.

Дейзи украдкой наблюдала, как Свифта представляют собравшимся. Она видела удовольствие на лицах пожилых джентльменов, ревность молодых мужчин и кокетливый интерес женщин.

– Силы небесные, – пробормотала Аннабелла. – Кто это?

– Это мистер Свифт, – сердито проворчала Лилиан.

Эви и Аннабелла округлили глаза.

– Т-тот самый мистер Свифт, которого ты назвала мешком с костями? – чуть заикаясь, спросила Эви.

– Про которого ты сказала, что он похож на вялый шпинат?

Лилиан еще больше нахмурилась. Оторвав внимание от Свифта, она положила в чашку кусочек сахара.

– Может быть, он и не так ужасен, как я описала, – согласилась она, – но не позволяйте внешности ввести вас в заблуждение. Когда вы узнаете его сущность, внешнее очарование исчезнет.

– Думаю, немало дам захотят познакомиться с его внешним и внутренним миром, – заметила Эви. Аннабелла, наклонившись над чашкой, фыркнула от смеха.

Оглянувшись через плечо, Дейзи увидела, что Эви права. Дамы вились вокруг Свифта, жеманно хихикая и протягивая руки для поцелуя.

– Вся эта суета из-за того, что он американец и, следовательно, им внове, – проворчала Лилиан. – Если бы здесь были мои братья, эти дамы тут же забыли бы о мистере Свифте.

Как Дейзи ни хотелось согласиться с этим утверждением, она была совершенно уверена, что братья не произвели бы такого эффекта, как Мэтью Свифт. Хоть братья Боумены и были наследниками огромного состояния, они не обладали тактичностью и ловкостью обращения, которые Свифт упорно воспитывал в себе.

– Он смотрит в нашу сторону, – сообщила Аннабелла. От волнения ее поза стало немного напряженной. – Нахмурился, как и все остальные. Малышка всем мешает. Я унесу ее отсюда и...

– Никуда ты ее не унесешь, – скомандовала Лилиан. Это мой дом, и ты моя подруга. А тех, кого раздражает детский плач, тут никто не задерживает.

– Тихо, – прошептала Эви. – Он идет сюда. Дейзи уставилась в свою чашку, напряжение скрутило ей мышцы.

Подойдя к столу, Свифт вежливо поклонился.

– Как приятно снова вас увидеть, миледи, – сказал он Лилиан. – Позвольте поздравить вас со вступлением в брак и... – Свифт заколебался. Хотя беременность Лилиан уже невозможно скрыть, упоминать о ее положении невежливо. – И вы прекрасно выглядите, – закончил он.

– Я размером с бочку, – уныло ответила Лилиан, отмахнувшись от его дипломатичной вежливости.

Свифт твердо сжал губы, словно пытался подавить улыбку.

– Вовсе нет, – мягко сказал он, взглянув на Эви и Аннабеллу, ждавших, когда их представят.

Лилиан нехотя уступила.

– Это мистер Свифт, – пробормотала она, махнув рукой в его сторону. – Миссис Саймон Хаит и леди Сент-Винсент.

Свифт ловко склонился к руке Аннабеллы. Он проделал бы то же самое по отношению к Эви, если бы она не держала ребенка. Если что-нибудь не предпринять, хнычущая Изабелла скоро заплачет в голос.

– Это моя дочь Изабелла, – извиняющимся тоном сказала Аннабелла. – У нее зубы режутся.

Это его быстро отпугнет, подумала Дейзи. Мужчины терпеть не могут детского плача.

– Вот оно что.

Свифт, гремя какими-то мелочами, рылся в кармане. Господи, что у него там? Дейзи увидела, как он вытащил белоснежный носовой платок, перочинный нож и рыболовную леску.

– Что вы делаете, мистер Свифт? – насмешливо спросила Эви.

– Кое-что мастерю.

Зачерпнув ложку колотого льда, он положил его в центр платка, закрутил уголки и туго обвязал леской. Убрав нож, он без всякой застенчивости протянул руки к ребенку.

Округлив глаза, Эви отдала ему девочку. Четыре женщины с изумлением смотрели, как Свифт привычным жестом подхватил Изабеллу, тут же уткнувшуюся ему в плечо. Он дал малышке платок со льдом, который она принялась мусолить, не переставая плакать.

Не обращая внимания на всеобщее удивление, Свифт с девочкой на руках отошел к окну и что-то тихо ей говорил. Он явно рассказывал малышке какую-то историю. Через пару минут Изабелла затихла.

Когда Свифт вернулся к столу, девочка сонно сопела, сомкнув ротик вокруг импровизированного холодного компресса.

– О мистер Свифт! – благодарно воскликнула Аннабелла, взяв у него из рук дочку. – Какой вы умный! Спасибо.

– Что вы ей рассказывали? – требовательно спросила Лилиан.

– Я решил, что нужно отвлечь ее, пока десны не успокоятся, – вежливо ответил Свифт, взглянув на Лилиан, – Поэтому я подробно рассказал ей о Платановом соглашении 1792 года.

– Что это такое? – впервые заговорила с ним Дейзи. Мэтью посмотрел на нее. Его лицо было спокойным и любезным, и Дейзи сегодняшнее утреннее приключение на секунду показалось грезой. Но ее кожа и нервы все еще хранили четкий отпечаток его тела.

– Это договоренность о начале биржевых операций в Нью-Йорке, – сказал он. – Думаю, это было очень поучительно, но мисс Изабелла, кажется, потеряла интерес, когда я заговорил о комиссионных сборах и вознаграждениях.

– Понятно, – сказала Дейзи. – Малышка уснула от скуки.

– Слышали бы вы мой доклад о причинах, приведших к краху 1837 года, – ответил Свифт. – Мне говорили, он действует лучше настойки опия.

Глядя в его мерцающие синие глаза, Дейзи против воли хихикнула, и он одарил ее молниеносной ослепительной улыбкой. Дейзи вдруг обдало жаром.