Сама себе враг - Виктория Холт

Моя мать объявила, что рада меня видеть. Не помню, чтобы раньше она целовала меня так пылко. Затем она окинула меня оценивающим взглядом.

– А ты уже выросла, Генриетта, – сказала она.

Мне было известно, что это означает, и, несмотря на веские опасения, я была взволнована: ведь скоро жизнь моя изменится…

Елизавета вышла замуж и уехала в Испанию. Кристина вышла замуж и тоже уехала от нас. Теперь очередь за мной.

Мне было почти пятнадцать, когда я впервые услышала о принце Уэльском. И произошло это весьма странным образом.

Королева Анна, как это часто случалось, затеяла постановку балета, а поскольку мы хорошо танцевали вместе, она придумала роль и для меня. В предвкушении нового удовольствия я, как всегда, была возбуждена и сразу же позвала швею, чтобы обзавестись подходящим нарядом.

Мы с Анной вместе разучивали сложные па и наперебой хвалили друг друга за грацию и изящество. С величайшей серьезностью обсуждали мы, как нам сделать балет еще прекраснее. По словам Мами, мы походили при этом на двух генералов, составляющих план сражения, победа в котором положит к нашим ногам весь мир.

В ответ я смеялась. Одним из немногих увлечений, которые Мами не разделяла, была моя всепоглощающая страсть к танцам.

Итак, мы с Анной готовились к балету и день ото дня все больше восторгались собственным искусством. Когда мы почти достигли совершенства, у нас стали появляться зрители, пробиравшиеся в нашу часть дворца, уговорив или подкупив стражников.

Присутствие зрителей радовало и меня, и Анну, и потому мы ждали репетиций почти с тем же нетерпением, что и большого представления в присутствии короля.

Сначала я ничего не подозревала, но потом почувствовала, что над чем-то связанным с балетом посмеивается, похоже, весь двор. Наконец мне все, как всегда, объяснила Мами.

– Какая наглость! – воскликнула она. – Знаете, кто присутствовал на вашей репетиции?

– Да, по-моему, кого там только не было… – удивленно заметила я.

– И среди прочих – двое джентльменов, назвавшихся Томом Смитом и Джоном Брауном. Они умоляли камергера королевы позволить им взглянуть на то, как вы танцуете, и он, учитывая, что они – англичане, пропустил их. Он полагал, что отказать чужеземцам было бы негостеприимно и неучтиво; к тому же он так гордится неземной грацией своей королевы, что хотел, чтобы чужеземцы увидели ее собственными глазами. В общем, они вошли. Они аплодировали вам – а потом каким-то образом стало известно, кто они такие. И как вы думаете, Генриетта, кем же оказались эти таинственные гости?

– Откуда мне знать? Как, ты говоришь, их звали? Том… Смит и Джон… кто?.. – я пыталась вспомнить имена чужестранцев.

– Это ненастоящие их имена. Джентльмены, представившиеся столь непрезентабельно, были не кто иные, как принц Уэльский и герцог Бэкингем.

– Почему же они это скрыли?! Их приняли бы с надлежащими почестями, – сказала я.

– Потому, моя принцесса, что именно этого они и не хотели, – заявила Мами.

– Но почему? – воскликнула я. – Зачем тогда они приехали?

– Посмотреть на королеву, – таинственным шепотом доложила Мами.

– Но они ей не представились. Она оказала бы им самый радушный прием, – ничего не понимая, удивлялась я.

– Они не хотели быть узнанными, – сказала Мами. – Сейчас, когда секрет раскрыт, история эта кажется чрезвычайно романтичной. Принц Уэльский собирается жениться на испанской инфанте. Она – сестра нашей королевы. Он сам едет свататься, поскольку считает, что будущим супругам надо узнать друг друга до свадьбы. Он полагает, что жениха и невесту нельзя навязывать друг другу и что они должны иметь возможность убедиться во взаимной симпатии.

– Я думаю, что он прав, – проговорила я. – Возможно, Елизавета была бы намного счастливее, если бы смогла увидеть своего супруга до того, как пошла с ним под венец.

Итак, принц Уэльский находился на пути в Испанию. Проплывая мимо Франции, романтичный юный джентльмен не смог воспротивиться искушению взглянуть на королеву, но не хотел, чтобы она узнала зачем. Он полагал, что инфанта должна быть хоть чуть-чуть похожа на свою сестру, и если королева красива, то и его невеста скорее всего тоже.

– Он был… удовлетворен? – спросила я, не скрывая своего любопытства.

– Видимо, да – раз продолжил свое путешествие в Испанию, – ответила Мами.

– Какая очаровательная история! Хотела бы я взглянуть на этого принца! – воскликнула я.

– Уж он-то на вас взглянул, не сомневайтесь, – улыбнулась Мами, искоса поглядывая на меня.

– Но разве он смотрел на меня? Ведь все его внимание было приковано к Анне, – разочарованно проговорила я.

– Вы достаточно прелестны, чтобы затем кинуть взгляд и на вас, – ободрила меня Мами, не спуская с меня изучающего взгляда.

При дворе еще долго обсуждали эту выходку английского принца. Она всех забавляла и поражала своей дерзостью.

Анна упомянула об этом происшествии на нашей следующей репетиции.

– Ты слышала о скандальном поведении принца Уэльского и герцога Бэкингема? – спросила она.

– Слышала, – ответила я. – Все только об этом и говорят.

– Сейчас он, должно быть, в Мадриде. – Анна выглядела чуть печально. Ей нравилось быть королевой здесь, во Франции, но иногда мне казалось, что она немного тоскует по родине. – Так или иначе, – продолжала Анна, – не думаю, что эта свадьба состоится.

– О, конечно же, состоится! Столь храбрый молодой человек непременно понравится вашей сестре, – ответила я.

– Дело не в том, понравится он ей или нет. Согласна, он вполне может ее очаровать! Но скорее всего из этой затеи ничего не выйдет. Главное, что принц – еретик из страны еретиков. А сестра моя глубоко религиозна – я сама такой никогда не была… к тому же одним из условий брака будет возвращение пфальцграфства Фредерику, зятю короля Англии и того же принца Карла. Англичане просят слишком многого; скажу тебе больше: парижане могут посмеяться над двумя молодыми людьми, явившимися инкогнито с романтической миссией, а вот испанцы – нет. Они очень чопорны и строги. Нет, я определенно чувствую, что этой свадьбе не бывать!

– Жаль. Впрочем, никогда не угадаешь, как поступят монархи. Иногда они принимают удивительнейшие решения… Мне же кажется, это прелестно и романтично – явиться переодетым, чтобы посвататься к даме, – решительно высказалась я.

– О, вижу, он пленил твое воображение. Жаль, что он не приехал поухаживать за тобой, – сказала королева.

– За мной? Что вы имеете в виду? – не поняла я.

– Ну, мы ведь должны подыскать тебе мужа, и не забудь, что та, которая выйдет замуж за этого молодого человека, станет королевой Англии, – ответила Анна.